Мечту напарницы нельзя растоптать

Было 20:10.

В роскошном отеле в имперской столице, Ирейле, с шестидесятого этажа открывался великолепный вид на лежащий внизу мир. Огни вспыхивали, точно фейерверки, красным, жёлтым и оранжевым. Женщина у большого окна следила за каждым таким всполохом и невольно улыбалась. То, в каком положении она оказалась, вдруг показалось ей до смешного забавным.

В Ирейл она прибыла, готовясь к долгой миссии, но ни разу так и не почувствовала себя здесь дома. Тереться среди тех, кто ниже её, было одной сплошной пыткой и только сильнее заставляло тосковать по родным местам.

Но теперь миссия закончилась.

Скорее всего, сюда она уже никогда не вернётся.

Женщина в тёмном костюме, Аурокс, отошла от окна и заговорила с рыцарем в доспехах, стоявшим у стены.

— Пора съезжать. Забери багаж.

Рыцарь поднял одной рукой огромный сундук. Это были рабочие инструменты, которыми так и не пришлось воспользоваться, но доверять их носильщику Аурокс не собиралась. Всем, что касалось перевозки, занимался её помощник.

Аурокс провела пальцем по эфесу своего магического меча. Они вышли из номера, сели в лифт и с удовольствием пролетели двести метров вниз, к земле.

Ну что ж.

За дверями лифта они направились через вестибюль. Пространство здесь было огромным, под высоким потолком висели люстры. Она видела всё это каждый день, но теперь в картине ощущалось что-то неправильное.

Вестибюль пустовал.

Ни одного постояльца, ни души у стойки. Будто все люди вдруг испарились.

Что это значит?

Рука Аурокс сама собой потянулась к эфесу — и в этот момент зазвучал голос.

— Наконец-то вы пришли.

Он донёсся из-за колонны.

— Я велел очистить холл. А остальным приказал не выходить из номеров. Заложников вы не возьмёте.

Из-за колонны вышел мужчина.

Невысокий, так что его легко было принять за студента; узкие длинные глаза, чуть детское выражение у губ. Аурокс сразу его узнала.

— Сдавайтесь по-хорошему. До грубости можно и не доводить.

Из-за другой колонны показалась девушка в монашеском облачении. Чёрный ошейник на её шее плохо вязался с образом затворницы.

Надо же, — подумала Аурокс.

— Аурокс, — сказал детектив Шестого участка. — Вы арестованы за убийство Хроноса Дракении.

Всё решали ближайшие минуты.

Роуг Макабеста стоял спиной к стойке регистрации и не сводил глаз с женщины из Корпуса палачей. Её помощник-рыцарь замер в боевой готовности в нескольких метрах справа.

Первой заговорила Аурокс.

— Вы намерены меня арестовать? Не имея на это полномочий? Вы уверены? Мне отлично известно, что вас отстранили.

Он и сам ожидал, что она попытается вывернуться словами. Но если отпустить её сейчас, во второй раз уже не поймаешь.

— Знаю, — ответил он.

— Повернитесь и уходите, — сказала Аурокс. — Это будет для вас лучшим решением. Бросьте это сейчас, и мне не придётся докладывать обо всём начальству.

— Да докладывайте сколько влезет. Только не жалуйтесь потом, если проблемы постучатся в двери Ригтонов.

— Ах, — тихо сказала Аурокс, и её прищуренные глаза чуть шире раскрылись. — Какая занимательная мысль. И как же именно я доставлю моим господам неприятности?

— Потому что именно они приказали вам убить Хроноса, — объявила Катрин.

Её нефритовые глаза впились в женщину из Корпуса палачей.

Эту речь они подготовили заранее.

— Хронос вообще не стоял за этим делом. Всё оно с самого начала было подделкой, которую устроили вы и Корпус палачей. Вы делали вид, будто расследуете его, направляли подозрения на Хроноса и скрывали собственное участие. И ментальное вмешательство в жертв, и слияние с заклинанием Блум — всё это ваших рук дело.

— Ну и обвинения, — вздохнула Аурокс, качнув головой. — Как нелепо. И зачем мне понадобилось бы идти на такие ухищрения? Мы защищаем империю. Мы не ведьмы и не убиваем без причины, лишь бы потешить свои низменные желания.

— А если причина всё-таки была? — спросила Катрин.

— Ради победы жертвы допустимы. Если заложник поможет схватить ведьму, мы не станем колебаться. Пусть даже этим заложником окажется ребёнок, если это даст результат, — без паузы ответила Аурокс.

Но именно поэтому…

— Именно поэтому вы и есть наша преступница, — заключила Катрин.

— Если план Ригтонов сработает, они получат контроль над всеми ведьмами Шестого участка.

— Точнее, — подхватил Роуг, — посадят в кресло начальника Шестого участка свою марионетку. Ведьмы — единственное, что есть у Дракений и чего нет у Ригтонов. У Ригтонов есть вы, палачи, но пока у Дракений на ведьмах ошейники, они не могут победить. Я у них костью в горле, так что вам оставалось только либо подорвать меня бомбой, либо найти повод отстранить меня от дела.

Роуг сделал шаг к женщине из Корпуса палачей.

Один.

Потом ещё.

— Вам пришлось выставить Хроноса виновным, потому что иначе Шестой участок в это бы не втянули. Ведьм не вызывают на обычные магические преступления.

— А что насчёт сообщений? Лично мне они так и остались непонятны, — сказала Аурокс.

— Они были нужны, чтобы убедить нас, будто Хронос замешан. Но не последнее сообщение: «Я знаю». Оно было адресовано Дракениям. Им подбросили иллюзию, будто Хронос нашёл способ полностью слиться с заклинанием. Ловушка именно для них. Он же из рода Дракений. Связь идеальная, чтобы залезть внутрь их дома под предлогом расследования. Вы били не только по Шестому участку. Вы целились ещё и по Дракениям.

— Достаточно, — оборвала его женщина из Корпуса палачей. — Воображение у вас и правда богатое, но мой рейс скоро улетает. Посторонитесь.

— Не дождётесь. Мы пришли надеть на вас наручники. На обоих.

Аурокс покачала головой.

— Вам следовало бы принести с собой хоть какую-то улику. Пока у вас только пустые обвинения.

Наконец.

— Справедливо, — кивнул Роуг. — До сих пор мы и правда говорили одни догадки. Но один факт у нас есть.

Он перевёл взгляд на рыцаря в доспехах.

— Сила магического меча вашего помощника.

— …Что?

Впервые брови Аурокс опустились.

— При чём тут мой помо…?

Роуг не дал ей договорить и ткнул ей в лицо экраном телефона.

На нём была фотография бутылочки, доверху наполненной крупинками.

— Как по-вашему, что это?

Глаза Аурокс расширились.

— Бутылка. И… песок внутри?

— То, что внутри, раньше принадлежало музею. Именно это ваш помощник разбил.

Он показал ей снимок статуи ястреба.

— С нами связался куратор. Они фотографировали нанесённый вашим помощником ущерб и рядом нашли что-то вроде песка. Зерно было слишком мелким, чтобы быть частью обломков, так что он собрал всё в бутылку на всякий случай. А потом передал в Шестой участок.

Роуг убрал телефон в карман.

— Вы ведь уже видели похожие следы, верно? Например, на правой руке Хроноса.

— …

Аурокс замолчала, и Роуг тут же надавил сильнее.

— Магический меч вашего помощника вытягивает жизненную силу из всего, к чему прикасается. Причём настолько резко, что от малейшего касания тело осыпается в песок.

— …И зачем бы нам было пользоваться способом, который так легко отследить? — спросила Аурокс. — Это всего лишь побочный эффект заклинания «Контроль», с которым когда-то слился Хронос. Даже если бы у моего помощника была похожая способность, вы всего лишь пытаетесь этим нас подставить. Зачем нам уходить с места преступления, не скрыв улики? Ваша логика не выдерживает критики.

— Слияние развеяли.

Он увидел, как она дрогнула, и продолжил.

— Вы собирались взорвать и меня. Тогда все следы исчезли бы сами собой. Но за несколько часов до того, как мы добрались до костницы, что-то пошло не так. А может, кто-то заставил это пойти не так? Как бы там ни было, вы уже не смогли снова превратить Хроноса в бомбу к нашему приходу. Пришлось отказаться от плана убить меня и ограничиться отстранением, настаивая, будто смерть Хроноса вызвал «Контроль».

Тишина.

Аурокс опустила голову и ничего не сказала.

Эхо речи Роуга утонуло в глубине пустого вестибюля.

— Мы собрали остатки из костницы. Стоит сравнить их с тем, что нашли у музейной статуи, и результаты скажут всё сами.

И тут…

Тк.

…по мраморному полу щёлкнул каблук. Аурокс сменила стойку.

— …Лучше бы я оставила помощника в отеле.

— Значит, признаёте?

— …

— Мы отвезём вас в участок. Там и расскажете свою версию, — сказал Роуг.

Аурокс подняла голову.

— Боюсь, этого не будет.

Она ослепительно улыбнулась.

— Детектив! — крикнула Катрин.

В тот же миг лежавший перед Аурокс сундук подпрыгнул от пола. Защёлки слетели; в воздухе он начал менять форму. Внутри ничего не было — только бесчисленные тёмно-красные письмена. Они зависли в воздухе и засияли.

— Разумеется, план отхода я приготовила заранее, — сказала Аурокс, протягивая руку к вратам переноса внутри сундука.

И исчезла.

Чёрт.

До этого сундук нёс рыцарь, но сейчас руки у него были пусты. Он швырнул багаж заранее, понимая, что времени следовать за ней не останется.

Роуг обязан был попробовать. Он рванулся к вратам, но в ту же секунду что-то чужое кольнуло его под рёбра. Всё тело покрылось мурашками, глаза сами распахнулись.

На мраморе отражалась фигура, заносящая меч.

Пальцы Роуга ещё даже не дотянулись до врат внутри сундука. Он уже был уверен, что сейчас его голова слетит с плеч, но вместо этого фигура лишь пронеслась мимо,

так и не коснувшись его.

— Бегите вперёд! — крикнула Катрин.

Он обернулся.

Катрин в воздухе сцепилась с рыцарем. Тот крепко держал её за руку и, пока Роуг смотрел, бездушно размахивал мечом.

— Я сразу за вами! Идите! — крикнула Катрин. Она отбила руку рыцаря, и того унесло прочь. Противник пробил колонну и прокатился по полу.

— …Смотри у меня, чтобы пришла! — рявкнул Роуг.

Катрин кивнула. Рыцарь уже поднимался на ноги — и пальцы Роуга коснулись врат.

Мир перекрутило. Всё тело будто дёрнуло сразу во все стороны — а в следующий миг он открыл глаза уже в окружении света.

Где я?

Железо было повсюду: пол, стены, потолок. Будто он оказался внутри подводной лодки. И всё же лампы здесь горели так ярко, что резало глаза.

Помещение было довольно просторным. Ряды стульев тянулись, как в приёмной, лицом к пластиковым кабинам.

Он ещё пытался понять, где находится, когда услышал шаги.

— Добро пожаловать, детектив Роуг.

Из одной из кабин на него смотрела Аурокс.

— Когда я помогала Хроносу бежать, то установила сюда врата. Раньше его держали именно здесь.

Она наполовину высунулась из кабины, сжимая в руке свою рапиру. К бою она была готова без всяких сомнений.

Но если это тюрьма, сообразил Роуг, здесь должны быть крепкие ребята, привычные к магическим преступникам. И всё же, как и минуту назад в отеле, он не чувствовал здесь больше никого.

— …А где охрана?

— Здесь.

Она пнула что-то у себя под ногами. Из кабины выкатились несколько мужчин в форме охранников. В их глазах уже не осталось света, а спины были согнуты.

— Заклинание Синхро в моём магическом мече полезно, но ментальное вмешательство — штука довольно неторопливая. Я знала, что вы тут же кинетесь за мной, так что торопилась. Вот и результат.

— …Что с вами не так?

Не было никакой необходимости убивать персонал. Даже если нужно было избавиться от свидетелей, между промывкой мозгов и хладнокровной бойней лежала огромная пропасть. Да и оружие слишком уж явное. Она что, уже просто в отчаянии?

Однако Аурокс это, похоже, не волновало.

— Всё ради выполнения миссии. Больше тут ничего нет.

— В вашу миссию не входят смерти случайных людей.

— Они увидели меня и подняли шум. А вы вот-вот должны были появиться. У меня не было времени на лишнюю возню. Не переживайте, я перебила им позвоночники — они почти ничего не почувствовали.

Роуг скрипнул зубами.

Вот же мразь.

Пока он мысленно выругался, Аурокс уже вышла из кабины ему навстречу.

— Признаю, я вас недооценила. И правда не ожидала, что вы так быстро раскусите мой план. Впечатляет. В знак уважения я укажу вам на одну ошибку в ваших выводах.

— И какую же?

— Пустяк, но позвольте поправить вас, прежде чем мы попытаемся убить друг друга. Вы решили, будто цель всей операции — чтобы Ригтоны вырвали контроль над ведьмами у Дракений. Это верно. Но это лишь то, чего хотят мои начальники. Моя же конечная цель…

— …убить всех ведьм.

С этими словами Аурокс рванулась вперёд, целя рапирой ему прямо в лоб. В последний миг он дёрнул головой в сторону, и у уха свистнул воздух. Несколько срезанных волосков закружились в воздухе. Их взгляды встретились. Аурокс улыбалась.

Сука.

— Как же я обрадовалась, когда меня назначили на это дело! Наконец-то мне позволят убить ведьм!

Она обрушила на него новую серию выпадов, целясь только в жизненно важные точки, но кончик рапиры всё равно полоснул его по ноге. За свою жизнь Роуг участвовал в сотнях драк, но её уколы были настолько быстры, что глаз не поспевал.

— Они зло! Всех их надо перебить! Разве вы не согласны, детектив Роуг?

Даже атакуя, Аурокс продолжала сыпать словами, не сбавляя напора. Она не давала ему даже секунды перевести дух. Да как это вообще работает? Так долго он точно не протянет.

Вместо того чтобы отступить, Роуг вошёл ближе. Острие метнулось ему в правый глаз. Он уклонился на волосок, вытянул левую руку и схватил её за вооружённую кисть. Лезвие замерло, дрожа в нескольких миллиметрах от его лба.

— …Тебе бы молчать об этом! — рявкнул он и впечатал ей в лицо удар головой.

У Аурокс тут же хлынула кровь из носа, но она лишь сказала:

— Но я имею право так говорить! Ведьмы рвали моих предков в клочья, будто конфетти. Сотни лет их резали и убивали. Все они появлялись на свет с обязанностью поставить на кон всё, чтобы охотиться на ведьм, и потому их смерти ничего не значили. И всё же эти ведьмы живы до сих пор! Разве это не безумие? Это праведная месть!

Месть? Ведьмам?

Лезвие коснулось его лба.

— Силы уходят? — спросила Аурокс. — Неужели я вижу крупицу сочувствия? Ах, неужели у вас есть личный опыт?

Боль на лбу усилилась. Тёплая струйка скатилась по щеке.

— …Откуда ты узнала?

— Я навела о вас справки. Десять лет назад маленький городок в лесу был стёрт за одну ночь. Выжил только один мальчик. Восемь лет. Тогда следствие решило, что виновата «вольная» ведьма. Ха-ха! По-моему, мы с вами в одной лодке.

— …!

Он полоснул её взглядом, но улыбка не дрогнула.

— Ведьмы жестоки. Вы и сами это знаете. Убивать их — значит спасать нас всех.

Аурокс говорила с каким-то восторгом. В её глазах не было и тени сомнения.

— Насколько вообще эти ошейники их сдерживают? Да никак. Одно украшение. Стоит чему-то пойти не так — и будет уже слишком поздно.

Надавливать она стала сильнее. Он чувствовал это ладонью, вцепившейся в её руку. Невероятно, что она вообще может быть такой сильной. Если бы не перчатки, устойчивые к порезам, она бы уже отрезала ему и руку, и голову.

Тонкая усмешка на лице Аурокс расползлась в хищный оскал.

— Ты так переживаешь за ведьму с той стороны? Не стоит. Можешь не беспокоиться. Она уже мертва.

Бой ослеплял.

Две тени метались по вестибюлю отеля, отталкиваясь от потолка и стен и сражаясь в трёх измерениях. Одна почти не касалась пола благодаря Полёту, другая крушила мраморные стены ногами, преследуя её прыжками.

Для Святой расстояние не имело значения. На близкой дистанции или на дальней — она была слита с десятью тысячами заклинаний и располагала бесконечным множеством способов атаковать. Проблемой был лишь магический меч в руках рыцаря.

—!

Лезвие чиркнуло ей по горлу. На лбу выступили крупные капли пота, и Святая отступила к потолку. Полёт удерживал на месте волосы и покрывало, однако несколько волосинок уже обращались в песок.

Магический меч пескодела.

Клинок, созданный, чтобы пробивать любую защитную магию и даже уничтожать плоть ведьмы. А рыцарь размахивал им так, будто держал не громадный меч, а деревянную палку. Лезвие сверкнуло, срезав кусок мраморного пола; она подхватила этот обломок одной рукой, швырнула его в ведьму под балками — и сама, оттолкнувшись, рванула за ним следом.

Перед Святой выросла стена. На лице мелькнуло мгновение колебания. Обойдёт справа? Слева? Или пройдёт прямо сквозь неё?

Она ошиблась.

Рыцарь возник за её спиной, занеся магический меч высоко вверх.

Катрин мгновенно навесила один за другим защитные слои, но клинок рыцаря прорезал их — правда, не все. Их было больше тридцати, и двадцать пять он разнёс, однако оставшиеся всё же приняли удар на себя. Ирония в том, что на другой стороне врат происходило почти то же самое.

Но рыцарь не остановился и пнул и Святую, и её защиту сразу.

Пол вздрогнул.

В мраморе образовалась огромная воронка, в центре которой, захлёбываясь кровью, лежала Святая. Она попыталась подняться, но по спине сразу прошёл разряд боли.

Пределов силы этого рыцаря она ещё даже не увидела.

Сверху послышался глухой шум чего-то тяжёлого, падающего в свободном падении, — звук её собственной близкой смерти.

С мутным взглядом Катрин подняла руку. Ветвь ветра ударила рыцарю в голову.

Та уклонилась одним движением шеи.

Лезвие ветра лишь пронеслось через холл и, не добившись ничего, кроме дыры во входных дверях, ушло прочь.

Рыцарь холодно смотрела на неё сверху вниз.

Через считаные секунды Катрин должна была быть насажена на магический меч. Но тут…

Шлем, скрывавший лицо рыцаря, треснул. Заклинание всё-таки задело его.

В воздухе пронёсся звук ломающегося металла. Трещина прошла по забралу, по всей голове. Шлем раскололся надвое и рухнул вниз.

— Н-нет… почему?.. Как?.. — ахнула Катрин.

Перед ней стояла девушка с ошейником на шее.

— Мой помощник — ведьма, — ликуя, бросила Аурокс, даже не ослабляя нажима.

— …В-в-ведьма?

Он застыл. Ведьма? Она правда это сказала?

— Ах, какое лицо. Не только Дракении умеют держать ведьм у себя на поводке.

Врёт. Зачем Корпусу палачей держать у себя ведьму? Неужели они поймали кого-то вне участка?

— Как жаль Святую. Этот магический меч пожирает ману с немыслимой скоростью и при этом убивает лучше любого другого. Пока им владеет ведьма, ваша Святая не может даже рассчитывать просто переждать, пока противница выдохнется. Искренне желаю вашей напарнице удачи. Она ей понадобится.

Пока он отвлёкся на эти слова, Аурокс резко надавила.

Голова сейчас расколется.

Роуг глубоко присел и всем корпусом выкрутился через левое плечо. По боку головы тут же прочертилась неглубокая борозда, а кончик рапиры со скрежетом царапнул пол.

— А ведь я уже почти избавила тебя от страданий.

Он тут же выпрямился, опёрся руками о пол, рывком поднялся на ноги. Аурокс не преследовала его. Она что, уверена, что и не нужно?

Тяжело дыша, Роуг спросил:

— Ты ненавидишь ведьм, но пользуешься одной?

— Именно, — ответила Аурокс. — Надо пользоваться теми инструментами, которые есть под рукой. Раз уж у меня нашлась собственная ведьма, грех не применить её с толком. Вообще это была моя идея — выпустить Жизель из её камеры. Видите ли, мой магический меч был слит с заклинанием ментального вмешательства Синхро, и я решила, что стоит провести эксперимент.

Она стряхнула рапиру в сторону, разбрызгав капли крови.

— Я внушила ей следующее: она не ведьма. Она не ведьма, а человек. Она не сделала ничего дурного, она на стороне добра. Говоря прямо, я промыла ей мозги. Причём куда дольше, чем любой из тех бомб Блума. Я подошла к делу очень тщательно. Даже если бы всё провалилось, я бы ничего не потеряла. Худшее, что могло случиться, — умерла бы ведьма. Но эксперимент удался. И теперь у меня есть ведьма, которая убивает ведьм и способна перебить их куда больше, чем когда-либо смогла бы я сама.

— …Гнусно.

— Иначе против ведьм не выстоять, детектив Роуг. Или вы всерьёз думаете, что с ними можно справиться, не запачкав рук?

Аурокс сместила вес, удерживая рапиру перед собой.

— Цель оправдывает средства. Почему бы мне не делать всё, что потребуется? Пусть ради этого гибнут люди — жизни совершенно посторонних мне ничего не стоят. Если их превратили в бомбы, значит, они принесли миру куда больше пользы. Я не в силах даже понять, как это можно осуждать.

Воздух сгустился.

Сейчас пойдёт.

Клинок палача расплылся в воздухе.

По залу пошли облака пыли.

Меч, больше самой владелицы, обрушился вниз, — но Святой там уже не было. Чёрная тень вылетела из пыли.

Катрин, Святая.

Монашеское облачение было перепачкано, но двигалась она стремительно.

— Прекрати! Мы обе ведьмы! Нам не нужно…

Ответа она не получила. Новый замах рыцаря мог рассечь её пополам. К этому моменту Катрин уже знала, что её барьеры такой удар не держат, и потому была вынуждена уходить. Каждый шаг, усиленный Полётом, уносил её сразу на десяток метров.

И всё же, несмотря на отступление Катрин, рыцарь оставалась на месте, в центре воронки. Катрин нахмурилась.

Мыслей от неё не шло вовсе. Даже с открытым лицом рыцарь оставалась бесстрастной. Однако стоило Катрин сделать второй шаг, как та взорвалась движением.

Она перевернула хват на рукояти.

Широко расставив ноги, подняла меч в сторону, на уровень уха…

…и метнула его.

— Чт…

Меч летел быстрее любого заклинания Катрин. Глаза её распахнулись, она обеими руками возвела перед собой барьеры — слишком тонкие. Клинок разнёс их и долетел до белых перчаток… вместе с волной жара.

— А-а-ах!

Святую отшвырнуло, и она влетела в стену зала.

Перчатки рассыпались песком. На ладонях зияли глубокие рассечения.

Боль скрутила её, но даже так она продолжала держать одну руку перед собой, целясь в рыцаря. В ту полетели снаряды света, огня и ветра — однако не задели её даже вскользь. Рыцарь просто перепрыгнула через весь этот шквал. Прочертив плавную дугу и едва не задев головой потолок, она приземлилась прямо перед Катрин.

На лице не дрогнуло ни единой эмоции.

Убивай ведьм.

Исправляй это зло.

Карай всякое зло.

Эти «мысли» удивительно легко пустили корни внутри рыцаря.

Жизель, Эйнхерьяр.

Рождённая в семье рыцарей, она стала ведьмой, но всегда хотела быть «хорошей». Мечтала карать злодеев и спасать тех, кто страдает от их жестокости. Вот только сердце у неё было слишком чистым для той работы, что ей поручали.

И этим воспользовалась знать, которой служил её дом.

Они скрывали, что она ведьма. Сама же Жизель вела себя как истинный рыцарь и получала соответствующее признание.

Но все её поручения оказывались убийствами.

Ей рассказывали, будто очередной дворянин притесняет крестьян, и она безоговорочно верила, после чего убирала любую занозу из тела аристократов. Слухи об убийце до неё доходили, но её это не волновало. Против ведьмы вроде неё никакие защиты не работали. Проблемы начинались только тогда, когда у цели были дети. Даже она понимала, что случится с детьми после смерти родителей, — но остановиться уже не могла. За её спиной было слишком много трупов.

К тому моменту, как она поняла, кем на самом деле являются её хозяева, всё это уже надломило её.

Она напала на их усадьбу, а затем бежала, словно скрываясь от всех совершённых ею преступлений. Прошли десятилетия, но тени её жертв всё равно шли за ней по пятам. Она пряталась в лесу, дрожа и оставаясь одна. И даже после того, как на её шею надели ошейник, ничего не изменилось.

— Ты ни в чём не виновата, — сказала ей женщина. — Виноваты те, кто отдавал приказы. Подними голову и посмотри на меня.

Женщина была в чёрном. На губах у неё играла лёгкая улыбка, рука была протянута вперёд.

Девушка поползла по тёмной камере и вцепилась в эту руку.

В отчаянной надежде на спасение. Для неё эта женщина была светом. Светом, который её спасёт.

Женщина дала ей способ прекратить страдания.

— Тебе нельзя думать. Стань человеком, у которого нет совсем никаких мыслей.

Она подчинилась.

И это помогло. Очень скоро мучения девушки и правда закончились. Был, правда, один минус: действовать сама она больше не могла. Тогда она позволила себе подумать самую малость и спросила женщину, что теперь делать.

— Я буду думать за тебя. Тебе больше не о чем беспокоиться. Отбрось все мысли.

Она спасла девушку.

И не могла сказать ничего дурного.

Женщина направила на неё меч, и в голову потекли мысли. В этих мыслях девушка была человеком. Никакой не ведьмой — а праведным рыцарем.

Именно этого она и хотела.

Но действительно ли?

Подавив этот внутренний диссонанс, она позволила Синхро полностью взять над собой власть.

Она верила, что поступила правильно.

Убей.

Убей.

Убей её сейчас.

Если делать то, что велит голос, думать уже не придётся.

Не нужно будет бояться своих грехов.

Девушка взмахнула рукой и одним движением разрубила созданную магией конструкцию. У этой конструкции была бесконечная мана. Человек победить такое не смог бы, но девушка — могла. Колебаний у неё не было. Она сумела бы поднять меч даже на ребёнка.

Она посмотрела на Святую.

Ещё одна ведьма.

Размозжить ей голову одним ударом кулака — так, чтобы не осталось даже шанса на воскрешение.

Тогда думать не придётся.

— Прости…

— …Я обожаю таких безнадёжных, как ты.

Святая поймала рыцарский кулак одной рукой и, пошатываясь, поднялась на ноги. Она была куда меньше ростом, и всё же казалась сейчас огромной.

— Поэтому я и тянула с этим до последнего.

Рыцарь попыталась стряхнуть её, но не смогла даже сдвинуть. Она, конечно, не понимала, что это всего лишь значит: перед ней ведьма сильнее её. Вбитые в голову мысли велели сопротивляться…

— Но у меня совершенно нет времени возиться с тобой…

— …так что ещё раз — прости.

Что-то сухо хрустнуло.

Рыцаря накрыла спрессованная воздушная волна. Заклинание сорвалось с ладони, которую Святая прижимала к её груди. С воздухом и ветром Катрин управлялась почти так же хорошо, как с огнём.

Рыцарь даже не вскрикнула. Сознание ушло, и она завалилась на Катрин. Так и погибла ведьма, которая убивала ведьм.

К его глазному яблоку нёсся рапирный укол — и в последний миг он отбил его тыльной стороной ладони. Не было времени обращать внимание на боль, от которой немела рука. Аурокс сыпала выпадами один за другим, но Роуг отбивал каждый.

Во рту пересохло.

По лбу стекал пот.

Почти бесконечная серия уколов сопровождалась голосом Аурокс.

— Тебе так тяжело. Может, тебе уже пора отдохнуть?

Мышцы плеча дёрнулись. Лицо его исказилось. Он замахнулся, но Аурокс выгнулась назад и ушла из-под удара. Говорить она не переставала, но и защиту не раскрывала.

— Не переживай. Когда ты умрёшь, я сожгу тебя вместе с той благостной «Святой».

Ха.

Сам не замечая того, он рассмеялся.

Благостной?

Вот это его правда насмешило. Называет себя охотницей на ведьм — и даже не понимает, что из себя представляет Святая? Так же, как когда-то он сам, видит только поверхность? Значит, не такая уж она и особенная.

Брови Аурокс сошлись. Впервые ему удалось выбить её из равновесия.

— Что тут смеш…

Он шагнул вперёд.

Рапира Аурокс взметнулась перед её лицом. Она хотела принять удар на клинок — но Роуга это уже не волновало.

Он просто проломил его.

Не у неё одной были сильные руки. Кулаком Роуг бил тоже будь здоров. Его удар переломил магический меч. Обломок взвился высоко в воздух. Ему самому это понравилось, так что он ударил ещё раз, и ноги Аурокс оторвались от пола.

— Гх…

Её отбросило назад.

Аурокс приземлилась и с лязгом воткнула обломок меча в пол.

— Если бы только она действительно была святой, — буркнул Роуг.

Он вновь уставился на Аурокс. Волосы скрывали её лицо, но он ясно видел, как она прикусила губу и злобно смотрит на него снизу вверх.

— …Ты зря это сделал, — прорычала она, поднимаясь. В руке у неё всё ещё был зажат сломанный магический меч.

— А то.

Он даже не моргнул.

— …Я передумала, как именно ты умрёшь. Сделаю из тебя куклу и скормлю своим псам.

— Маску ты уже сняла, мразь.

— Следи за языком, отброс, — выплюнула Аурокс. — Жизель скоро вернётся. И тогда тебе конец. За то, что ты осмелился втоптать меня в грязь, я заставлю тебя хорошенько помучиться.

Врата начали светиться. На губах Аурокс появилась торжествующая усмешка — но почти тут же застыла.

— Детектив! — крикнула Катрин, выпрыгивая из врат.

— …

— Похоже, мой тыл всё-таки подошёл. Твой ход.

Аурокс молчала. Одной рукой она всё ещё держалась за сломанный меч, второй закрывала лицо. Прошла долгая секунда, прежде чем она подняла голову.

И на губах её снова расцвела та самая фальшивая улыбка.

— Как жаль. Похоже, все шансы против меня.

— …У тебя ещё есть запасной план? — спросил он.

Она покачала головой.

— Никаких планов не осталось. Вы уничтожили все. Без Жизель мне не перебить оставшихся ведьм. Придётся признать поражение. Как ни неприятно это говорить, судьба сдала мне именно такую руку.

— Тогда сдавайся без…

— Однако…

Она перебила его.

— …я всё ещё могу заставить вас страдать.

Бум.

Из глубины тюремного блока донёсся глухой шум.

Этот звук он уже слышал раньше. И слишком часто слышал от всякой мрази.

Аурокс ухмыльнулась.

— Я отпустила всех, кто был под моим Синхро. Это, конечно, не лучший резервный вариант, но раз вы загнали меня в угол, придётся воспользоваться и им.

Это звучало очень скверно.

Её взгляд не отпускал ни одно его движение.

— И не только заключённых, разумеется. Все горожане, которых я превратила в бомбы, тоже получат шанс на Блум. Я только что активировала их. Интересно, сколько людей умрёт? Возвращаться сюда я изначально вовсе не собиралась, но вы сами вынудили меня.

Пока она говорила, дверь тюремного блока распахнулась. В зал хлынули люди в арестантской форме. У всех из тел торчали фитили. Если она превратила в бомбы всех узников этого крыла, их тут было больше сотни.

И она сама тут же скрылась в этой толпе.

— Аурокс!

Его голос потонул в шуме. Сами заключённые, кажется, вовсе не понимали, что делают, но неслись вперёд, обливаясь кровью, с выгнутыми под невозможными углами руками и ногами. У некоторых даже были проломлены черепа. Так вот как они выбрались из камер.

Просто силой продавили себе путь, не обращая внимания на то, что ломают собственные тела.

Сука.

Пространство вокруг врат уже было забито заключёнными. Другой выход вёл только через основной проход. Как только первый ряд кинулся бежать, Катрин и Роуг тоже рванули.

Позади один за другим гремели взрывы, обжигая им затылки.

— Где она? — крикнул Роуг.

— Ломает стены! Уже снаружи, в саду. Но не понимаю… Она там остановилась.

Катрин держала активным поисковое заклинание.

— Для человека, который уверял, что ничего не планировал, она слишком уж щедро разложила ловушки. Проклятье!

Роуг вытащил телефон и набрал номер.

— Фумафу! У неё был запасной вариант. Ты готова?

— Да пошёл ты, я всегда готова! — рявкнула она в ответ. — Я уже выдвигаюсь!

Как же хорошо, что она никогда не меняется.

— А вы там сами справляетесь? — спросила Фумафу.

— Мы уже гонимся за ней! — ответил Роуг.

— Ты уж прикончи эту тварь за меня. А не то я тебе сама башку снесу.

— Услышал! Потом!

Он сбросил звонок. Катрин тем временем махала пальцем, и металлические двери срывались с петель одна за другой. За последней их уже ждало синее небо, ослепительное солнце и приятный ветерок. Не будь это тюрьмой, здесь можно было бы хоть пикник устраивать.

Взрывы всё ещё продолжались. Оглянувшись, Роуг заметил, что их стало гораздо меньше. Фитили у этих бомб были недлинные. Пока он смотрел, один за другим они уходили в дым.

— Детектив, — позвала Катрин.

— Чего?

— Спасибо, что доверились мне.

Немного поздновато для такого разговора. И всё же на душе потеплело.

— …Ты дала слово.

— И всё равно мне приятно. То, что вы снова мне доверились.

— …

Он не знал, что ответить. Подходящих слов у Роуга не нашлось. Он только неопределённо буркнул что-то, продолжая бежать рядом с ней и невольно поглядывая на раненую правую руку.

— …Как всё это закончится, ты отправишься в больницу.

— И вы тоже, детектив.

— Ага.

— Хи-хи, ляжем вместе, — сказала Катрин, тихо смеясь.

Улыбка этой ведьмы была улыбкой человека намного старше всех вокруг.

Да чтоб тебя.

У всех такой вид, когда жизнь висит на волоске. Будто они заглянули смерти в лицо и что-то у неё отняли.

Сначала арест.

Заклинание Катрин вело их через бесчисленные блоки к открытому внутреннему двору. Место вообще не походило на тюрьму. Землю покрывала трава. Посреди стоял белый кирпичный фонтан. Даже решёток, которых ждёшь в таком месте, не было видно.

В центре стояла Аурокс. Одна.

Уцелевшая палачка сидела на краю фонтана, тяжело дыша, плечи её ходили ходуном.

— Полагаю, эти бомбы всё-таки выиграли мне немного времени… — сказала она, увидев, что они приближаются.

Вот же дерьмо…

— Думаешь, теперь уйдёшь?

— Нисколько. Это конец.

Она повернулась к ним, открыв ту сторону тела, которой до этого была обращена к фонтану. И от увиденного Роуг застыл.

Магический меч пронзал её насквозь.

Теперь, задним числом, стало ясно, что физические данные у неё впечатляющие: от короткой пробежки человек так не задыхается. Но с такой раной…

— …Это ещё что за дурь?

— Думаю, вы и сами понимаете лучше меня, — сказала Аурокс, и пот лился у неё по вискам.

Катрин ахнула.

— Неужели вы…

Аурокс кивнула.

— Да. Я стану такой же, как вы. Ведьмой.

Сперва он решил, что это просто отчаянное враньё. Но её глаза были совершенно серьёзны. Лицо побледнело, зато взгляд горел каким-то ненормальным светом.

Роуг понятия не имел, как именно заклинание оказывается вплавлено в человека. Существует ли для этого особая процедура? Или всё зависит от случая? Но он слышал, что её магический меч был слит с заклинанием. Возможно, существовал способ перенести такое слияние в человеческое тело.

И проверять это он не собирался.

— Не надо, ты умрёшь! — крикнул он и бросился вперёд.

Аурокс оскалилась.

— Ха.

Она коротко рассмеялась — и повалилась на траву. В следующее мгновение из её горла вырвался нечеловеческий вопль.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Пальцы вцепились в траву клочьями, ноги судорожно забились сами собой. Изо рта пошла пена, глаза распахнулись так широко, будто вот-вот вылезут из орбит.

Чёрт!

— Детектив! Назад! — крикнула Катрин, дёргая его за руку.

— …Никак нельзя это остановить?

— Уже нет. Совсем нет. Но… это не…

Катрин помрачнела.

Такая реакция его озадачила, но спорить он не стал. Аурокс уже выдернула рапиру из своего тела и поднялась на колени.

— О… — выдохнула она. — Так вот как вы видите этот мир.

Слишком поздно.

На свет родилась новая ведьма.

И хуже человека для этого было не придумать.

— Как чудесно… Никогда ещё я не чувствовала ничего подобного… Мне больше не нужно ни с чем мириться! Я могу всё! Вся моя жизнь вела к этому мгновению! Ха-ха-ха, прекрасно… прекрасно.

Меч, валявшийся на траве, уже перестал быть магическим. Аурокс не удостоила сломанный клинок и взглядом.

— Ха-ха-ха, что бы мне сделать первым делом? Знаю! Убить тех, кто стоит у меня на пути. Да, так будет лучше всего. Отличное начало.

Её глаза сузились.

А потом…

— ■■■■■

Незнакомый язык.

— …Что это было?

Голова Аурокс резко дёрнулась, она начала оглядываться по сторонам.

— Кто это сказал? Я не понимаю тебя. Прекрати прятаться! Выйди и покажись!

Похоже, о них она уже вовсе забыла и искала кого-то, кого здесь не было.

Что за…

Катрин приоткрыла губы.

— Она слилась с заклинанием. Но только с заклинанием.

Ведьмой она не стала.

Аурокс больше не могла даже расслышать настоящих слов ведьмы. Она закружилась на месте — и вокруг обречённого изъяна повалил чёрный дым, совсем как тогда с Хроносом Дракенией.

— Кто там? Прекрати это! Я ведьма! Повинуйся мне! Повинуйся, повинуйся, повинуйся мне, мне, мне-е-е-е-е!

Чёрный дым сгустился вокруг её головы, а в следующий миг мгновенно раздулся в объёме. Ветер закрутился, пригибая траву.

— ■■■■■

Из дыма вылезло нечто огромное. На первый взгляд оно походило… на гроздь винограда. Голова на плечах Аурокс раздулась и разрослась множеством голов, собранных гроздьями. Каждая вертелась, как у потерявшегося ребёнка. В тот незнакомый язык вплетались человеческие слова: «Я? Я? Я? Я?» — словно это было единственное, что она ещё помнила. В этом было что-то пугающе невинное.

— …Вы были очень несчастным человеком, — сказала Катрин, сцепив руки, как в молитве.

— ■■■■■

Женщина из Корпуса палачей протянула руку —

— и сгорела.

Катрин опустила руки, глядя на чёрный пепел, плясавший в дыму. Подходящий конец для женщины, превратившей сотни людей в бомбы.

— …Похоже, на этом всё, — сказал Роуг.

По дороге обратно к вратам он отправил Велладонне сообщение: доложил о числе жертв, о ситуации в тюрьме и о смерти преступницы. Заодно подобрал оставленный ею магический меч, обернув лезвие носовым платком. Это была улика, которую уже не оспоришь.

Что с ней дальше станут делать аристократы, Роуга не касалось.

— …Ты там, похоже, не особо сдерживалась, — бросил он, окинув взглядом вестибюль отеля, куда они перенеслись из тюрьмы.

— Эм-м, вообще-то большую часть этого не я, — заметно занервничала Катрин.

— Никто тебя ругать не собирается. Наверное.

— Хоть бы для вида уверенно это сказали!

От былой роскоши не осталось почти ничего. Пол лишился мраморной облицовки, по стенам и потолку шли трещины. А посреди зала зиял такой кратер, будто сюда упала бомба. Неужели именно так выглядят бои ведьм? Он даже представить не мог, что здесь произошло на самом деле.

У стены отдыхала ведьма.

Уцелевшая из Корпуса палачей — та самая девушка в доспехах.

Она лежала на полу, и лицо её было искажено болью. Дышала, значит, жива.

Вот только главная проблема…

— И что теперь с ней делать? — спросил Роуг.

Да, Аурокс ею управляла. Но сама по себе она всё равно оставалась крайне опасной. Что она сделает, когда очнётся?

Катрин кивнула, уже всё для себя решив.

— Детектив, можно попросить вас об одном?

Это мне уже не нравится.

— О чём?

Катрин глубоко вдохнула.

— Вы спасёте её?

— …И как именно? — спросил Роуг. — Она принадлежит Ригтонам. Соваться к делам знати — всегда плохая идея. Ты и сама это знаешь, Катрин.

— И вы просто оставите её, чтобы из неё снова сделали куклу?

— …

— Детектив, — не отступала Катрин, когда он промолчал. — Вы ведь тогда шагнули вперёд, чтобы спасти меня. Так неужели не сделаете того же для неё?

Роуг прекрасно понимал, о чём она.

— …Ты хочешь притащить её в Шестой участок?

— Да, — кивнула Катрин.

— Да ты что! Ригтоны и Дракении — враги! Мы не можем!

— С этим разберётся шеф Велладонна.

— Даже шеф не… Ну, то есть у нас не… Это вообще не вариант!

Он яростно покачал головой, уставившись в пол.

А ведь мне бы хотелось…

Но он же знал лучше.

Как после этого бросить её? Зная, что отказ означает для неё прямую дорогу обратно в ад, как потом вообще жить дальше? Он не мог.

Да чтоб всё это.

— Детектив.

Катрин смотрела прямо на него.

Он открыл рот, закрыл его, перевёл взгляд на рыцаря — и бессильно опустил плечи.

— …Только смотри, чтобы она нас не предала, — пробормотал он.

Лицо Катрин тут же просияло.

— Спасибо, детектив!

— Обещай!

— Обещаю!

Вот поэтому ты и простофиля, Роуг, — сказал он себе. Это было выше его сил. Если ведьма решит обернуться против него, Роуг не сможет сделать ровным счётом ничего. Всё, что ему оставалось, — верить им. И он лучше кого бы то ни было понимал, как это тяжело.

— …Унгх…

Девушка в доспехах застонала, и Роуг вздохнул.

Придётся просто убедить себя, что он спасает обычную девушку.

Он велел Катрин нести её на руках, а вот с другой вещью — магическим мечом, который был выше самого Роуга, — возникла проблема. Катрин попыталась его поднять, но смогла оторвать от пола лишь на толщину ногтя мизинца и сразу выпустила.

— Досадно… — признала она.

— Тогда брось, пусть кто-нибудь другой разбирается.

— Нет, я что-нибудь придумаю!

— …Некоторые вещи просто не для тебя.

С этими словами они покинули вестибюль и поспешили к подземной парковке. Велладонна занималась постояльцами и персоналом отеля, а на Роуге с Катрин было другое: увести отсюда ведьму в доспехах. Если её кто-то увидит, всё только усложнится.

Настороженно они влетели на парковку. Внизу по-прежнему царила тишина.

Машина стояла у колонны. Роуг открыл заднюю дверь, и они затолкали рыцаря на заднее сиденье, подогнув ей колени, чтобы дверца не упёрлась в ноги.

Похоже, мы её похищаем.

От этого ему стало совсем не по себе. Он захлопнул дверь — и только тогда наконец позволил себе выдохнуть.

Теперь всё и правда было кончено.

Проблем впереди оставалось ещё предостаточно, но дело было закрыто. Уже садясь в машину, он заметил, как Святая, стоя к нему спиной, потягивается. Беззащитно.

Погоди-ка.

В голову вдруг пришла одна мысль.

Человек ведьме не соперник. Корпус палачей это доказал. Но, может быть, всё упирается в время и место.

Нигде не сказано, что драться с ними надо лицом к лицу. Если напасть, пока ведьма спит, или когда ест, — у человека, возможно, всё-таки будет шанс. Ведьмы не стареют, но умереть могут. Они не неуязвимы. Именно так палачи ловили их в прошлом.

Он вдруг остро почувствовал на поясе тяжесть магического меча.

Клинка, созданного для убийства ведьм.

Роуг не умел пользоваться магией. И не верил, что обычный клинок или пуля вообще способны убить ведьму. Святая загубила сотни тысяч невинных людей. А сейчас у него в руках был магический меч. Возможно, это его единственный и неповторимый шанс убить её.

И, скорее всего, другой такой уже никогда не представится. Вряд ли ещё кто-то вообще сможет это сделать.

Только я.

Только Роуг мог убить Святую.

Он почувствовал, как напрягается рука.

Он лучше всех знал, насколько опасны ведьмы.

Вокруг него расцвели белые лилии.

Когда-то это была городская площадь. Теперь же вся земля на ней заросла цветами так густо, что пройти было невозможно. И всё же он шагнул туда и увидел впереди отца.

— Папа! — позвал Роуг.

Его отец был шерифом.

Добрый и сильный, человек, на которого все полагались. Даже когда магическая революция свела мир с ума, отец не изменился и продолжал думать только о том, как сохранить в городке порядок.

Но тело его уже было в середине превращения.

Ворот рубашки обрастал лепестками, руки уже стали бесчисленными белыми лилиями. Нижняя половина тела тонула в море цветов, и её не было видно. Превращение, должно быть, причиняло чудовищную боль, но губы его всё ещё сохраняли человеческий вид, и отец, как всегда, улыбнулся Роугу.

— Беги, Роуг.

Каждый цветок на этой площади когда-то был человеком. Из тысяч жителей в живых остались только он и его отец.

Но этими словами всё и закончилось. Отец исчез. Одежда, волосы, всё — ничего не осталось.

Только цветы.

Восьмилетний Роуг просто стоял на месте.

Он ничего не понимал.

Не понимал, почему это случилось с его отцом. Даже не мог сказать, сон это или явь.

Если будешь себя плохо вести, за тобой придёт ведьма.

Так вот, значит, как?

Разве они сделали что-то не так?

Нет. Конечно, нет.

Не было ни единой причины, по которой отец заслуживал такой смерти.

И всё же он умер.

Роуг крепче сжал магический меч. Медленно вытащил его и уставился в спину ведьме. Если он перережет ей горло, как долго она ещё проживёт? Даже когда Душегуб пробил ей шею насквозь, она продолжала говорить и выжила после лечения. Ведьмы были куда живучее людей.

Неважно.

Если одного удара не хватит, он просто будет бить дальше. Он не остановится. Наконец-то жизнь ведьмы оказалась у него в руках. Пусть даже он сам при этом умрёт — он утащит её за собой. Во что бы то ни стало.

Он сознательно выровнял дыхание. Нельзя, чтобы она заметила. Он обязан это сделать.

Он шагнул вперёд бесшумно. Обломок меча он держал обратным хватом, высоко подняв над головой.

Ещё немного.

Совсем чуть-чуть — и можно убить её.

Внутри всё кипело, но разум оставался ясным. Уберёт ту, что перед ним, — и у него появится шанс действовать дальше. Ненадолго, но появится. Если его окружат, шансов сбежать уже не будет. Значит, сначала надо вернуться в Шестой участок и перебить как можно больше ведьм. Может, ничего и не выйдет, но это не имеет значения. Важно только попробовать.

Ещё один шаг — и он окажется на расстоянии удара по горлу Святой.

Жалости он ей не покажет. Если она станет отбиваться, Роуг — всего лишь человек. Его прикончат сразу. Он не сможет даже утащить её за собой.

Он уже всё решил.

Вдохнул. Задержал дыхание.

Сейчас.

— Детектив!

Она перехватила его за запястье.

Святая остановила его в последний миг, прежде чем клинок вонзился в шею. Как? — потрясённо подумал Роуг. Она же ничего не знала. И тут он увидел своё отражение в стекле машины. А-а. Она всё поняла с самого начала. Он просто идиот.

— Д-детектив! Не надо! Переста…!

Пока Святая в отчаянии кричала, он ударом ноги выбил у неё опору из-под колен. Она рухнула на землю, и лезвие приблизилось к её шее.

Ещё немного. Совсем чуть-чуть — и он вскроет ей горло. Губы Роуга сами шептали, будто в бреду: Бей. Бей. Бей!

Клинок слегка царапнул кожу — и тут же проступила красная линия.

— Прекра… ти… — выдавила Святая сдавленным голосом.

Он её не слышал. Он должен был перерезать горло. Должен был убить ведьму.

Зачем?

Ему вдруг почудилось, что кто-то стоит у него за спиной.

— Детек… тив…

На шее Катрин выступили алые капли.

Глаза её распахнулись.

Роуг сам не верил, что пытается убить Катрин, — и всё же тело не подчинялось. Он не только не мог отпустить меч, он ещё и давил на него всем своим весом.

Это было ментальное вмешательство. Но Аурокс мертва. Такого не может быть. Что, она успела наложить на него какое-то проклятие? Она ведь сошла с ума и рассыпалась в прах.

— Убей ведьму. Не колеблись. Ты же знаешь, сколько людей она перебила.

Горячее дыхание коснулось его уха.

Сзади.

— Де…

Катрин дрожала всем телом. Она что, не слышала этот голос? Просто смотрела на него снизу вверх, морщась от боли.

— Она резала невинных ради забавы. Ты способен это простить? Я повторю ещё раз. Она не остановится на тебе одном. Она убьёт куда больше.

Что-то коснулось его спины.

Рука — сообразил он в тот миг, когда она вошла внутрь. Прямо в тело Роуга. Всё глубже и глубже. Боли не было. Наоборот, это ощущалось даже приятно. Словно так и должно быть, будто он таким и родился.

— Мы с тобой товарищи. Давай убивать вместе. Убьём всех ведьм.

Значит, она захватывает его тело.

И тут он понял: голос звучит уже изнутри него самого.

Лучший способ убить ведьму — внезапное нападение. Очень немногие вообще получили бы шанс такое провернуть. Роуг был одним из них.

Он не знал, собиралась ли Аурокс изначально завладеть им. Если да, тогда, наверное, попыталась бы раньше. Или это была импровизация в последнюю минуту?

Если так, может, ещё есть способ вырваться. У её контроля должна быть слабость…

Но искать её Роуг уже не мог.

Он мог думать только об убийстве ведьм.

Зубы сами сжались.

Он пытался отвергнуть мысли, наваливающиеся на него, но те не отступали. А с чего, собственно, он вообще должен себя сдерживать? Почему бы просто не прикончить её? Он что, уже забыл свою ненависть к ведьмам? Неужели всерьёз вообразил, будто с ними можно подружиться?

Убей её.

Иначе она убьёт тебя.

Ты обязан убить её.

Жажда крови Аурокс была вбита в него и выдавливала наружу его собственный разум. Нет, только этой жаждой дело не ограничивалось. Притворяться тут было бессмысленно. Часть его самого тоже ненавидела ведьм.

Он вспомнил, как всех дома — всю его семью — превратили в цветы.

Перед глазами стояли только лилии.

— Вот и ответ. Ты ненавидишь ведьм.

Силы воли, как и физические силы, стремительно таяли.

Но давление на меч лишь усиливалось. Сопротивляться больше не получалось. Остриё уже почти коснулось кожи Катрин.

И тут он услышал голос.

— Держись, напарник.

Силы вернулись. Он вытащил из тумана осколки собственного сознания и собрал их заново.

Я же полный идиот!

Ярость к себе вспыхнула мгновенно.

Так тупо купиться на примитивный трюк, чуть не убить собственную напарницу — что может быть глупее? Именно этого она и добивалась!

Кровь вскипела от злости. На неё и на самого себя.

— Отомсти. Это для тебя лучший выход.

И я на это повёлся?!

Голос Аурокс эхом звучал внутри него. Смысл не менялся, менялись только слова. Никакого собственного сознания он за этим не чувствовал, и уж точно не верил, что у неё самой осталась хоть какая-то личная воля. Аурокс давно мертва. Значит, бояться нечего.

Он вложил в руку с мечом все силы. Мышцы взвыли. Кончик дрогнул. Глаза Катрин раскрылись ещё шире.

Магический меч чиркнул её по шее и с глухим стуком врезался в землю. Обломок сломался ещё раз, рассыпавшись, как стекло.

И в ту же секунду по телу Роуга прошла дрожь.

Будто ломалось не оружие, а он сам.

К чёрту.

Он стряхнул с запястья руку Катрин, вскочил на ноги и снова ударил рукоятью о землю, разбивая всё, что оставалось ниже эфеса. Ещё раз. Ломая украшения на рукояти, кривя металл, вбивая его в пол.

— Ведьм… убить… ведьм…

Голос Аурокс начал срываться.

— Ведьм…

И наконец истаял до комариного писка —

и исчез.

Роуг отшвырнул рукоять в сторону, едва дыша.

— Д-детектив? — робко позвала Катрин. — Это вы?

Она осторожно шагнула ближе.

Роуг кивнул.

— Слава богу… вы снова пришли в себя.

Он хотел ответить, но язык не слушался. Перед глазами плыло. Возможно, ломать магический меч было не лучшей идеей.

Он видел, как падает сам, будто наблюдал за чужим телом.

Руки Роуга лежали на руле.

Он сидел за водительским сиденьем, одна нога давила на газ. Машину тряхнуло на кочке, и вместе с ней качнулось его зрение.

Сколько я уже еду?

Дорога была ему незнакома. Длинная, прямая, по обеим сторонам стояли белые крыши. Ни признака жизни, ни даже птичьего крика.

Я что, прямо с парковки вёл машину сюда? Нет, тут же сам себе ответил он. Аурокс взяла меня под контроль. А сломать меч оказалось плохой идеей. Или это уже предсмертный сон?

Роуг остановил машину у обочины и оглядел салон.

Это была служебная машина, которую выдавали детективам. Всё совпадало с его памятью. Ничего неправильного вроде бы не было.

Его вдруг осенило, и он перегнулся назад, заглянув на заднее сиденье и на пол. Подозрение не подтвердилось. В машине он был один.

Тяжело выдохнув, он снова обернулся вперёд —

Что?!

Рядом с ним на соседнем сиденье сидела девушка в белом.

— Привет, Роуг!

У него отвисла челюсть.

— Ты чего так смотришь? Будто привидение увидел, — сказала девушка в белом, улыбаясь своими синими глазами.

— …Что здесь происходит?

— Это место, куда попадают мёртвые… Шучу, конечно. Ты ещё очень даже жив. — Девушка в белом, Мизерия, пожала плечами. — Если проще, мы сейчас внутри тебя.

Какого чёрта это вообще значит? Судя по лицу, эта мысль на нём отлично читалась, потому что Мизерия развернулась и принялась рисовать на стекле машины человечка. Получилось плохо. Особенно одна-единственная волосинка на голове. Но сама она результатом осталась довольна и тут же продолжила.

— Это ментальный пейзаж, который образовался из мусора, оставленного твоими воспоминаниями и эмоциями. Что бы ты здесь ни делал, на реальный мир это никак не повлияет, и наоборот. Можно сказать, самые что ни на есть личные покои.

— Нет, погоди…

— Мм? — Мизерия наклонила голову.

— Если это у меня в голове, то почему здесь ты? Ты сейчас со мной и снаружи?

— Ещё чего, — фыркнула Мизерия.

— Т-тогда как…

— Мыслишь слишком мелко, — сказала она, погрозив ему пальцем. — Ты до сих пор не понимаешь, насколько сильно тот ошейник подавлял мои силы. Мои нити тянутся куда дальше, чем ты воображаешь. Если уж тебе так нужна логика, считай, что в прошлый раз я оставила на тебе одну из них.

— …А на самом деле?

— Здесь это неважно. Идём дальше.

Мизерия открыла бардачок, порылась внутри и вытащила оттуда чёрную сферу примерно с человеческий глаз величиной.

— Вот эта штука и ковырялась у тебя в голове.

Роуг присмотрелся. Сначала ему показалось, что шар просто чёрный, но на деле внутри перекручивались бесчисленные тени.

— …Что это ещё такое?

— Остатки от Корпуса палачей.

— Остатки?..

— Ничего важного, — сказала Мизерия. — Даже не полноценная посмертная злоба. Магический меч Синхро всего лишь вытягивал часть агрессии из своего владельца. Вещица хрупкая. Скоро и сама по себе бы исчезла.

— Однако она чуть не отняла у меня тело.

— Отняла бы, — согласилась Мизерия. — Она почти полностью синхронизировалась с твоей личностью. Так что лучше её раздавить.

С этими словами она сжала ладонь, смяв сферу. Раздался сухой хруст, а когда Мизерия раскрыла руку, там уже ничего не было. Словно шар просто растворился в воздухе.

— Ну вот и всё, — сказала она, стряхивая с ладони невидимую пыль.

Воздух сразу будто разрядился. Если ведьма говорила правду, Роуг вовсе не находился при смерти. Скорее всего, его просто везли в больницу. К тому моменту, как врачи доберутся до него, другие детективы уже нагрянут и в отель, и в тюрьму. Остальное они закончат сами.

И всё же одна вещь в голове у Роуга так и осталась неразрешённой.

— …Слушай, — начал он.

— Мм?

Не в силах смотреть ей в глаза, он уставился в окно.

— …Прости, что сомневался в тебе. Ты ведь появилась тогда только потому, что снимала с Хроноса заложенные триггеры, верно?

Святая как-то говорила ему: если человека слили с заклинанием, разорвать эту связь можно только нырнув глубоко в сознание — а на такое, похоже, была способна только Мизерия. Если Хроноса превратили в бомбу, то теперь уже было ясно, кто именно это исправил.

Теперь, задним числом, он и сам не понимал, почему тогда так сорвался. Опозорился по полной. Стоило лишь вспомнить, как он вёл себя несколько дней назад, и по спине выступал липкий холодный пот.

— …Ты всё это время прикрывала мне спину, — сказал Роуг.

— Не понимаю, о чём ты, — ответила она с до тошноты фальшивой улыбкой. — Но если тебе так хочется быть благодарным, мешать не стану. Благодари сколько угодно. Особенно если в комплекте будут пончики.

Он закатил глаза. Он тут с ней по-человечески, а она опять всё сводит к шутке. Что ни скажи — всё перевернёт в фарс.

И всё же…

Спасибо.

Он беззвучно шевельнул губами.

…за то, что вернула меня.

— Ну и как мне теперь отсюда выбраться?

Ведьма ухмыльнулась.

— А ты как думаешь?