Бонус. Хвать!
Леоне размышляет о Леоне и Фронте Стальной Крови, пока Инглис и Рафиния незаметно таскают её еду.
Нажмите T, чтобы открыть панель чтения.
Бонус. Хвать!
В рыцарской академии наступило обеденное время.
Поскольку столовую ещё не восстановили после разрушения, студентам выдавали паёк на обед. Инглис и её подруги нашли приятное местечко на траве у края внутреннего двора.
Леоне смотрела в небо, наблюдая, как птицы парят над далёкими зданиями. В последнее время она словно витала где-то в стороне, будто её что-то занимало.
— Что-то не так, Леоне? — спросила Инглис.
— А, ну… Я думала о брате… Он исчез, ничего не сказав, но мне интересно, почему он вообще решил нам помочь. План Фронта Стальной Крови заключался в том, чтобы напасть на дворец и убить посла Хайленда, верно? Так почему он не был вместе с остальными?
— Может, он беспокоился за тебя, Леоне? Думаю, поэтому он и пришёл помочь, — подала голос Рафиния с другой стороны Леоне.
— Только теперь беспокоился? В таком случае ему вообще не стоило бросать пост святого рыцаря и присоединяться к Фронту Стальной Крови.
Из-за бегства Леона родной город Леоне, Ахлемин, презирал её, и ей пришлось пережить множество трудностей.
Рафиния помолчала.
— Хм, это правда. Эй, а почему, по-твоему, он вообще присоединился к Фронту Стальной Крови? Принц Уэйн и посол Теодор вместе работают над тем, чтобы сделать эту страну лучше, а Его Величество Карлиас хоть и немного покорен Хайленду, но плохим человеком не кажется. Что думаешь, Крис?
— Я согласна, Рани.
Рафиния продолжила:
— Даже если он настаивает, что причина в неприязни к хайлендерам… То есть Раль правда был грубым скотом, но… неужели этого хватило, чтобы Леон отвернулся от святых рыцарей?
— Мне и самой очень интересно. Я понятия не имею, что он делает, — сказала Леоне.
Инглис молча слушала. У Леона должна была быть причина для его поступков. Ей казалось, что она мельком увидела его мотивы, когда он несколько дней назад сражался вместе с ними против Призмера, но Риппл предупредила её пока не говорить об этом Рафинии и остальным.
— Если он не мог терпеть подчинение хайлендерам, он мог бы встать на сторону фракции принца Уэйна, выступающей за реформы. Но он этого не сделал… Поэтому мне и любопытно, — сказала Рафиния.
Взгляд Леоне снова ушёл к далёкому небу.
Хвать!
Сбоку к еде, раскрытой на коленях Леоне, протянулась рука. Это была работа Рафинии. Она ловко стащила кусочек, пока Леоне отвлеклась.
— А…! — воскликнула Инглис, наблюдая за этим.
— Хм? Инглис? Ты что-то знаешь о Леоне? — спросила Леоне.
— Нет… Почему бы тебе не спросить Рани?
— Рафинию? — Леоне повернулась к ней.
Хвать!
Инглис воспользовалась этой возможностью и сама схватила кусочек.
— Нет-нет, думаю, Крис что-то знает, — перевела стрелки Рафиния.
— Э?
Леоне повернулась к Инглис.
Хвать!
Ещё один кусочек для Рафинии.
— Да нет, тебе просто кажется. Рани определённо…
— Э-э-э?
Хвать!
Инглис снова потянулась за добавкой. Голова Леоне вертелась туда-сюда, пока наконец она не посмотрела себе на колени.
— А! Моя еда исчезает! Кто это сделал?!
— Это Крис!
— Нет, Рани!
— Значит, вы обе, да?.. Ну ладно. Я как раз снова подумывала сесть на диету…
— Отлично! — хором обрадовались эти двое.
— Наверное, хорошо, что хотя бы у вас двоих нет никаких тревог. — Леоне вздохнула.
— О, у меня их полно. Например, что будет, если Крис арестуют за чрезмерную буйность?
— Я тоже о многом тревожусь, — вставила Инглис. — Я постоянно боюсь, что Рафиния свяжется с дурной компанией и станет хулиганкой.
— Нет, это о тебе надо беспокоиться, Крис!
— Нет, о тебе, Рани!
— Крис обязательно влипнет в неприятности!
— Вот о Рани и надо переживать!
— А-ха-ха, вы двое так хорошо ладите… — с тихим смешком заметила Леоне.