Принц демонов

Приятно познакомиться. Я — бывший герой Александр, ныне известный как принц демонов Зилбагиас.

С моего перерождения прошло уже немало времени. Ясность воспоминаний об Александре продержалась совсем недолго. Потом я постоянно хотел спать, плохо сдерживал эмоции и сталкивался с множеством других неприятностей. Но страшнее всего было то, что чем сильнее у меня рассеивалось внимание, тем сильнее тускнела память о том, кем я был прежде.

А? Кто я вообще такой?

В такие моменты мне казалось, будто мои воспоминания ускользают, будто Александр — это кто-то чужой. Примерно как со снами: когда только просыпаешься, помнишь их отчётливо, но чем дальше идёт день, тем больше они тают.

Я герой Александр. Что бы кто ни говорил, я герой Александр! Я твердил это себе снова и снова, пока сосал грудь демоницы.

Впрочем, подробности моей младенческой жизни я опущу и лучше кратко перескажу то, что сумел узнать, живя в замке Короля демонов.

Во-первых, с того самого штурма замка прошло два года. Иными словами, минуло два года с тех пор, как Король демонов убил меня. Наш штурмовой отряд перебили, а сам он по-прежнему был жив, здоров и бодр. Покушение провалилось безоговорочно.

Во-вторых, Панчеловеческий альянс всё так же проигрывал войну. Пока Король демонов оставался у власти, его армии были в превосходной форме. Границы Альянса шаг за шагом откатывались назад, и за то время, пока я был младенцем, было разорено целое королевство. Чёрт.

И наконец, я оказался седьмым принцем демонов. Всего, считая меня, у Короля демонов было семеро наследников. Старшему сыну было семьдесят, старшей дочери — шестьдесят. И дальше всё шло в том же духе: дети рождались примерно с интервалом в десять лет. Демоны жили довольно долго, лет по триста, и хотя им было не так тяжело, как эльфам, рождение детей всё равно давалось им нелегко. Можно даже сказать, что по ребёнку раз в десять лет — для них это весьма высокий темп. Но поскольку я был уже седьмым, Король демонов, похоже, относился ко мне совершенно безразлично: после дня моего рождения я его больше не видел. Выходит, фраза «лишний наследник не помешает» и правда довольно точно отражала, насколько я его не интересовал.

Вот, пожалуй, и всё, что я тогда успел выяснить. А вы чего ждали? Я вообще-то всего лишь младенец. Много ли можно сделать, когда весь твой распорядок дня состоит из еды да сна?

— Убубу… бонба. (И… что теперь?)

Лёжа в колыбели, я размышлял. Понятия не имею, почему я переродился демоном, но упускать такой шанс было нельзя. Пусть тело у меня теперь демоническое, сердце героя у меня останется навсегда.

Оставался вопрос: что мне делать дальше?

— Бабуу… (Бабуу.)

Чёрт, думать — это ведь ещё и утомительно. Я был героем. Моё дело — убивать врагов человечества! Когда папа римский говорил: «Иди и прикончи их», от меня требовалось ответить: «С радостью!» — и рвануть на поле боя! Больше я почти ни на что не годился!

От нечего делать я попробовал немного раскачать колыбель. Похоже, её каркас был сделан из костей. Насколько я мог судить, это были кости какого-то гуманоидного существа. Погодите… неужели эту колыбель собрали из костей прославленных героев? Проклятые демоны! Я их всех уничтожу!

— Боба, буабаба. (Я герой.)

Я потянулся к потолку. Рука была пухлая, кожа — болезненно бледная. Но если тренироваться, эти вялые ручонки однажды обрастут мышцами крепче стали. Как ни горько это признавать, демоны были куда сильнее людей. И дело было не только в физической силе и выносливости — даже в магии они не уступали эльфам. А по моим жилам вдобавок текла кровь нынешнего Короля демонов. Интересно, где предел моих возможностей?..

— Бобба! (Отлично!)

Я решился. Я убью Короля демонов! По сути я боец, так что выбор у меня невелик. Драться для меня так же естественно, как дышать. Я натренирую тело, отточу мастерство и доведу до конца нашу миссию по убийству Короля демонов. Пора поднимать мятеж! Я сжал пухлую ладошку в кулак.

— Богья…

Приняв решение, я неожиданно почувствовал прилив сил. Да такой, что тут же расплакался.

— Буааааа! Уаааа!

А, ну вот опять. Я проголодался! Кормите меня! Кормите!

Подавить эмоции я не мог и потому только ревел. Очень скоро на мой рёв примчалась кормилица.

— Да-да, малыш. Пора молочка, да?

— Бабу…

Наполнив живот молоком, а голову — мыслями о смерти Короля демонов, я снова провалился в сон.

†††

Мне приснился сон. За лесом, до боли знакомым на вид, раскинулась маленькая деревушка где-то в сельской глуши. Я был ещё ребёнком, а рядом со мной шла наивная, беззаботная девочка.

— Алекс! Папа нашёл пчелиное гнездо! — радостно воскликнула Клэр, моя подруга детства. — Я видела, как он переливал мёд в горшок! — продолжила она с хитрой улыбкой. — Пошли попробуем!

— Серьёзно?! — переспросил я. — Ты же знаешь, какой мёд дорогой! Нам точно можно взять хоть немного?

— Конечно нельзя! От этого ещё вкуснее! — Для неё запрет был не менее сладким, чем сам мёд. Именно такой Клэр и была. Неугомонная, бесстрашная, вечно тащила меня за собой куда ни попадя. И обычно за её прихоти расплачивалось моё благополучие.

Но… мне было весело. Теперь те дни, когда она носилась со мной по деревне, стали для меня источником тёплой ностальгии. И сама тихая деревушка, которую мы звали домом, и вкус того запретного мёда.

Отец Клэр, конечно, пришёл в ярость, когда узнал, что мы всё съели, — и его трудно было за это винить: столько денег коту под хвост. Клэр, естественно, отругали до слёз, а мне, как её сообщнику, от отца досталось куда более телесное наказание. Несколько дней она ходила непривычно тихая, но очень скоро её проделки снова обсуждала вся деревня. Вот таким и было наше детство — под любовью всей деревни.

— Слушай! Говорят, если сварить суп из краснопёрой травы, волосы начинают выпадать! Давай подсыплем её старосте на голову!

— Да ни за что! Он нас убьёт! Это слишком опасно!

— Дурак, в этом-то и весь кайф!

— Ты ненормальная! — ворчал я скорее для вида, но всё равно пошёл с ней искать эту траву.

Ах да. Я ведь уже знал. Эта светлая, радостная пора моей жизни была мимолётной. Этот тихий, ласковый мир очень скоро должны были поглотить пламя и тьма.

— Монстры! Их целая куча!

В ту ночь меня разбудил чей-то крик. Я в панике выбежал наружу и увидел в темноте на горном склоне бесчисленные огоньки, парящие, как блуждающие огни. Это были факелы. Армия Короля демонов перевалила через горы на границе нашего королевства и вторглась к нам. Гоблины, огры и жестокие охотники из ночных эльфов. А впереди них — отряд демонических солдат. Я был слишком мал и не мог до конца понять, что происходит. Знал только одно: случилось что-то страшное. И всё.

— Бегите!

Взрослые были в отчаянии. Хватали всё, что могли унести, и бежали из деревни. Но мы были слишком медлительны. Хотя точнее будет сказать: армия Короля демонов была слишком быстрой. Враги вырвались из тьмы и в мгновение ока растерзали деревню.

— А-а-а! Прекратите! — Старосту, который изо всех сил пытался спасти своё имущество, убил и сожрал огр.

— Кто-нибудь, прошу! Хотя бы её спасите! — Пекарь Седрик пал, заслонив собой дочь, Клэр, от стрел ночных эльфов.

— Нет! Папа! — всхлипывала Клэр, цепляясь за безжизненное тело отца. — Помогите! Кто-нибудь, помогите! — Последнее, что я увидел: ночной эльф схватил её за волосы и потащил прочь. А потом к ней ринулась толпа гоблинов.

— Кто-нибудь… — умоляла она, протягивая руку к нам, — и наши взгляды встретились.

— Клэр!

— Не смотри!

Я бросился было её спасать, но мама подхватила меня и побежала. Чтобы дать нам уйти, отец остался позади приманкой.

— Я вас дальше не пущу!

— Ха, смело для человеческой мрази! Сдохни!

Предсмертный крик отца взвился в ночное небо. Демон с ослепительно-зелёными волосами пронзительно расхохотался и высоко поднял копьё. На острие темнело что-то круглое, размером примерно с человеческую голову, подсвеченное заревом горящих домов.

Я буквально онемел. Шок, ярость, отчаяние — всё это вырвалось наружу только слезами. Даже просто переживать это снова во сне было мучительно реально. Хотя это был всего лишь сон, я чувствовал себя бессильным. Будто меня снова и снова заставляли переживать ту самую беспомощность.

— Папа! Клэр! — Мой маленький я ничего не мог сделать, только рыдать, пока мама уносила меня прочь.

Я слышал свист рассекаемого воздуха, глухие удары и стоны матери, но она продолжала бежать. Как бы ни было ей больно, она всё равно гладила меня по волосам, пытаясь успокоить.

— Всё хорошо… всё будет хорошо…

Чудом мы спаслись. Армия Короля демонов не стала нас преследовать. Вместо этого нас гнал вперёд её издевательский хохот.

— Бегите, букашки! Бегите к своему жалкому владыке! Передайте ему, что мы здесь и ждём его!

Нет, мы не спаслись. Нас отпустили, чтобы выманить ещё больше людей на бойню… и мы стали для этого приманкой.

— Прошу… позаботьтесь о нём… — Мама добежала со мной через всю ночь до соседнего города и только там, из последних сил, успела попросить о моей безопасности. У неё из спины торчало несколько стрел с чёрным оперением. Даже самый выносливый солдат не смог бы с таким количеством стрел всю ночь бежать, неся на руках ребёнка. И всё же у неё хватило на это сил.

В конце концов из нашей семьи выжил только я. По крайней мере, насколько мне было известно. Как выжившего свидетеля нападения демонов, меня сопроводили в большой город и в итоге отдали под опеку церковного сиротского приюта. Ещё несколько дней назад демоническое королевство за горами казалось чем-то далёким, будто война там — чужая проблема. Но всё изменилось. Всё было кончено.

Вскоре после этого я начал тренироваться — доводил тело до грани смерти, вырывал силу по капле. Я убью их всех. Всех демонов в этом проклятом королевстве. Это и стало единственной целью моей жизни.

Чтобы доказать свою решимость, я решил стать солдатом. Королевский карательный отряд, высланный отомстить за нашу деревню, был с лёгкостью уничтожен. Пока я тренировался, армии королевства почти не знали побед — положение день ото дня становилось всё хуже.

В день совершеннолетия во мне пробудился святой атрибут, и потому меня отправили в Святую землю — готовиться в герои. Дни мои снова были заполнены одними лишь тренировками. Но пока я медлил, королевство, где я родился, пало. Едва я хоть как-то освоил святую магию, меня тут же бросили на передовую вместе со старшими. Война против демонов всё время шла по схеме: шаг вперёд — шаг назад. Нет, скорее уж шаг вперёд и два-три назад. Вкус поражения был мне куда привычнее восторга от победы.

Моя жизнь могла оборваться в одно мгновение. И всё же я продолжал выживать. Мне стоило нечеловеческих усилий терпеть ту кровавую вакханалию, которую эти мерзкие демоны приносили в наш мир, ещё хоть минуту, хоть секунду.

— Смерть тьме! — кричал я. Но этого было недостаточно. Сколько бы крови я ни пролил, жителей моей деревни, моих родителей и Клэр это не вернуло бы.

— Помо…

Последний миг, когда я видел её, навсегда выжжен у меня в памяти: по лицу текут слёзы, а она тянется ко мне.

Я открыл глаза и увидел мраморную комнату. Лежал на удобной кровати, укрытый дорогими мехами. Я посмотрел на руки — тревожно бледная демоническая кожа.

— Доброе утро, малыш. — Рядом со мной в воздухе парила краснокожая девица с моноклем и в ливрее дворецкого. От кошмара я вернулся в не менее отвратительную реальность. Теперь я был принцем демонов, которого каждое утро будила эта дьяволица в роли дворецкого. Немного найдётся вещей омерзительнее такого начала дня.

Но я решил терпеть. Я должен был сохранить верность собственным убеждениям. Если выдержу это, однажды смогу нанести армии Короля демонов смертельный удар.

— Доброе утро, София, — с неловкой улыбкой поздоровался я с дьяволицей.

Прошло два года с тех пор, как я переродился демоном.

†††

Пока я был совсем младенцем, мог лепетать что угодно — это, так сказать, входило в комплект. Но когда я уже научился говорить, скрывать свою истинную сущность стало куда труднее. Стоило ошибиться и выдать себя — и всё бы кончилось. Так что я внимательно следил за окружением, старался вести себя как подобает настоящему демону и кое-как сумел выжить в этой новой жизни.

За два года моё тело заметно подросло. Нет, серьёзно, очень заметно. По размеру я уже был примерно как человеческий пятилетний ребёнок. Насколько я успел выяснить, демоны взрослеют куда быстрее людей и достигают полной зрелости уже к пятнадцати годам.

Несправедливо это как-то. Они и так живут дольше нас, так почему ещё и взрослеют быстрее? Впрочем, мой быстрый рост, похоже, удивлял даже тех, кого я встречал здесь, так что, возможно, даже по меркам демонов я рос особенно быстро. Может, это моё глубинное желание поскорее вырасти и снести Королю демонов голову так меня ускоряло. Впрочем, подобное вовсе не было чем-то уникальным для демонов. Любой, кто обладал сильной магией, мог словами или мыслями искажать реальность вокруг себя. А я теперь был демоном — расой, чья магия сравнима с эльфийской. Какова бы ни была причина, если она приближала меня хотя бы на день к убийству Короля демонов, я был только за.

Когда кормилица мне уже перестала быть нужна, ко мне приставили наставницу.

— Вот и настал этот день, малыш! После еды начнём учиться!

Этой наставницей была вот эта девочка… вернее, дьяволица в облике девочки. На ней был чёрно-красный костюм дворецкого с острыми, строгими линиями. Из лба росли два рога. С виду она держалась спокойно и собранно, но одних клыков хватало, чтобы понять: она далеко не безобидна. Словно про них просто вспомнили в последний момент, у неё из спины росли маленькие кожистые крылья, чем-то средние между летучей мышью и драконом, и именно они удерживали её в воздухе. А отличительной приметой служил монокль.

Её звали София, и, по её словам, она была дьяволицей среднего ранга, ведающей знанием. Выходило, что накопление знаний определяло её рост — и физический, и в общественном положении. С её натурой она была, по сути, самодовольным ходячим словарём, так что на роль наставницы подходила идеально. Заключив контракт с матерью моего нового тела, она с поистине дьявольским упорством пыталась усадить меня за стол и заставить заниматься.

— Мудрость Бездны ждёт тебя! Итак, начнём с букв и чисел!

— Не хочу! Сегодня я буду исследовать замок! — Я упрямо отказался, с высокомерием, вполне достойным любого демона.

— Что значит «сегодня»?! Да ты каждый день только и делаешь, что шастаешь по замку!

— Я ненавижу учиться. — Дурное настроение я и не думал скрывать. Сидеть за столом и чему-то учиться мне не нравилось даже в прошлой жизни. Герой должен обладать сердцем воина. Грамоты на самом минимуме мне вполне хватало. Куда полезнее было разбираться в устройстве замка.

— Быть Королём демонов — это не только быть сильным! Нужно ещё и умным быть! — попыталась она меня воодушевить, но становиться Королём демонов я вовсе не собирался. Я хотел только его убить.

— Хм-м… похоже, у демонов просто очень сильный инстинкт сопротивления авторитету… — пробормотала она, прижимая ладонь ко лбу. — Ладно, малыш! Тогда пора размяться! Иди упражняйся сколько душе угодно!

— Хорошо. Тогда пойду исследовать замок!

— Ну конечно, и на этот раз не сработало! — София схватилась за голову, когда моя радость встретила её провальную попытку использовать обратную психологию. Ну и поделом! Мне плевать на учёбу! Дьяволице знания со мной не тягаться!

София вздохнула.

— Ладно. Для начала хотя бы покончим с трапезой после пробуждения. — Щёлкнув пальцами, она велела слугам вкатить в комнату тележку. Компания подобралась пёстрая: ночные эльфы, зверолюди и импы.

Импы, как и все дьяволы, были связаны контрактом и потому не могли предать хозяина. Ночных эльфов и зверолюдей отбирали за исключительную верность. К слову, они ещё и выполняли роль моих телохранителей.

Очень скоро слуги накрыли столик рядом с моей кроватью. Для человека вроде меня само выражение «трапеза после пробуждения» звучало непривычно. По сути это означало «завтрак», но теперь я ведь был демоном. Порождения тьмы обычно вели ночной образ жизни: утром спали, а просыпались ближе к вечеру или к сумеркам. Иными словами, первый приём пищи в их дне был не нашим человеческим «завтраком», а скорее чем-то вроде «обеда» или «ужина». Если честно, путаница жутко раздражала.

В отличие от нежити, демоны могли без проблем действовать и при ярком дневном свете, но в темноте нам всё же было куда комфортнее. Взглянув в окно, я увидел тёмно-красное небо заката. Да и по составу моей прислуги было ясно: работники замка в основном принадлежали к ночным расам, так что весь распорядок здесь был подстроен под ночь.

Храня в сердце тёплые воспоминания о ранних утренних завтраках, я принялся за стоявший передо мной ужин. Я запихнул в себя столько, сколько хватило бы двум демонам, — надо же на чём-то растить силы для убийства Короля демонов!

— Ты и правда много ешь, малыш, — вздохнула София; в этом вздохе пополам смешались восхищение и усталость. Даже привыкая видеть, как я ежедневно уничтожаю еду с такой жадностью, она всё равно не могла скрыть реакции. Я всегда ел с пылом человека, который живёт ради мести за родителей, — хотя в моём случае «родители» и были целью моей мести.

— А где сегодня мать?

— Госпожа отбыла на срочную инспекцию.

Обычно мы ели вместе, так что вот почему сегодня мне накрыли в комнате. Впрочем, разницы особой не было. Увидь я её сейчас, она бы только снова начала зудеть насчёт учёбы. Разве демоны не должны ценить силу превыше всего?

— Она велела передать тебе вот что: «Посвяти себя тому, чтобы стать Королём демонов», — добавила София почти с насмешкой, но я её просто проигнорировал.

Так. Желудок полон — теперь пора готовиться к исследованию замка.

— Физические упражнения, конечно, важны, малыш, но пока твой разум ещё мягок, тебе бы лучше воспользоваться случаем и учиться…

Мне оставалось лишь пропускать мимо ушей непрерывную болтовню дьяволицы у себя за спиной. Совершенно очевидно, что София видела во мне не более чем озорного мальчишку. Маскировка у меня была безупречная, если уж честно.

Любой клочок информации о демонах и их образе жизни был полезен. Смотря как всё сложится, возможно, однажды я смогу передать эти сведения Панчеловеческому альянсу. Хотя в моём нынешнем положении наладить с ним связь было бы крайне трудно. Отдельной задачей оставалось понять, как вообще всё это устроить. Но пока я не добьюсь большей свободы, придётся терпеть свою нынешнюю повседневную жизнь.

Понятия не имею, сколько лет это займёт… так что, человечество, пожалуйста, продержись до тех пор!

†††

— Госпожа! Сэр Зилбагиас снова пренебрегает учёбой!

Ябеда.

Я сидел на маленьком костяном стуле перед матерью. Похоже, после того как я всё время тратил на исследования, а не на занятия, меня решили отругать всерьёз. У демонов этот стул назывался «стулом для раздумий», и по удобству он мало отличался от смертельного ранения. Заднице было больно в самом буквальном смысле.

Как выяснилось, его использовали, когда отчитывали детей или ставили на место подчинённых. Маленький размер отлично подходил такому ребёнку, как я. Но вот если бы на него насильно усадили взрослого, да ещё и гордого, унижения было бы куда больше.

— Зилбагиас, — сказала моя мать, захлопнув веер.

— Да, матушка?

Называть это существо матерью до сих пор было странно. У меня была только одна мама, и это была не она. В ответ её глаза блеснули жестокостью — взглядом, совершенно неподобающим матери, смотрящей на собственного ребёнка. Эта демоница, пугающе прекрасная в своей ледяной красоте, и была моей «матерью» — Пратифья. Сокращённо — Прати. Милое прозвище, совершенно не вяжущееся с её холодной внешностью, но так её могли называть лишь старшие в собственном роду и сам Король демонов.

Неужели он и правда так звал её наедине? Тот самый тип? Я даже представить такого не мог. Наверняка он называл её так лишь для вида, изображая привязанность?

— Я понимаю твоё желание стать сильнее. И это даже весьма похвально, — сказала Прати, вырывая меня из мыслей. — И твою нелюбовь к учёбе я тоже понимаю. Никто не требует, чтобы ты стал учёным. — Приподнявшись на софе, на которой лежала, она наклонилась ко мне и заглянула прямо в глаза. — Ты станешь Королём демонов, Зилбагиас.

Её глаза пылали. Атмосфера в комнате внезапно стала куда тяжелее. Время от времени Прати говорила со мной вот так, будто пыталась впечатать что-то мне в душу. А потом молча наблюдала, ожидая моей реакции.

Пожалуй, повторять уже излишне, но становиться Королём демонов мне было совершенно неинтересно. Я хотел только его убить. А под таким её взглядом ещё и ответ подобрать было нелегко.

Я просто сидел молча и ждал, когда нотация закончится. Наконец Прати вздохнула и откинулась обратно.

— Боже мой, даже для собственного сына он удивительно своеволен, не так ли? Что скажешь, София?

— Безусловно, госпожа. Упрямство у него исключительное… во многих отношениях, — с жаром закивала София.

— Ну же, Зилбагиас. Неужели ты и правда настолько ненавидишь учёбу?

— Да.

— Ни тени колебания. В детстве я и сама терпеть не могла учиться, так что твои чувства мне понятны, — сказала Прати, массируя переносицу, словно и правда заботливая мать, переживающая, как воспитать ребёнка. — Но если говорить серьёзно, то хотя бы основы чтения и письма тебе необходимы, иначе твоё будущее окажется под вопросом. Забудь о том, чтобы стать Королём демонов, — ты даже отчёты своих подчинённых читать не сможешь. И главное, все будут считать тебя идиотом. Мне даже представить страшно, что начнут болтать матери других наследников…

Её обычно приятные черты исказились от отвращения.

— Первый принц Айогиас к трём годам уже освоил чтение, письмо и большую часть арифметики. С тех пор его мать ходит важная, словно небесами помазанная. Если ты не сможешь превзойти его, для меня это станет проблемой! — По мере её речи настроение заметно портилось, а под конец на лице застыло выражение такой ненависти, что его нельзя было показывать на людях. Она сжала пальцы в ярости, и веер у неё в руке треснул.

Так это, значит, была заочная война между матерями? Впрочем, из её вспышки я понял, в чём состояло моё заблуждение.

Читать и писать я уже умел хотя бы на базовом уровне, да и с арифметикой особых проблем не было. Но эти двое были убеждены, что я совершенно неграмотен и дальше пальцев считать не могу. Неудивительно, что моё упрямство в отношении учёбы приводило их в такое отчаяние. Я считал, что тратить время на чтение и письмо бессмысленно, и потому вместо этого исследовал всё в замке, куда меня допускали. Пожалуй, стоило бы немного уступить. Но я уже успел объявить, как люто ненавижу учиться. Для демона было бы странно вдруг без всякой причины резко сменить курс и начать послушно исполнять приказы.

— Ах, а вот и хорошая мысль. — Пока я размышлял над этой дилеммой, Прати хлопнула ладонью по подлокотнику софы — похоже, решение она уже нашла сама. — София?

— Да, госпожа?

— Если Зилбагиас так ненавидит учёбу, что ж, давай проверим, на что он способен.

Лицо Софии просияло.

— Правда? То есть в следующий раз, когда он будет капризничать, я смогу прямо врезать ему по лицу?!

У меня от этого глаз дёрнулся. Так вот что скрывалось за всеми её усталыми вздохами?! Нет, я, конечно, действительно вёл себя как маленький гадёныш, но всё же!

— Ну… — Прати задумалась.

Стоп. О чём тут вообще думать? Ответ же очевиден! Я принц! Неужели позволить прислуге меня избить — это реальный вариант?!

— Пока ещё не могу этого позволить.

Пока ещё?..

— Не наносите ему ран, которые потребуют лечения. С болью поля боя он познакомится позже. Мы не хотим, чтобы он вырос пугливым и робким.

— А насколько далеко мне можно заходить? — спросила София.

— Ничего серьёзнее синяков.

— Ура! — София явно праздновала. И эта счастливая физиономия в сочетании с клыками делала её даже более дьявольской, чем обычно.

— Разумеется, драться без толку бессмысленно, — продолжила Прати. — И если он так изобьётся, что не сможет учиться, в этом тоже не будет пользы. Так что установим правила. — Попытавшись раскрыть веер, она только тогда заметила, что уже сломала его. Тут же стоявшая в углу комнаты служанка-ночная эльфийка шагнула вперёд и молча протянула ей новый.

— Зилбагиас, если ты так ненавидишь учёбу, тогда будешь сражаться с Софией, — объявила Прати, скрыв надменную улыбку за веером. — Вы сражаетесь без оружия. Если сумеешь нанести ей хотя бы один удар — победа твоя. Тогда в этот день можешь делать всё, что пожелаешь. Если же София сумеет пять раз уложить тебя на пол прежде, чем ты попадёшь по ней, — ты проиграл и должен будешь следующий час учиться. После этого часа и короткого перерыва, если продолжать занятия ты по-прежнему не захочешь, снова будешь драться.

Условия были даже… неплохими?

— Вам не кажется, госпожа, что при таких правилах у Зилбагиаса слишком большое преимущество? — заметила София.

— Разве? Я как раз старалась учесть твои способности.

Хотя, если подумать, с моим телосложением — пятилетний человеческий ребёнок — мне и правда требовалась приличная фора. При всей миниатюрности София всё равно была по размеру взрослой.

— Зилбагиас, для нас, демонов, сила — это всё. Свободу, которой ты так жаждешь, нужно вырывать силой.

А вот это было именно то, чего и следовало ожидать от демоницы. И это меня здорово бесило.

— Этот опыт должен сделать тебя сильнее… София, ты сегодня уже занималась?

— Пока нет, госпожа! — сияя, ответила София.

— А ты вообще умеешь драться, София? — прямо спросил я. По внешности дьяволов судить было нельзя, но по сравнению с теми, с кем я бился в прежней жизни героя, она на бойца совсем не походила.

— Ну-ну, малыш. Я ведь дьяволица знания, помнишь? Как ты думаешь, чему демоны научили меня самым первым? — София широко улыбнулась. — От рукопашного боя до владения копьём — я выучила всё! И полностью уверена, что смогу всё это воспроизвести! — Весёлость тут же сменилась хищностью. — Думаю, мои знания очень пригодятся в твоём воспитании.

Ха-ха-ха, да неужели? Тогда давай, жалкая дьяволица!

— Ну что, малыш. Ты сегодня готов учиться?

Если уж совсем честно, после недавнего озарения мне казалось, что в будущем проблем было бы куда меньше, если бы я просто сделал, как велят. Но какой демон возьмёт и сразу сдастся в такой ситуации?

— Даже не надейся, — заявил я, вставая со стула.

— Правда? Ну что ж… — София едва сдерживала смех. — Тогда время учёбы, малыш!

Чёрно-красная тень метнулась вперёд, и дьяволица без малейших колебаний выбросила кулак.

Когда она сократила дистанцию, моё тело среагировало само. Целилась она мне в живот. Прыгнуть в сторону? Нет, она тут же полетит следом. Значит, надо как-то отбить. Хлопком отбросив её кулак в сторону, я ушёл корпусом с линии атаки. Тело двигалось первым, а разум лишь потом поспешно догонял его и осознавал, почему был сделан именно такой выбор.

Какая ирония. Даже в этом новом теле мои старые инстинкты всё ещё были при мне. Эта мысль мелькнула в голове — и я тут же ответил лёгким прямым. Атака Софии была быстрой и резкой, но в ней чувствовалась мягкость, вялость того, кто бьётся без намерения убить. Мне нужен был всего один удар. С такой дистанции мои крошечные детские кулачки вполне доставали.

— Ого! — Однако, будто насмехаясь над законами физики, София резко замерла в воздухе и ушла от моего кулака.

Чёрт. Вот поэтому я и ненавижу дьяволов. Парят себе, наплевав на гравитацию, — естественно, и в рукопашной используют это с полной бессовестностью. В бытность героем я уже не раз попадал в скверное положение из-за их нелепых движений. Эх, если бы только руки и ноги у меня были подлиннее… Скорее бы вырасти.

Решив не преследовать её, я вытянул левую руку и отвёл правую к бедру, двигаясь боком и не сводя с неё глаз.

— О? — София, похоже, тоже решила пока понаблюдать. Она опустилась на пол, и цокот когтей по камню означал, что гравитация вновь вступила в силу. — А ты неплох, малыш, — сказала она, удивлённо склонив голову и оглядывая меня с ног до головы. — Но где ты вообще научился так драться?

Кровь, закипевшая у меня в первой за долгие годы схватке с одним из порождений тьмы, мигом застыла. Ни один двухлетка не должен уметь так двигаться в бою, как только что двигался я. Чёрт! Мои боевые рефлексы из прошлой жизни сыграли против меня!

— Видел, как тренируются на плацу, — выдавил я первое попавшееся оправдание.

— Правда? Что-то не похоже ни на одно демоническое боевое искусство, какое я знаю… — София повторила мою стойку: выставила вперёд левую руку, отвела назад правую и заскользила боком.

Меня передёрнуло. Она почти идеально воспроизвела стойку, которой Святая церковь обучала своих монахов как универсальному стилю ближнего боя. Увидев её всего один раз?! Но нет, дело было ещё хуже! Раз она её повторила, значит, я сам показал её слишком отчётливо! Любой, кто был с ней знаком, сразу бы всё понял! Холодный пот потёк по спине, и я украдкой посмотрел на Прати.

— К сожалению, София, кроме тебя никто не умеет копировать движения, просто глядя на них, — вздохнула Прати, обмахиваясь веером. — Так что вполне естественно, что у него получается неловко, если он всего лишь пытается повторить увиденное. К тому же ты знаешь только демонические боевые искусства, верно? А значит, стили других рас в них не входят.

— Понимаю. Пожалуй, вы правы, — признала София.

— Движения Зилбагиаса довольно близки к тем боевым искусствам, которыми пользуются зверолюди. Должно быть, он видел тренировки рядовых солдат. — Прати любезно нашла мне объяснение сама. — Как и ожидалось от моего сына. Если ты и впрямь схватываешь всё так быстро, просто наблюдая, мне не терпится увидеть, чему ты научишься в будущем.

Спасён. И, как она сказала, этот конкретный стиль действительно был создан на основе движений зверолюдей. Если подумать, боевые искусства Святой церкви армии Короля демонов на поле боя почти не видели. В отличие от зверолюдей, которые могли сражаться безоружно — ну или хотя бы зубами и когтями, — мы пользовались мечами и щитами. Потерять оружие обычно означало умереть раньше, чем успеешь перейти к рукопашной. Узнать мои движения мог либо тот, кто сам практиковал этот стиль, либо какой-нибудь чудак, постоянно лезущий в драки с людьми голыми руками.

— Похоже, физическую подготовку стоило начинать раньше. Я думала, он ещё слишком мал. — Пока меня захлёстывало облегчение, Прати продолжала говорить, и в её голосе явно звучало разочарование. — Зилбагиас, как гордому принцу демонов, тебе позорно было бы сперва освоить боевые искусства зверолюдей. Это пятно на репутации всех нас. Пока отложи всё, чему успел научиться, и сосредоточься на боевых искусствах нашего народа.

— Хорошо, — после короткой паузы ответил я, слегка нервничая. Сегодня удача была на моей стороне, но в следующий раз всё может сложиться иначе. Командуй Прати или нет, отказываться от знакомых мне приёмов значило бы отбросить часть моего прошлого как героя.

— Что ж, Зилбагиас. Пора научить тебя почтенному и славному искусству боя, которое испокон веков передаётся у демонов. — Хотя она прикрыла рот веером, садистскую улыбку скрыть было невозможно. — Не бойся. Времени у нас предостаточно. София, продолжай.

— Слушаюсь, госпожа. — София снова встала в стойку. На этот раз обе руки были подняты — агрессивная стойка, совершенно не подходившая её мелкой фигурке.

А, вот это, значит, и есть то самое «почтенное и славное» демоническое искусство?

— Честно говоря, ты сопротивляешься куда лучше, чем я ожидала. Это будет даже веселее, чем я думала. Недооценивать твои движения явно нельзя. Вообще, может, я у тебя ещё и чему-нибудь научусь.

Чёрт! Если я ещё раз ошибусь, она в один миг запомнит мои приёмы. И кто знает, когда это мне потом аукнется.

— Ладно, иду! — непринуждённо объявила София и рванула вперёд.

Без навыков из прошлой жизни, которыми мне запретили пользоваться, предложить мне было почти нечего. Не прошло и минуты, как я уже валялся на полу. Впрочем, я всё-таки был ребёнком, так что она, конечно, сдерживалась. По сравнению с болью от того, как меня распылил Король демонов, это вообще пустяки.

— Ах! Получилось! Наконец-то! Наконец-то мы можем заниматься!

Косо взглянув на эту глубоко личную драму, которую София, похоже, сейчас переживала, я нехотя поплёлся к столу. Я проиграл — значит, пора учиться. Ничего не поделаешь. Пока что я просто притворюсь, будто стараюсь, и освою хотя бы самый минимум чтения и письма. Но вот когда подрасту, я из этой проклятой дьяволицы всю душу вытрясу!

С этими мыслями я увидел, как передо мной положили лист бумаги.

— Итак, малыш! Вот это мы называем буквами!

На листе был какой-то шифр. Для меня — чистейшая тарабарщина.

— Погоди… а? Это буквы? — тупо переспросил я.

— Именно, — ответила София. — Это буквы демонического письма.

Если подумать… я ведь и правда когда-то слышал от одного из священников, под началом которых служил, что, хотя говорим мы на одном языке, у демонов своя письменность… поэтому, даже если раздобыть их важные документы, на расшифровку всё равно уйдёт время.

— Итак, малыш! Все буквы демонического алфавита фонетические. Каждая обозначает отдельный звук. Вот эта читается как «а». Вот эта — как «и». Если их соединить, звук меняется. Ах, тебе, наверное, стало любопытно, почему я назвала их фонетическими, но существуют ещё и идеографические системы письма — у людей, у эльфов и не только. Там каждый знак имеет собственное значение, а не отдельное звучание…

София продолжала тараторить без передышки. Я уже чувствовал, как душа покидает тело. Перед глазами всплывали жуткие воспоминания о том, как я день за днём корпел над буквами ещё в сиротском приюте.

Столкнуться с этой участью снова, пожалуй, было самым страшным из всего, что со мной случалось после перерождения.

Нет, этих демонов я точно никогда не прощу…

†††

Последнее время у меня побаливала голова, а потом вдруг прорезались рога.

С моего перерождения прошло пять лет. Пока я точил клыки перед неизбежным восстанием, дни мои проходили за учёбой, освоением демонического боевого искусства и исследованием замка — то есть, если честно, просто беготнёй по нему. И вдруг ни с того ни с сего меня пронзила мучительная боль с обеих сторон головы. Трудно объяснить, но с ударами Софии это не имело ничего общего. Несмотря на странность происходящего, я как обычно лёг спать, а утром проснулся и обнаружил, что подушка насквозь пропитана кровью. Что-то явно изменилось, и, проверив, я понял: да, у меня выросли рога. Совсем ещё маленькие, но именно эти рога были символом всего демонического народа, и теперь они росли у меня по бокам головы.

— Поздравляю, малыш! Хотя нет, это обращение тебе уже не слишком подходит. Поздравляю, лорд Зилбагиас! — Когда я сидел, ошарашенно ощупывая свои новые украшения, в комнату, хлопая в ладоши, вплыла София. И хотя это была всё та же старая София, я онемел, глядя на неё.

Сперва мне показалось, будто я вижу внутри неё вихрь магической энергии. Но это было не совсем так. Скорее уж она сама и была этим вихрем магии. Не физическое существо, а завывающий поток, насильно заключённый в гуманоидную форму. Во всём этом было что-то… противоестественное.

Вообще-то это многое объясняло. Теперь становилось понятно, почему дьяволы после смерти взрываются с разной силой. Их «форма» разрушалась, и вся сдерживаемая ею энергия разом вырывалась наружу.

— А, похоже, теперь вы можете это видеть, лорд Зилбагиас, — усмехнулась София и раскинула руки, словно фокусник на сцене. Между её ладонями просочилась магическая энергия и сложилась в слова демоническим алфавитом: «Поздравляю с окончанием безрогого периода». Даже с учётом прошлой жизни я никогда ещё не видел магию так ясно.

Так вот как маги видят мир? Наверное, другие расы, искусные в магии, вроде драконов и лесных эльфов, видят то же самое. Все ведь знали, что рога у демонов — важный орган восприятия, но я и представить не мог, насколько важный. Словно весь мир засиял передо мной в новом свете.

— Госпожа будет в восторге! Тем более что это случилось так рано. Обычно у демонов рога вырастают в восемь-девять лет, а у поздних — и вовсе только к десяти.

Я куснул губу, почти не слыша её голоса. Это было доказательством. Я больше не человек. Я действительно переродился демоном. До сих пор мне удавалось отвлекаться от этой правды, растворяясь в повседневной жизни, но теперь отрицать её уже было нельзя. Мир, который я знал, стал совсем иным.

Было, правда, и ещё одно пугающее открытие: на боку я теперь уже никогда не усну. А на спине я заснуть вообще не могу…

— Невероятно! Неужели ребёнок ещё никогда не отращивал рога так рано?!

Как и следовало ожидать, Прати была в полном восторге. Наверняка ей уже не терпелось похвастаться этим перед матерями других наследников. С такими мрачными мыслями я украдкой пригляделся к ней, пытаясь оценить её магическую силу.

Она была сильна. Безусловно, демон высокого ранга — как и подобает супруге Короля демонов. По сравнению с ураганом по имени София, её присутствие напоминало скорее огромную неподвижную глыбу. Наверное, наличие полноценного физического тела играло здесь большую роль. Как ни крути, она была куда стабильнее.

— Поздравляю, лорд Зилбагиас.

— Поздравляем!

Я перевёл взгляд на слуг в углу комнаты, склонившихся в поклоне. С горничными-импами я уже успел свыкнуться, но сейчас они почему-то казались мне заметно меньше. Если сравнивать Софию со львом, то эти импы были скорее кроликами. Наверное, понадобилась бы сотня таких, чтобы хотя бы приблизиться к её звериной мощи.

Кстати, зверолюди выглядели ещё менее внушительно. По физическим данным они превосходили импов, но в магическом смысле сильно им уступали. Тут-то и становилось ясно, почему демоны считали их низшей расой. Люди, наверное, выглядели бы не намного лучше. Оставались ночные эльфийки-служанки. Они тоже показались слабее, чем я ожидал. Впечатляли больше зверолюдей, конечно, но по уровню были примерно там же, что и импы, — ну, может, самую малость выше.

Говорят, ночные эльфы — потомки тех эльфов, которых изгнали из общества лесных эльфов. В древности эльфы поклонялись духам, поэтому их образ жизни был созвучен природе: они жили в гармонии с лесом и его зверями. Но со временем часть из них отказалась от столь полного слияния с природой. Они пристрастились к охоте и не видели ничего дурного в том, чтобы подчинять природу своим прихотям. В конце концов трения между двумя группами эльфов вылились в гражданскую войну, и мятежников изгнали из лесных домов.

Вероятно, утратив благосклонность духов, они ослабли в магии, а срок их жизни начал сокращаться. Исполнившись ненависти к своим лесным собратьям, они обратились к богам тьмы и стали называть себя «ночными эльфами». К тому моменту это уже была практически совсем иная раса. С одной стороны — лесные эльфы, гордые носители великой магии и обладатели крепкого загара. С другой — ночные эльфы, ненавидящие солнечный свет и щеголяющие мертвенно-бледной кожей.

Утрата магии дала им и некоторые преимущества. Ночные эльфы приспособились к жизни во тьме: их алые глаза различали не только свет, но и тепло. А их искусство стрельбы из лука славилось настолько, что превосходило даже лесных эльфов. Впрочем, тем луки и стрелы были особенно ни к чему при их чудовищной магии.

Как бы то ни было, ночные эльфы вели бесконечную войну мести против лесных собратьев. Цепляясь за надежду вернуть себе магию и долгую жизнь, они в отчаянии приносили богам тьмы собственную кровь. Поэтому, хоть они и принадлежали к совсем иной расе, возможность объединиться с воинственными демонами ради вторжения в чужие королевства они приняли охотно.

Одинаковая любовь к кровопролитию и жестокости, одинаково болезненно-бледная кожа — демоны и ночные эльфы ладили неплохо. По крайней мере, с виду.

— Поздравляем.

Ночные эльфийки-служанки тоже поздравляли меня, но в их улыбках чувствовался холодок. Ночных эльфов ценили высоко — они снова и снова доказывали свою верность ещё со времён основания демонического королевства, — но слабость в магии принесла им презрительное прозвище «безрогие». Как бы они ни были похожи на демонов внешне и повадками, отсутствие рогов, а значит и магической силы, делало их в глазах окружающих слабыми. К тому же были ещё и дьяволы — раса, обладающая магией на одном уровне с демонами и даже носящая похожие рога.

— Поздравляем.

Мне оставалось лишь гадать, какие настоящие чувства скрывались за этими холодными улыбками, когда меня поздравляли с появлением рогов — символа великой магической силы.

Но одно я понимал наверняка. Армия Короля демонов вовсе не была монолитом.

— Ещё раз поздравляю, Зилбагиас. Уверена, с сегодняшнего дня ты начнёшь видеть мир по-новому, — уже немного успокоившись, сказала Прати, вновь обмахиваясь веером. — По крайней мере, отныне ты сможешь защитить себя. До сих пор мы жёстко ограничивали тебя в передвижениях, но теперь можем дать тебе больше свободы.

— Защитить себя? — переспросил я, удивлённо склонив голову.

«Жёстко ограничивали» — это было мягко сказано. Я практически никогда не покидал замок, а в самом замке имелись места, куда мне вход был вовсе запрещён. Например, я не мог войти во дворец, где жили Король демонов и мои старшие братья с сёстрами. Объясняли это тем, что там слишком опасно. Неизвестно, что могут сделать со мной другие принцы, принцессы и их семьи. Но неужели рога так сильно меняли дело? Что, демоны и правда в бою сцепляются рогами, как бараны?

— Позволь показать тебе благословение, которое несут эти рога, Зилбагиас. — С подозрительной улыбкой Прати захлопнула веер. Из неё хлынула сила, заполняя всю комнату.

— На колени.

Воздух в комнате мгновенно стал вязким. Будто всё вокруг превратилось в густой гель. В этих словах чувствовалось явное принуждение. Я машинально защитился. Когда нас учили сражаться против демонов, это всегда было первым правилом: представить вокруг себя прозрачную пустую оболочку. Она нужна, чтобы отражать магию и проклятия.

И именно тут меня потрясло одно простое обстоятельство. С рогами эта защитная мера вдруг стала почти до смешного лёгкой. Всё тело мгновенно словно стало легче. Магическая энергия, которой я управлял, впервые ощущалась чем-то вещественным. В прошлой жизни пользоваться магией всегда было для меня чем-то смутным и ненадёжным. Как будто раньше мне приходилось писать с повязкой на глазах, а теперь я наконец увидел сам лист. Разница была колоссальной.

Краем глаза я заметил, что зверолюди уже стоят на коленях, с вставшей дыбом шерстью. Ночные эльфийки отчаянно пытались сопротивляться. Импам было просто не по себе, как будто они стояли в дыму костра, а вот на Софию происходящее не влияло вовсе.

— Поразительно, — улыбнулась Прати, и глаза её засияли. — Даже под моим давлением у тебя колени не дрогнули. Великолепно!

Давление исчезло. Зверолюди, жадно хватая воздух, поднялись на ноги, а ночные эльфийки облегчённо выдохнули.

— Как и ожидалось от моего сына. Даже без рогов ты был ребёнком с исключительно сильной волей. — В её формулировке было что-то, что зацепило меня.

В её словах ощущалась до боли знакомая тяжесть. Разница в силе не меняла того факта, что я уже чувствовал такое раньше.

— Ты станешь Королём демонов, Зилбагиас.

Тогда, когда она говорила это, не было ли это чем-то вроде проклятия? Заклинанием, превращающим её собственного сына в того, кто способен стать Королём демонов? От этого осознания меня пробрал холод.

— Если выдерживаешь моё давление, значит, всё в порядке. Во дворец ты сможешь входить, не боясь погибнуть. Ах, как же я рада, что ты оказался таким сильным! Если бы ты оказался трусом, который обвешивается талисманами, чтобы отбиваться от проклятий, мне бы потом всю жизнь это вспоминали, — в прекрасном настроении рассмеялась Прати. — Думаю, можно немного ускорить события. Уверена, тебе не терпится побывать во дворце и встретиться с Его величеством Королём демонов Гордогиасом, не так ли?

Я был героем. И даже лицом к лицу с самим Королём демонов не ведал страха. Наконец-то мне разрешили войти во дворец, где жил этот ублюдок. Немногое могло бы порадовать меня больше.

Хотя, если уж совсем честно, надеюсь, мне простят небольшую тревогу. В свой прошлый «визит» в замок Короля демонов у меня хотя бы были меч, щит и защитные талисманы.

†††

Наверное, мне даже повезло, что в тот день я не смог с ходу ворваться во дворец. После окончания «безрогого периода» мне полагался уже официальный придворный ранг, а это требовало времени. Формально я должен был стать эсквайром.

У демонов существовала безумная иерархическая система: каждого без исключения они считали той или иной разновидностью знати. Отрастил рога — получил ранг эсквайра, достиг пятнадцати лет и взрослости — стал рыцарем, а дальше мог подниматься по ступеням в зависимости от заслуг перед королевством и на войне.

Происхождение и владения почти не влияли на общественное положение; титулы получали все дети, а не только старшие. Даже дети самого Короля демонов начинали с низов иерархии. Эта система разительно отличалась от человеческой. К тому же ранги напрямую были связаны с цепочкой командования на поле боя. Высшим, разумеется, оставался Король демонов. Не вынося подчинения кому бы то ни было, демоны тратили каждую минуту бодрствования, чтобы выжать из себя ещё хоть каплю силы и взобраться хотя бы на одну ступень выше.

Кстати, ранги полагались и не-демоническим расам. Ночные эльфы и драконы считались гражданами первого класса. К нему же относились некоторые особенно преданные Королю демонов представители нежити. Вожди зверолюдей, вроде королей и племенных старейшин, а также дьяволы, в иерархии ставились примерно на один уровень с демонами.

— Я? Наверное, баронесса или что-то вроде того. — Это было во время занятий. Исправляя написанное мной сочинение, София ответила на мой вопрос скучающим тоном.

— Что-то тебя это не особенно волнует, — заметил я.

— Моя работа не имеет отношения к бою, так что титул, прописанный рядом с моим именем в бумагах, — всего лишь формальность, — ответила она. — К тому же силу дьявола и так любой определит с одного взгляда.

И правда. Сила дьяволов была напрямую связана с их магией. С тех пор как у меня выросли рога, я успел повидать в замке немало дьяволов и с одного взгляда очень отчётливо понимал, кто из них сильнее или слабее Софии. Если такое было очевидно даже для демона вроде меня, то для самих дьяволов это и вовсе, наверное, естественно.

— Но если любой может подняться по иерархии только за счёт силы, не создаёт ли это проблем с наследованием трона?

— В каком смысле? — не поняла София.

— Эрцгерцоги ведь идут сразу после Короля демонов, верно? Разве они не ухватятся за шанс однажды самим стать Королём демонов? По-моему, это должно вызывать бесконечную череду войн за престол.

— Не уверена, что понимаю. А в чём здесь проблема?

После недоумённого ответа Софии я перестал писать. Ах да, точно. Короля демонов определяла вовсе не родословная. Значила только сила, достаточная, чтобы занять его место. А значит, и жестокость битвы за следующий трон никого особенно не смущала.

— Нынешний Король демонов перебил всех, кто ему противостоял, — даже собственных братьев и сестёр. Уцелели лишь те, кто присягнул ему от всей души. Только тот, кто сумел выжить в такой чудовищной борьбе за власть и выйти из неё победителем, способен вызвать уважение у своевольной расы вроде демонов.

— То есть именно такая чудовищная разница в силе и заставляет всех подчиняться.

— Именно. Нужно доказать, что ты достоин унаследовать Копьё Короля демонов.

То самое копьё. В бою с Королём демонов я его прекрасно запомнил. Простое на вид, грубое, будто высеченное из обсидиана оружие — и при этом артефакт невероятной силы. Сколько бы защитных чар и молитв ни было наложено на наши щиты, оно пробивало их так легко, будто это был не щит, а бумага.

— Что такое Копьё Короля демонов? — спросил я.

— Ах, а ведь мы тебе этого ещё не объясняли. Для нас-то это общеизвестно, вот я и не думала упоминать, — хлопнула в ладоши София и тут же с радостью принялась за очередную лекцию. — Копьё Короля демонов переходит от одного Короля демонов к другому. Его выковал твой дед, Его величество первый Король демонов Раогиас, ценой собственной души.

— Ценой собственной души? Звучит как что-то, на что был бы способен гном.

Это напоминало истинную ковку у гномов. С помощью расовой магии они могли усиливать кузнечное дело, вкладывая в оружие или броню собственную душу и создавая магический предмет чудовищной силы.

— Точно! Удивительно, что ты это знаешь! — на лице Софии мелькнуло недоумение. — Постой… откуда ты это знаешь?

Упс. Про истинную ковку у нас на занятиях ещё не говорили, а ведь именно эта дьяволица и курировала всё моё образование!

— Кажется, видел это в какой-то книге, — жалко соврал я, чувствуя, как по спине потянул холодный пот.

Иногда я и сам себя не узнавал. Я уже выучил демонический алфавит, человеческий, а теперь потихоньку начал и эльфийский. Читал я вполне свободно и успел одолеть немало учебников. Может, из-за детского возраста память у меня была особенно цепкой. Благодаря этой дьяволице моё отвращение к учёбе мало-помалу начало слабеть.

— А-а, в той исторической книге, которую я задала тебе читать триста семьдесят один день назад, действительно мельком упоминались гномы. Я не вдавалась тогда в подробности, значит, ты и правда внимательно её прочёл! — Прищурившись и ненадолго уставившись в сторону, она наконец энергично кивнула.

Пронесло. Очень, очень пронесло. Она знала содержимое каждой книги, которую я читал, от корки до корки! Не окажись в одной из них упоминания гномов — мне бы конец! В следующий раз надо думать, прежде чем говорить. И поменьше вообще озвучивать свои мысли.

— Ладно, вернёмся к копью. Продолжай.

— Да. Как вы, вероятно, уже догадались, лорд Зилбагиас, Копьё Короля демонов — магическое оружие. В нём заключена сила Пожирателя душ, которую первый Король демонов получил, заключив договор с богом-дьяволом.

Пожиратель душ. Та самая ересь, что даровала Королю демонов его абсурдную силу. Даже мы в Панчеловеческом альянсе знали это название, но на этом наши знания почти и заканчивались. Сердце у меня бешено колотилось, но я молча торопил её взглядом продолжать.

— Пожиратель душ — это власть бога-дьявола Канибала, магия, которая использует души врагов как пищу для магической силы. В Копьё Короля демонов хранится и эта сила, и огромная часть магической мощи первого Короля демонов, — и всё это наследуется каждым, кто владеет копьём.

Так вот в чём секрет чудовищной мощи Короля демонов и той мерзкой ереси под названием «Пожиратель душ» — в этом копье!

— И потому можно сказать, что борьба за трон — это, по сути, борьба за обладание этим копьём. Но всё не так просто, как просто завладеть им. Именно эта борьба, эта резня за наследование, завершает проклятие, которое подчиняет его силу последнему выжившему.

В какой-то момент у меня пересохло во рту. Это значит… значит…

— Тогда… — Хотя я только что решил сперва думать, а потом говорить, в этот раз не удержался. — Если вдруг с этим копьём что-нибудь случится… это ведь будет огромной проблемой, верно?

— Пожалуй, да, — ответила София. — Если это копьё исчезнет и не останется никого достаточно сильного, чтобы быть королём, связи, удерживающие вместе демонические расы, к несчастью, распадутся, — с явной иронией в голосе продолжила она. — Впрочем, я сильно сомневаюсь, что в этом мире вообще найдётся нечто, способное уничтожить то копьё. Это кристаллизация души первого Короля демонов и носитель власти бога-дьявола. А главное — нынешний Король демонов не спускает с него глаз ни на миг. Он ни за что не позволит с ним что-то сделать.

И отлично. Следит он за этим копьём или нет — мне плевать. Я всё равно собираюсь его убить. Я ведь только и мечтал, что найти очевидную слабость в самом сердце демонического королевства.

— Ой, точно! Есть же книга, где об этом много сказано. Её сам первый Король демонов написал! — С этими словами София вытащила из складок одежды огромный том. На вид — почти словарь.

— Ты откуда это достала?!

— У меня внутри библиотека.

— Библиотека?! — Должны же быть какие-то пределы у жизни без ограничений физического тела?!

Ошарашенный этим новым открытием, я взял протянутую мне книгу. С виду она была самой обычной — прочная, утилитарная обложка без изысков. Название тоже выглядело предельно просто: «Основание королевства демонов». Книга, написанная первым Королём демонов, Раогиасом. Что же там могло быть внутри? Я бегло взглянул на предисловие.

«Изначально демоны были народом диким. Хотя каждый по отдельности отличался силой, как народ мы ничем не превосходили себе подобных».

Что?! Демон — и так отзывается о других демонах?! Если бы кто угодно, кроме самого Короля демонов, позволил себе подобное, его бы тут же избили до полусмерти. Я инстинктивно ещё раз проверил имя автора на обложке.

София ухмыльнулась, заметив мою реакцию.

— Первый Король демонов был весьма странным человеком, не правда ли?

— Похоже на то…

Хотя книга называлась «Основание королевства демонов», по сути это была автобиография. Почему он стал Королём демонов? Как он им стал? Что думал о собственном народе? Первая половина его жизни была изложена в предельной краткости.

Первый Король демонов Раогиас родился в небольшом племени. Его отец был вождём и имел столько жён, что давно сбился со счёта, сколько у него детей.

«Дикари — иного точного слова для демонов того времени не найти».

Так он описывал свою тогдашнюю жизнь.

«Мы ходили в мехах и шкурах, жили в пещерах, сидели прямо на голой земле. Из еды мы разве что слегка подогревали мясо, а потом ели его руками. Набив желудки, хватали каменные копья и обходили “священную землю” — маленькое охотничье угодье, где сражались с другими племенами демонов».

Он не шутил, когда называл их дикарями. Демоническое королевство возникло на этом континенте словно из ниоткуда примерно двести пятьдесят лет назад. Если учитывать слова первого Короля демонов, выходит, ещё каких-то триста лет назад демоны и правда вели совершенно первобытный образ жизни. Впрочем, я и сейчас считал их дикарями, но даже такие мелочи, как пользование столовыми приборами, показывали: как цивилизация они всё же продвинулись довольно далеко.

«Я родился необычайно сильным. Никто из моего поколения не мог одолеть меня, а позже — и никто из старших. Я унёс жизни многих воинов в бою и был избран следующим вождём».

«Однажды я поднял взгляд к небу и увидел стаю птиц, летящую над головой. Откуда они прилетели? Я спросил у соплеменников, но никто не знал ответа — да и не хотел знать. Для них эти птицы были всего лишь потенциальной добычей, перелетевшей через горы на нашу священную землю».

«Мне осточертели бесконечно однообразные бессмысленные битвы. Я жаждал узнать о внешнем мире и тайне, скрытой за горами».

Устав от междоусобных схваток собственного народа, Раогиас сбежал. Земли, где жили демоны, были отрезаны от остального континента суровой горной грядой. Скудость воды и пищи, как он заключил, и делала столкновения между племенами демонов необходимыми, чтобы сдерживать рост населения.

Путь через горы оказался жесток. Он ориентировался по перелётным птицам и даже сбивал некоторых ради еды. А чтобы добыть воду, плавил снег и лёд огненной магией. Но даже так едва остался в живых.

«За горами лежала бескрайняя и богатая земля. Я не мог умереть, не утолив своего любопытства. Именно эта решимость и позволила мне спуститься с гор».

И он действительно дошёл. Земля, которую он увидел, была так полна изобилия, что казалась раем. Мысль о соплеменниках, которые по-прежнему жили на своей крошечной «священной земле», проливая кровь за жалкие клочки почвы, наполнила его жалостью.

Но, разумеется, этот рай уже был обитаем. По этим землям ходили люди, эльфы и зверолюди. И даже в таком раю они всё равно воевали за землю.

«Первое человеческое королевство, к которому я приблизился, приняло меня за порождение зла и встретило весьма бурно. Впрочем, с мехами на плечах, грязью после долгого пути, бледной кожей, внушительными рогами и мощной магией их страх был вполне объясним».

«Я с лёгкостью смёл их “приветствие”, зарубив всякого, кто осмелился напасть, и отправился в королевство зверолюдей. Оно как раз воевало с людьми, и, увидев, как те атакуют меня, зверолюди встали на мою сторону».

«Именно зверолюди приняли меня по-настоящему радушно. И хотя в магии они были жалки, их военная сила заслуживала уважения. Стоило мне продемонстрировать силу — и они стали слушать. Мне было любопытно видеть, как верность здесь даруют лишь за мощь».

«Выслушав рассказы зверолюдей, я сделал необходимые приготовления и вновь отправился странствовать по континенту».

Раогиас скитался по миру несколько десятилетий. Он выучил читать и писать на письменностях других рас. Много времени ушло у него на погружение в их культуры. Он сражался с людьми и даже сумел подружиться с некоторыми из них. Иногда сталкивался с замкнутыми эльфами-изоляционистами, а порой путешествовал вместе с чудаками, покинувшими родные леса. Он дивился кузнечному искусству гномов, шёл рядом с караванами зверолюдей и даже бился с драконами. Скитаясь по миру и встречая самых разных существ, он вынужден был признать и принять жалкое состояние собственного народа.

«Я не мог заставить себя прожить остаток жизни в одиночестве здесь, во внешнем мире. Но как вождю вернуть уважение народа, однажды уже покинув его? И силы, чтобы объединить и повести остальные племена, у меня тоже не было».

«Земля за горами была богата и плодородна. Единственным препятствием, мешавшим демонам завладеть ею, оставалось единство. Но мой народ не склонялся перед логикой и разумом. Нужна была не мысль — нужна была сокрушительная мощь, безмерная сила».

«Где мне обрести такую силу? В поисках ответа я продолжил странствие. И неподалёку от прежнего дома, в заброшенной бесплодной пустоши, которую считали проклятой, я нашёл его. Я нашёл там шрамы, оставленные войнами богов, искажение пространства и времени. Я нашёл Тёмный портал — врата, ведущие в Бездну».

Это была маленькая дыра, соединявшая мир с миром, где обитали дьяволы. Из-за искажения времени и пространства сама область была крайне нестабильной. Люди и зверолюди, лишённые достаточной магической силы, даже приблизиться к ней не могли. Эльфы из любви к природе презирали это место, а гномы, одержимые кузнечным делом, и вовсе не удостаивали его вторым взглядом. Не знаю, что Раогиас надеялся найти, когда забрёл в ту адскую пустошь, но нашёл он врата в Бездну. Бросившись в это искажение безрассудно, он попал в Бездну и впервые встретился с дьяволами.

«И снова меня встретило насилие. Однако, в отличие от прежних столкновений, дьяволы обладали немалой силой и оказались грозными противниками».

Но та свирепая битва привлекла внимание великого дьявола.

«Бога-дьявола Канибала. Его мощь превосходила всё, что я видел до того. Он предложил мне заключить договор на проклятие, которое позволит пожирать души врагов. Взамен малая часть силы, которую я буду получать, отойдёт ему, и прежде всего он желал, чтобы моя жизнь служила ему развлечением».

Договор был заключён. Получив еретическую силу Пожирателя душ, он отправился домой, убивая и пожирая души всех, кто вставал у него на пути. Небольшая часть всей вновь обретённой силы через Тёмный портал утекала обратно к Канибалу. Вернувшись на родину, он с помощью своей ошеломляющей мощи объединил демонов. Он стал их королём. А чтобы укрепить власть, взял то, чему научился у людей, и навязал своему народу сословную систему. После этого демоны начали поочерёдно переходить через горы и вторгаться в богатый, изобильный внешний мир…

…а всё, что было дальше, было до боли знакомой историей. Человеческие королевства были разгромлены. Королевства зверолюдей примкнули к демонам. Гоблинов и огров подчинили. Эльфийские леса охватило пламя. Ночные эльфы влились в ряды демонов. Драконов усмирили. Нежить поглотили.

Обретя для себя достаточно силы, Раогиас открыл своему народу тайну Тёмного портала и тем самым позволил им заключать договоры с дьяволами по ту сторону. Эти контракты ещё сильнее укрепили и без того могучих демонов. А слабые дьяволы, узнав, как легко во внешнем мире можно обрести силу, тоже начали валом валить через портал.

Свои записи Король демонов завершал так:

«Демоны, мой народ. Примите единство. Не смейте недооценивать силу, которую численность даёт слабым расам. Распри между вами лишь затянут вас в капкан. Дни, когда вы дрались за священную землю, миновали. Учитесь у врагов, совершенствуйтесь. И не ошибитесь в выборе надлежащей цели для своей ярости».

«Короли демонов, мои преемники. Ведите свой народ. Без великой цели демоны не останутся едины. А потому вы должны завоёвывать. Править. Продолжать создавать себе новых врагов. Заливайте землю их кровью. Так вы смоете память о старых демонических племенах. Не дайте нашему народу скатиться обратно в бескультурную дикость».

Я захлопнул книгу. Так. Кажется, я понял. Чувства первого Короля демонов в общем-то были понятны. Всё это было попыткой объединить демонов, чтобы они трудились и процветали как единое целое. А удержать их вместе можно было только одной вещью: сокрушительной силой во главе и врагом, на которого можно направить их воинственную натуру. Понятно. Понятно.

Да. Иди. Ты. К чёрту.

И это всё? Только ради этого?! Ты уничтожил мой дом! Мою деревню! Всех, кого я знал, убили — ради этого?! Да иди ты к чёрту!!!

Так вот почему все здесь готовы до смерти скрестись друг с другом, лишь бы сохранить свою идиотскую жизнь?! Так вам, ублюдкам, и надо! Вы взвалили все эти страдания на другие расы только ради того, чтобы сберечь свою мерзкую кровь?! Знайте своё место, вы, отвратительные выродки!

У меня дрожали руки. Мне стоило огромных усилий не разорвать книгу в клочья. Не смотри на меня София, я, наверное, так бы и сделал.

— Ну как? Мысли и чувства первого Короля демонов ведь очень хорошо чувствуются, правда? — невинно спросила София.

Я сделал несколько долгих, глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Ей достаточно было решить, что ярость на моём лице — следствие сильного душевного потрясения.

— Она потрясла меня до глубины души. — Сильнее, чем что бы то ни было прежде. — Король Раогиас… я очень хорошо понимаю его чувства, — медленно произнёс я, буквально выцеживая каждое слово. — Это было… крайне поучительно.

Когда я замолчал, София отозвалась чем-то вроде «рада слышать».

Да, поучительно — и сразу в нескольких смыслах. Первый Король демонов, уж твои-то чувства я понимаю отлично. Понимаю — и собираюсь разрушить всё, что ты построил. Я разнесу вдребезги все твои мечты.

И я уже знал как. Вполне естественно, что «Основание королевства демонов» станет основой моего плана. Нужно было лишь взять всё, о чём там сказано, — и сделать ровно наоборот. Я поставлю это королевство на колени. Я загоню демонов, всех порождений тьмы, обратно в их первобытную жизнь, туда, где место этим дикарям. Они станут ниже даже диких зверей. А когда всё закончится, может, я и сам напишу автобиографию. Назову её, скажем, «Разрушение королевства демонов».

Как бы ни бесила меня эта книга, то, что я из неё вынес, было бесценно. Например, я понял, что за то время, пока я вырасту, Панчеловеческий альянс не будет уничтожен. Продвижение армии Короля демонов шло мучительно медленно. Они могли снести приграничную крепость за полдня, но на закрепление на окружающих землях у них уходили недели. Даже если они готовились к контрнаступлению, подобная осторожность была им не слишком свойственна. Но после этой книги я понял почему.

Если бы они двигались слишком быстро, враги закончились бы слишком скоро. Сокрушительное наступление могло бы стереть Альянс в пыль в считаные сроки, но тогда у демонов возникли бы иные проблемы. Поэтому они никогда не сражались в полную силу, оставляя Альянсу время восстановить боеспособность. А потом снова приходили, чтобы ударить по демонам в лоб, утоляя их жажду боя.

До уничтожения Альянса оставалось ещё много времени. Хотя это и не значило, что я могу просто бездельничать.

Второе, что я узнал, касалось существования Тёмного портала. Альянс давно гадал, как армии Короля демонов удалось привлечь на свою сторону столько дьяволов, но я и представить не мог, что у них есть прямой путь в Бездну.

— София, ты тоже пришла сюда через Тёмный портал? — спросил я у неё в перерыве между тренировочными схватками.

— Разумеется. В наше время дьяволы уже не откликаются на призывы. — Она ответила так, будто всё было очевидно. — Ритуалы призыва опасны для вызывающего: они пожирают не только магическую силу, но и жизненную энергию. Но и для нас, дьяволов, это, мягко говоря, не самое приятное ощущение. Если объяснить тебе попроще — это всё равно что пытаться протиснуться в крошечную дырку.

— Звучит ужасно болезненно. А через Тёмный портал иначе?

— Совсем иначе. Как пройти по тоннелю.

— Тогда почему дьяволы с самого начала не пользовались Тёмным порталом? — Судя по удобству, они должны были валить через него толпами.

— Всё просто. Если дьявол проходит через портал сам по себе, до этого мира он не добирается. Нужен кто-то, кто свяжет его с этим миром, что-то вроде моста. Иначе говоря, идти надо вместе с демоном.

По словам Софии, Тёмный портал со стороны Бездны представлял собой пространственную дыру с неизвестным назначением. Некоторые дьяволы пытались пройти через неё в одиночку, но обратно не вернулся никто. Зато если идти вместе с кем-то, кто связан с этим миром, переход даётся без труда.

Чёрт. Если ничего с этим порталом не сделать, он ещё станет серьёзной проблемой. Хотя, если честно, эта пространственная аномалия выглядела явлением куда более масштабным, чем сама армия Короля демонов. Шансов, что я сумею с ней что-нибудь сделать, было мало.

Придётся ослабить само демоническое королевство, самих демонов. С дьяволами рядом и без того сильные демоны становились ещё сильнее. Ослабить их зависимость от дьявольской помощи было первостепенной задачей. И одновременно нужно было что-то сделать с Копьём Короля демонов, чтобы ударить по хрупкому единству, на котором держался весь демонический народ.

У человечества всё ещё оставался шанс победить.

— Похоже, скоро и твой черёд, а? — задумчиво кивнула София.

— Черед чего?

— Путешествия в Бездну, конечно.

— Э-э, что?

— У тебя уже выросли рога, да и магической силы у тебя достаточно, — объяснила она. — Первый принц демонов лорд Айогиас в своё время наделал немало шуму, впервые отправившись в Бездну в восемь лет, чтобы заключить свой первый договор. Сомневаюсь, что твоя мать упустит шанс побить этот рекорд и потащить тебя туда в пять.

Да уж, очень на неё похоже. Прати ни за что не упустила бы такой соблазнительной возможности.

— Это важнейшая часть роста и воспитания демона. Мне самой ужасно интересно, с каким дьяволом ты заключишь договор, — рассмеялась София.

Выходит, герой вроде меня отправится в Бездну и заключит договор с дьяволом?

А вообще меня это устраивало. Я должен был победить Короля демонов и уничтожить это королевство. Если договор с дьяволом даст мне силу, нужную для этого, — так тому и быть.

— Кстати, а как вообще найти дьявола, с которым стоит заключить договор?

— Об этом можешь не беспокоиться. Когда пройдёшь через Тёмный портал, ты естественным образом соприкоснёшься с дьяволом, который тебе подходит.

— В-вот как…

Интересно, какой дьявол может естественным образом подойти бывшему герою вроде меня?

Несколько дней спустя.

— Зилбагиас! Пора отправляться в Бездну! — приказала Прати. — Мы подберём тебе подходящего дьявола ещё до того, как ты ступишь во дворец.