Зачистка, или затишье перед бурей

— ОТЛИЧНО СРАБОТАНО, РЕБЯТА, — сказал я, наблюдая, как один из подчинённых полковника Серены ведёт захваченных космических пиратов из медотсека через лаундж.

На борту «Чёрного лотоса» сейчас находилось довольно много людей Серены. Они осматривали изнутри «пиратский» корабль, который мы обезвредили во время недавней операции по зачистке, уничтожив только его двигатели, а заодно просматривали собранные нами данные. Их интересовала любая информация о тайниках этих «пиратов», стоящей за ними организации, маршрутах, по которым они получали корабли, и возможных связях с Федерацией Беллелум. В общем, всё, что могло стать уликой или зацепкой.

К слову, прежде чем мы затащили «пиратский» корабль на борт «Чёрного лотоса», Тина и Виска нейтрализовали его генератор — поколдовали над ним так, чтобы его нельзя было дистанционно взорвать. Эти люди, пожалуй, действительно могли пойти на такую дикость ради уничтожения доказательств. Само собой, мы ещё убедились, что на судне не заложена взрывчатка.

К этому моменту осмотр «пиратского корабля» в основном завершился, так что близняшки-механики принялись за восстановление. К счастью для нас, у нас имелся крупный запас корабельных запчастей, собранных с уничтоженных нами вражеских кораблей, поэтому особых проблем с ремонтом быть не должно.

Полковник Серена вроде бы собиралась отследить ID корабля или что-то в этом духе. Правда, по словам Тины и Виски, состояние корабля говорило о том, что он довольно старый. Иначе и быть не могло: верфь, выпустившая эту модель, работала в Федерации Беллелум и, судя по всему, обанкротилась больше двадцати лет назад, что, похоже, в кораблестроительной отрасли не такая уж редкость. После закрытия компании её корабли больше не могли получать официальное обслуживание, и поддерживать их в рабочем состоянии стало гораздо дороже. Из-за этого популярность и цена таких судов сильно упали, и их начали продавать задёшево.

С «Кришной» была примерно та же история, что и с кораблями той фирмы. Характеристики высокие, но обслуживать её — та ещё морока. В конце концов, производитель неизвестен, а генератор и всё вокруг него — полный чёрный ящик. Более того, Тина и Виска говорили, что и в других местах «Кришны» используются странные неизвестные детали, которых они никогда раньше не видели. И тем не менее близняшки как-то умудрялись обслуживать её с помощью аналитических движков и репликаторов. За их труд я был им по-настоящему должен.

Но хватит о «Кришне» — вернёмся к захваченному судну. По анализу Тины и Виски, его, скорее всего, проектировали как дешёвый корабль охраны для наёмников и торговцев. Гибкость, прочность, выход генератора, манёвренность и огневая мощь у него были выше, чем у среднего пиратского судна. Модель стоила довольно дёшево, и, если набрать таких кораблей достаточно, о нападениях космических пиратов можно было бы не беспокоиться — во всяком случае, идея, видимо, была именно такой.

Минус заключался в том, что возможностей для кастомизации у корабля почти не было. А поскольку в конструкции оставалось мало пространства для доработок, заменить генераторы и двигатели на более мощные тоже было трудно. Значит, улучшить вооружение, щиты или манёвренность было невозможно. По сути, чем владеешь, с тем и остаёшься.

Если говорить ещё прямее, характеристики корабля были лишь чуть лучше, чем у Zabuton, но у Zabuton оставалось много пространства для улучшений. Захваченный корабль при этом стоил дороже Zabuton, хотя потенциал у Zabuton был куда выше. С учётом этого приобретать такую модель почти не имело смысла, что, вероятно, и привело производителя к банкротству. Сам проект был не так уж плох, но слишком уж зацикливался на том, чтобы быть едва лучше пиратского корабля.

Несмотря на проблемы модели, на рынке подержанных кораблей на неё всё же был некоторый спрос. В конце концов, это всё равно был боевой корабль, и он был немного сильнее среднего пиратского судна. Его вполне можно было использовать как дополнительный корабль охраны для количества. А подержанным он обходился дешевле Zabuton, так что покупатели находились.

— Почему вы сейчас работаете?

Я как раз связывался с Тиной и Виской через планшеты, параллельно отдавал Мими инструкции по пополнению запасов и поручал Куги присутствовать при передаче пленных, когда полковник Серена — всё это время наблюдавшая за мной и изящно потягивавшая чай, который ей подала Мими, — вдруг задала этот странный вопрос.

— Тогда я вместо ответа спрошу: почему вы, полковник Серена, сидите здесь и отдыхаете, а не работаете?

— Вас разве не учили, что отвечать вопросом на вопрос невежливо? Вы и правда безнадёжны. Если вам так уж нужно знать, то во флоте масштаба Отряда по охоте на пиратов офицеры сами справятся со всем необходимым, если заранее отдать правильные приказы и делегировать полномочия. Разумеется, важные решения всё ещё требуют моего участия. И я обязательно просматриваю отчёты, которые доходят до меня.

— Ясно. Погодите… А почему вы вообще спросили, почему я сейчас работаю? Вы же и так должны понимать.

Полковник Серена ухмыльнулась.

Вот же су… Стоп. Наверное, «сыном» её не назовёшь. Она меня провоцирует? А? — Предупреждаю заранее: если я рассержусь, вам это не понравится.

— Вот как? И почему же?

— Потому что мне всё равно, являетесь ли вы сейчас моим клиентом. Это мой корабль. Как капитан, здесь я обладаю абсолютной властью. И без колебаний воспользуюсь ею, чтобы вышвырнуть вас наружу.

— Понятно. И вы правда на это способны?

Ты можешь сколько угодно строить бесстрашную улыбку, но по тебе же видно, что ты оживилась. Ты вообще подумала о чувствах своих подчинённых, которые сейчас отчаянно отводят глаза?

— Вам просто не хватает внимания, — сказал я ей. — Вы всё ещё одиночка, несмотря на успехи вашего флота и повышение до полковника?

— Я не одиночка. Не одиночка. Это было нехорошо. Вам явно недостаёт человеческого сочувствия.

— Ну, думаю, дело скорее не в том, что вы одиночка, а в том, что ваше положение, социальный статус и семейное происхождение отталкивают людей… или, по крайней мере, мешают им к вам подступиться. Вы ведь не избивали своих подчинённых, заставляя их фехтовать с вами на спаррингах?

— …Не избивала.

— Врёте! Избивали, да?! Вот в этом и ваша проблема! — Эта белокурая красноглазая красавица внутри на самом деле была просто мускулистой гориллой. Хватит дуться. Ты ребёнок, что ли?

— Кстати о спарринге, — сказала Серена. — Мы с вами ещё не закончили наш поединок.

— Я победил всухую. Этот поединок давным-давно закончился.

— Нет, не закончился, — настаивала Серена. — Пока я говорю, что он не закончился, он не закончился. В прошлый раз не считается — я не дралась всерьёз.

— Восхищаюсь, что вы можете говорить такое с невозмутимым лицом. Вы же буквально топали ногами от досады, со слезами на глазах. — Вздохнув, я сел напротив полковника Серены.

Мэй, ожидавшая сбоку, молча поставила передо мной чашку чая. Вот это Мэй. У большинства людей сложилось бы впечатление, будто чай просто волшебным образом появился перед ними. — Так зачем вы пришли на «Чёрный лотос»? — спросил я Серену. — У вас ведь есть причина, верно? Вы же не просто пришли сюда играться, потому что вам скучно?

— А?

— А?

Мы несколько мгновений смотрели друг на друга.

Не говори только, что ты правда пришла сюда поиграть, потому что тебе скучно и больше не с кем. Ты ведь здесь по делу, да? У тебя должна быть какая-нибудь тема, которую нам нужно обсудить лично, верно? Ну пожалуйста, полковник.

— К-конечно. В-всё верно.

— Вы же очевидно врёте. Серьёзно? Вы шутите, да?.. Разве формально мы сейчас не должны находиться в боевой готовности?

— Это место не связано напрямую с линией фронта, так что внезапных налётов не будет. Для этого понадобилась бы невозможная ситуация, при которой противник прорвал бы фронт и добрался сюда так, чтобы никто не успел сообщить нам о его приближении.

— На поле боя невозможного не бывает.

— Фактически невозможно атаковать этот склад снабжения внезапно и не попасться в сеть безопасности, состоящую из десятков пилотируемых и беспилотных патрулей, — настаивала Серена. — Вы смогли бы это сделать?

— Обычными средствами — нет, — признал я.

Характеристики «Кришны» были невероятны для малого корабля, но особо скрытной она не была. Во-первых, каким бы малозаметным ни был корабль, скрыть энергетический сигнал при активации гипердвигателя невозможно. А значит, пройти через слои безопасности вокруг военной базы обычными средствами не выйдет. Но можно подделать идентификационный сигнал, регистрацию корабля и корабельный ID. Или пробраться внутрь при помощи предателя.

— Но разве не стоит опасаться, что они используют нестандартные средства, учитывая наличие ненадёжного союзника? — добавил я.

— Вы говорите о графе Иксамале? Кажется, я уже говорила: пусть на нём и есть чёрная метка, имперский дворянин никогда не предаст Империю. Это означало бы отказаться от статуса дворянина. Эльма ведь согласилась со мной, верно?

— Я понимаю вашу логику, но правда ли стоит отбрасывать такую возможность? Он из тех людей, у кого есть связи с космическими пиратами. Не думаю, что к нему разумно применять обычный здравый смысл.

— У нас нет конкретных доказательств, что он связан с космическими пиратами.

Хотя полковник Серена сказала именно это, по её лицу было видно: она на все сто процентов уверена, что Иксамал связан с пиратами. Если вы со мной согласны, то отнеситесь к моим опасениям серьёзнее.

— Хорошо, — продолжила она. — Раз вы так беспокоитесь, я буду максимально осторожна. Правда, когда дело касается вас, здравый смысл, похоже, действительно вылетает в шлюз.

— Это был комплимент? Не прозвучало как комплимент…

— Кто знает? — ответила полковник Серена с улыбкой.

Красивым людям так везёт. Стоит им улыбнуться — и тебе уже хочется их простить. Но к красивым людям я привык, так что одной улыбкой меня не обманешь. Потом обстоятельно обсудим, что именно вы имели в виду.

Если бы кто-нибудь спросил, находимся ли мы сейчас в опасной ситуации, то технически — да. И всё же опасность была куда меньше, чем тогда, когда нам пришлось сражаться с кристаллическими формами жизни. В той битве людей у нас было гораздо меньше. Мы, по сути, собрали всех, кого смогли найти поблизости, и отправили их в бой. Если бы мы этого не сделали, нас могли бы задавить числом.

С другой стороны, система Клион находилась рядом со спорным регионом, поэтому в этом районе были размещены значительные силы для противодействия возможным угрозам. Так что, даже если противник внезапно атакует, Отряд по охоте на пиратов в обычных обстоятельствах к участию не привлекут: его не считали одним из флотов, официально расквартированных здесь.

Но нельзя сказать, что преимущество Империи было настолько подавляющим, что в случае реального инцидента она могла позволить потенциальной боевой силе просто сидеть без дела. Поэтому граф Иксамал и отозвал Отряд по охоте на пиратов для защиты склада снабжения Клиона, пока силы, изначально размещённые здесь, готовились при необходимости выйти к линии фронта в качестве подкрепления.

— Ну, с моей точки зрения, мне, наверное, просто платят за то, что я сижу и ничего не делаю, — сказал я. Сейчас мы отдыхали в лаундже.

— Да. Нам заплатили за конкретный срок, а если мы понадобимся дольше, то будем получать доплату посуточно, — сказала Мими.

— Э-это правда нормально? — спросила Куги с неловким выражением лица. Такая серьёзная девочка.

— Отряд по охоте на пиратов технически независим, но в конечном счёте всё равно обязан подчиняться военным приказам, когда это необходимо, да? — заметил я.

— Он независим потому, что в мирное время мне разрешено действовать по собственному усмотрению, — сказала полковник Серена с недовольным лицом на другой стороне голографического дисплея. — Разумеется, если что-то случится, я обязана подчиняться военным приказам. Мы — меч императора.

Мне очень хотелось спросить у неё что-нибудь вроде: «У вас что, работы нет?!» Но работы у неё правда почти не было. Поскольку она эффективно делегировала задачи подчинённым, дел, которыми ей приходилось заниматься лично, сейчас было немного. К тому же полковник Серена была дочерью маркиза и получила серьёзные телесные усиления. Они не только сделали её физически сильнее, но и повысили скорость обработки информации мозгом. Если бы она взялась всерьёз, то меньше чем за час закончила бы работу, на которую обычному человеку понадобилось бы пять.

— При этом, — продолжила она, — в этот раз мы получили не приказ, а просьбу. Если бы у нас была веская причина, мы могли бы проигнорировать её и действовать по своему усмотрению. Изначально мы прибыли сюда устранять пиратов, угрожающих линиям снабжения, потому что граф Иксамал направил запрос вышестоящим. Так что, пусть он и не обратился к нам напрямую, мы, по сути, действуем здесь по просьбе дома Иксамал.

— Значит, Отряд по охоте на пиратов считается независимым, потому что может действовать как хочет, пока не получает прямых приказов?

— Да. Хотя мы всё равно военные, так что не можем двигаться так свободно, как наёмники. Впрочем, я слышала, что некоторые операционные процедуры и структуры подчинения у нас сформированы под влиянием наёмнической модели.

— Понятно… Так что там с ситуацией, о которой вы упоминали?

— В общем-то ничего. Хотя, похоже, нас хотят пригласить на банкет.

— А?.. — Разве граф Иксамал не должен нас ненавидеть или считать занозой в боку? Зачем ему приглашать нас на банкет?

— Даже если двое людей не ладят, в критический момент им иногда приходится объединяться. Во всяком случае, его нынешняя позиция, похоже, такова: оставить прошлое в прошлом и пока сотрудничать. Весьма типичный аристократический ответ. — Эльма пожала плечами с ленивым тоном. Сейчас она развалилась с выпивкой там, куда не доставали оптические сенсоры, передававшие нашу видеосвязь полковнику Серене. Этой миссией «боевой готовности» она наслаждалась на полную.

Но правда ли ей стоило пить, когда нас в любой момент могли попросить выйти подкреплением? На самом деле проблемы в этом не было. Один заход в медицинскую капсулу — и алкоголь полностью выведется из организма. С точки зрения протокола это, конечно, было не совсем правильно и могло подать дурной пример, но мы не военнослужащие, мы наёмники. Да и Эльма пила не настолько много, чтобы вырубиться, так что смысла что-то ей говорить я не видел.

— Банкет, значит? — ответил я. — Вы уверены, что они не пытаются просто усыпить нашу бдительность и подготовить какую-нибудь пакость?

— Если бы графу Иксамалу было что с этого получить, такая возможность действительно существовала бы. Но если он, гипотетически, обманет нас и захватит меня с несколькими ближайшими помощниками, а также вас с частью ваших людей, мой флот и оставшиеся члены вашей команды немедленно начнут действовать и придут нас спасать, — ответила Серена.

— Логично.

Даже если я пойду на банкет, я как минимум оставлю Мэй на корабле. Если с нами что-нибудь случится, она, скорее всего, начнёт действовать, используя боевых ботов или ещё что-нибудь. Это определённо вызовет огромный переполох, а Мэй способна разнести сообщение о таком инциденте очень широко и тем самым сильно расширить масштаб проблемы. Вряд ли граф Иксамал после этого сумеет удержать ситуацию под контролем.

Но раз я сам смог до этого додуматься, дворянин наверняка тоже пришёл бы к такому выводу. Значит, он мог подготовить какие-то контрмеры. Хотя всё равно было сомнительно, получит ли он достаточно выгоды, чтобы предательство стоило таких усилий.

— Похоже, у Хиро снова включилась дурная привычка, — сказала Эльма.

— Господин Хиро и правда иногда склонен слишком сильно переживать, да? — добавила Мими.

— Полагаю, мой господин просто настороже из-за несчастных поворотов судьбы, которые он притягивает. Мне кажется, его опасения обоснованны.

Куги не собиралась прямо раскрывать перед полковником Сереной мою способность манипулировать судьбой, но, похоже, считала, что я правильно беспокоюсь. С другой стороны, Эльма и Мими, как обычно, считали, что я слишком осторожничаю. В какой-то мере я был с ними согласен, но всё равно не мог отделаться от ощущения, что что-то должно произойти.

При текущих обстоятельствах единственный способ, которым Имперский флот вообще мог проиграть этот конфликт, — если врата внезапно станут непригодными, подкрепления не смогут прибыть, а Федерация Беллелум тут же воспользуется возможностью и атакует.

— Если ничего не случится, да, я буду выглядеть идиотом, — сказал я. — Но меня это устраивает. Я продолжу быть настороже против всех возможностей. Не знаю, пригласят нас на этот банкет или как его там, но если пригласят — сообщите мне.

— Сообщу.

Полковник Серена выглядела не особенно довольной. Впрочем, это неудивительно: ей ведь не хотелось торчать здесь, в системе Клион, в режиме ожидания. Если бы нас внезапно не отозвали, мы бы, наверное, уже загнали космических пиратов в угол.

Как бы то ни было, я уже успел немного привыкнуть к тому, что прихоти дворян двигают ситуацию туда-сюда. Решил воспользоваться возможностью отдохнуть, пока получается, и быть готовым к моменту, когда что-нибудь произойдёт.

— Чёрт! Хватит убегать!

— А зачем бы мне?

Я резко ускорился, уходя от прямого попадания лазерных пушек, стрелявших мне в спину. Затем использовал астероид как щит, закрывая противнику линию захвата — во всяком случае, сделал вид. На деле же я отключил полётный ассист корабля и с помощью маневровых двигателей резко развернул корпус. После этого в упор выпустил четыре тяжёлых импульсных лазера и две осколочные пушки по кораблю, который меня преследовал.

— Что?!

— Бум — ты сбит. Следующий.

Видимо, из-за спешки в погоне противник обошёл астероид по слишком широкой дуге и в итоге подставил мне незащищённую нижнюю часть — уязвимое брюхо. «Брюхо» космического корабля обычно имело довольно тонкую броню, так что, пробив щиты, прямое попадание из пушки в брюхо считалось точным ударом по жизненно важным частям корабля и, как правило, засчитывалось как уничтожение. Корма, где сосредоточены двигатели, тоже считалась уязвимой точкой.

— Ублюдок! Хватит смотреть на нас свысока! Я тебя, блин, прикончу!

— Я не против сразиться с тремя сразу. Как насчёт этого?

— Один на один меня устраивает, чёрт тебя!

Задор у них был хороший, но горячиться — не самое умное решение. Почему я это сказал? Потому что второй парень только что понёсся прямо на меня. Скорость — не самое главное в ближнем бою, знаешь ли.

Я обменялся несколькими залпами в лоб с вновь прибывшим вражеским кораблём, а затем медленно развернулся. Воспользовавшись тем, что из-за инерции корабль противника тоже разворачивался медленно, я точно посадил тяжёлые импульсные лазеры ему в брюхо. Этот корабль был куда крепче пиратского судна, потому что симуляция выставила ему военные щиты и броню, но против огневой мощи «Кришны» он всё равно долго не продержался. Бедолага взорвался ещё до того, как успел полностью развернуться и снова навести на меня оружие.

— Следующий. Вы точно хотите драться один на один?

— Давай! Я тебя собью!

Горячие они, подумал я, готовясь сбить очередной корабль. Делать мне всё равно было нечего, так что я решил поиграть с ними, пока они не выдохнутся.

— У-ху! — с самодовольным видом сказал я, глядя на гору энер-чипов на столе симуляторной комнаты.

— Я надеялась увидеть не это, — пожаловалась полковник Серена. Она улыбалась, но жилка на её лбу отчётливо подёргивалась.

— Эй, я помог вашим солдатам потренироваться и получил за это энеры. Пилоты Имперского флота заплатили мне в обмен на ценную возможность сразиться в симуляторном бою с несравненным наёмником платинового ранга. Разве это не взаимовыгодно?

— Пожалуйста, прекратите портить свой образ несравненного наёмника платинового ранга такой жадностью.

— Если я всё равно сражался, мы правильно сделали, что поставили на результат. Так веселее, разве нет? — В конце концов, я в любом случае собирался побеждать. Нет ничего веселее, чем ставить на себя, когда точно знаешь исход, полковник.

К слову, чипы, которые я только что выиграл, были чем-то вроде персональных карт, позволяющих безопасно передавать другому человеку небольшие суммы энеров. Ими пользовались, когда не хотели связываться напрямую с чужим терминалом или когда у второй стороны вообще не было терминала. Что-то вроде транспортных карт Suica.

— Мы ведь ставили всего по десять энеров за матч. Это крайне низкая цена за безопасный симуляторный бой против наёмника платинового ранга.

— Неважно, — сказала Серена. — Если азартные ставки распространятся по флоту, это повлияет на дисциплину. Настоящим запрещаю вам в будущем заключать пари с пилотами моего флота. Понятно?

— Ла-а-адно, — ответил я, засовывая энер-чипы в карман куртки. Раз полковник Серена не требовала вернуть деньги, она, вероятно, собиралась считать потерянные средства наказанием для пилотов.

— А что до вас, — сказала Серена трём пилотам, — полагаю, ваши начальники ждут вас с крепкой похвалой. Ждите с нетерпением.

— Есть, мэм! — ответили они и отсалютовали полковнику Серене. В этот момент я вспомнил, что она и правда высокопоставленный военный офицер. А ещё мне почему-то показалось, что трое пилотов смотрят на меня с уважением. Я не понимал почему.

— Если у вас столько лишней энергии, может, вместо этого присоединитесь ко мне? — предложила полковник Серена. Улыбаясь, она положила руку на ножны меча у пояса.

— А? Нет, спасибо, — ответил я мгновенно. Выносливость у Серены была намного выше, чем у обычного человека; это был побочный эффект её телесных усилений. Меч у неё был огромный и определённо тяжёлый, но даже после нескольких поединков подряд она, казалось, совсем не уставала. Я же после пяти матчей уставал.

— Для них у вас время есть, а для меня нет?

— Ага… С вами тяжело, и вы меня выматываете.

— Вы пытаетесь продать мне драку? Именно так — со стопроцентной скидкой!

Можно так не делать? Улыбка при такой дёргающейся жилке на лбу — это жутко. Смотрите, ваши пилоты дрожат. Даже любопытные зеваки эвакуируются. — Ладно, ладно. Хорошо. Но совсем немного, ясно? С вас услуга.

— Верно. В свете этого я отплачу вам тем, что закрою глаза на то, что вы меня разозлили.

— Это звучит не слишком честно…

Я поднялся с места и последовал за полковником Сереной, которая уже развернулась и пошла прочь.

— Ну, вы всё слышали, — сказал я пилотам. — Если будет возможность, сыграем ещё.

— Так точно, сэр! — Они почему-то отсалютовали мне и всё ещё смотрели на меня с уважением.

Почему вы провожаете меня взглядом так, будто я какой-то герой? Потому что я так свободно общаюсь с полковником Сереной? Не поймите неправильно — между нами ничего нет.

— Так какова ситуация на фронте? — спросил я.

Вжух.

Я уклонился на полшага назад, когда меч полковника Серены пронёсся мимо с устрашающим свистом. Затем попытался сбить её равновесие, отведя её молниеносный восходящий удар длинным мечом в правой руке. Но она ни на волос не сдвинулась. Ловко сменив хват на рукояти, она резко ударила прямым выпадом в меня.

Она вообще человек? Я бы не удивился, окажись, что её усилили искусственными мышечными волокнами, сплетёнными из какого-нибудь особого сплава. Ну, насколько я знал, она прошла биотехнологические процедуры усиления тела, наверное, чем-то похожие.

— Вы… вроде бы… не в трудном положении.

— Инстинкты в последнее время меня не подводят, — ответил я.

С моими нынешними способностями я мог парировать ужасающие удары Серены и одновременно сохранять осведомлённость о происходящем вокруг. Сейчас в комнате были только мы с полковником: я последовал за ней в один из тренировочных залов «Лестариуса», а она приказала всем остальным выйти.

— Цк… чёрт!

Интересно, почему я её полностью подавлял? Потому что я точно понимал, как именно она собирается взмахнуть мечом. Это было одно из того, чему я научился на уроках псионики у Куги; теперь я мог предугадывать, что другой человек попытается сделать дальше.

В Священной Вертальцской империи специализацию Куги называли «второй магией», что, если упростить, означало всё связанное с ментальными способностями вроде телепатии. Как её ученик, я тоже значительно продвинулся во второй магии — то есть в способностях, связанных с телепатией. Моя чувствительность к агрессивным ментальным волнам, таким как злой умысел или намерение убить, сильно выросла. Если говорить техническими терминами, я прокачал пассивные сенсоры. Что-то вроде устройств ньютипов из Universal Century — тех, что делают «пвиинь». Теперь, когда я об этом подумал, те рыцари из далёкой-далёкой галактики, которые управляли Силой, тоже были мастерами подобных способностей. Я и сам стремительно становился каким-то сверхчеловеком.

Правда, на Мэй эти мои новые способности вообще не работали: она по-прежнему могла легко меня избить.

— Вы… как-то… жульничаете… да?!

— Даже если бы жульничал, не вижу причин раскрывать трюк.

— Хья!

Воспользовавшись брешью, я ударил полковника Серену мечом по заднице. Который это уже был раунд? Честно говоря, я уже хотел остановиться.

— Это нечестно. Вы не проходили телесного усиления, и с тех пор, как вы взяли в руки меч, прошло не так уж много времени, но этот поединок совершенно односторонний. Это не имеет смысла. Для вас это имеет смысл? — Полковник Серена приблизилась ко мне, тяжело дыша.

Я смог лишь криво улыбнуться. — Ну, что я должен сказать? Как-то так вышло…

Я лучше кого бы то ни было понимал, насколько безумны мои способности, и обсуждать их мне не хотелось. Это было не то, о чём болтают с кем попало.

— Вы что-то скрываете. Не можете рассказать мне? Я уверена, ваша команда знает, так почему я не могу?

— Ну, насчёт этого… — Я почесал щёку. Сегодня Серена была уж очень настойчива; может, разошлась после всех этих спаррингов.

Но я ведь не мог специально проиграть — это, скорее всего, только разозлило бы её ещё сильнее. Рассказать ей или нет?..

— Я капитан Хиро, человек, окутанный тайной! Давайте на этом и остановимся, — сказал я, приняв позу и показав большой палец.

Глаза полковника Серены сузились. У меня вдруг появилось очень нехорошее предчувствие.

— После всего этого я получаю такой ответ? Хорошо… Тогда я заплачу. Правда заплачу. Буду рыдать, кричать и кататься по полу. Подниму такую сцену, что члены моей команды придут проверить, что с нами. Вы уверены, что хотите этого?

С этими словами она плавным движением опустилась на пол и села в сэйдза.

Она серьёзно! Стой — хватит, идиотка! — Вы готовы поставить на кон мою репутацию и собственное достоинство только ради того, чтобы заставить меня в чём-то признаться? Это не слишком далеко заходит?! — Эта женщина придумывала самые пугающие планы. Ты была права, Крис. Лучше вообще не оставаться наедине с женщиной благородного происхождения.

Мне всё ещё очень не хотелось рассказывать полковнику о своих обстоятельствах. Не то чтобы я боялся, что она разболтает информацию; скорее меня останавливало то, какая она сама. Жёсткая женщина, которая — как можно было видеть — без колебаний пустит в ход любые средства, чтобы добиться своего.

— Стойте, стойте. Успокойтесь, — продолжил я. — Почему вы вообще так хотите знать? Это ведь не обязательно, какими бы ни были мои обстоятельства. Даже если вы не узнаете, мы можем нормально работать вместе. Мы уже несколько раз действовали сообща, и вы ничего не знали. Так правда нужно давить на этот вопрос?

— Вы серьёзно? То есть правда серьёзно? Вы хотите сказать, что понятия не имеете, что я сейчас чувствую и почему спрашиваю? — потребовала полковник Серена голосом из глубин преисподней. Её плечи дрожали от едва сдерживаемой ярости.

Ну, я примерно мог догадаться, почему она спрашивает. Но… то есть… — Вы ведь тоже должны понимать, что я думаю по этому поводу, верно? Я уже не раз говорил вам, что такие отношения между нами невозможны. Поэтому я и держу между нами дистанцию.

Серена ничего не сказала.

Эй, хватит так дуться. Это же, чёрт возьми, мило. — В этом правда нет ничего настолько интересного. Ладно, может, и есть. Но даже если вы узнаете, ничего с этим сделать не сможете. Поэтому не нужно так на меня давить.

— Разве не естественно хотеть больше узнать о человеке, в которого влюбилась?

— О… Больше никаких хождений вокруг да около, да? Ух…

Вздохнув, я опустился на колени и сел напротив Серены, пока её красные глаза смотрели прямо на меня. Когда человек вот так прямо признаётся в своих чувствах, это довольно сильно действует. И к красивым женщинам у меня слабость. Но всё же… полковник?.. Это просто невозможно… — Уверен, вы можете привлечь мужчину куда лучше меня, полковник.

— Мужчин в мире столько же, сколько звёзд во вселенной. Но вы такой один.

— Как романтично… Ладно. Я не против рассказать, но, скорее всего, это прозвучит абсурдно, — сказал я, поднимаясь и приглашая полковника Серену к скамье у стены тренировочного зала. Когда мы сели рядом, я задумался, с чего начать. — Ну, если кратко изложить только главное, до конца не ясно, кто я такой… или, вернее, что я за существо. Но, по словам Куги, жрицы из Вертальца — можете считать её чем-то вроде священнослужителя, — я «Падший» из иного измерения и иной вселенной.

Серена выглядела растерянной.

— По вашему лицу видно, что вы вообще не понимаете, о чём я. Я понимаю, — продолжил я. — Но Вертальц, похоже, уже сталкивался с другими людьми в похожей ситуации. Более того, кажется, он защищает людей в обстоятельствах, похожих на мои. Думаю, я, возможно, тоже встречал кого-то в похожем положении.

В голове промелькнуло лицо той ужасной женщины с пурпурно-розовыми волосами. Не думаю, что когда-нибудь смог бы с ней поладить. Интересно, что она сейчас делает? Я предпочёл бы больше никогда с ней не встречаться, так что надеялся, что она где-нибудь далеко помрёт или взорвётся.

— Ну… хорошо, — ответила Серена. — И что значит быть Падшим из иного измерения или вселенной?

— По словам Куги, такие люди, как я, скрывают в себе огромную силу. Под «силой» я имею в виду псионические способности. И это действительно правда, потому что псионические способности у меня есть. Поэтому в бою кажется, будто я жульничаю, хотя усилений тела я не проходил.

— Понятно… Значит, ваши невероятные навыки пилотирования тоже оттуда?

— Нет. Они полностью естественные.

— Но ваши пилотские способности ещё более ненормальны! Вы это понимаете?

— А? Почему? Любой может достичь моего уровня, если будет тренироваться. — Почему вы так на меня смотрите? Я серьёзно! Любой сможет, если приложит усилия! Не сдавайтесь! — В последнее время я беру уроки псионики у Куги, — продолжил я. — Они увеличивают набор способностей, которыми я могу пользоваться.

Я достал терминал из нагрудного кармана, а затем сосредоточился на том, чтобы поднять его одной лишь силой. Терминал вдруг всплыл из моей ладони и начал вращаться в воздухе. Мне потребовалось немало тренировок, прежде чем я научился левитировать предмет так стабильно.

— То есть вы хотите сказать, что раньше даже не дрались всерьёз?..

— Никто ведь не будет использовать лазерные пистолеты или плазменные гранаты в обычном спарринге, верно? Тузы в рукаве нужны для критических моментов, — сказал я, пожав плечами, и поймал плавающий терминал.

— Верно, но… — Полковник Серена выглядела недовольной.

Если бы я использовал против Серены все свои способности, она, скорее всего, проиграла бы, даже не успев как следует сопротивляться, если только не смогла бы ударить меня до того, как я что-нибудь сделаю. У неё самой наверняка имелись один-два скрытых козыря. Если бы она успела применить их раньше, чем я свои, возможно, победила бы она. Если оба бойца вооружены средствами, способными решить бой одним ударом, всё сводится к тому, кто первым попадёт. В финалах боевиков стороны обычно обмениваются ударами, но реальные сражения не обязательно так устроены.

— Возвращаясь к теме: однажды я просто проснулся в пустом секторе космоса в системе Тармейн, внутри «Кришны» с выключенными генераторами. Как я там оказался, я не знаю. Я помню свою жизнь в предыдущей вселенной, но почти не помню, что случилось прямо перед моим появлением здесь. Возможно, в той реальности я внезапно умер или что-то вроде того.

Если предполагать, что было тогда, я, наверное, закончил рабочий день, вернулся домой, поужинал и уснул за игрой в SOL… но я правда не помнил. То есть когда я только попал сюда, я думал, что мне снится сон.

— Я помню, что в старом мире играл в игру, сеттинг которой был похож на этот мир, — продолжил я. — Сначала я решил, что это сон, но вскоре после пробуждения здесь на меня напали космические пираты. Я их уничтожил и отправился на Тармейн-прайм, но меня не пустили внутрь. Тогда появилась вы и помогли мне. После этого я провёл несколько дней на корабле и понял, что это не просто сон. Поначалу я не знал, что делать. К счастью, у меня был корабль и навыки пилотирования, так что я решил начать работать наёмником в этой вселенной. Дальше вы знаете, верно?

— Да, но вы правда ждёте, что я поверю в эту историю? — спросила полковник Серена с бесстрастным лицом. Я не мог её винить. На её месте я бы, наверное, подумал, что сам несу какую-то нелепую байку, чтобы кого-то одурачить.

Но у меня был туз в рукаве.

— По словам Его Величества императора, до моего появления в системе Тармейн не существует никаких следов моего существования. По сути, ему не оставалось ничего, кроме как предположить, что я просто случайно возник там из ниоткуда.

— Император сказал это?

— Да. У меня была аудиенция с ним, когда я находился в императорском дворце в столице. Даже если вы не доверяете мне, суждению императора вы ведь доверять должны, верно?

— Дело не в том, что я вам не доверяю…

Хотя она сказала именно это, похоже, историю она всё равно не приняла. Впрочем, неудивительно.

— Я ведь говорил, да? Что это прозвучит нелепо. В любом случае это мой секрет. Причина, по которой я знал всё то о Материнском кристалле, в том, что ситуация совпала с той игрой из моего старого мира. Теперь, когда я раскрыл всё, фокус кажется довольно жалким, да?

— Нет… На самом деле я хотела бы услышать больше. Не могу не задуматься, какой ещё информацией вы можете обладать.

— Чёрт. Это была ошибка.

— И всё же… Понятно. Инцидент с Материнским кристаллом действительно подтверждает ваши слова. Вы знали сведения, которых не знали даже учёные Империи; это неоспоримый факт. — Немного поразмыслив, полковник Серена подняла взгляд и серьёзно посмотрела на меня. — Хиро. Не станете моим?

— Нет.

— Мгновенный отказ?! Почему вы хотя бы не подумали?! — Её серьёзное выражение тут же рассыпалось, и она мгновенно разрыдалась.

Да, простите, полковник, но с таким лицом вы куда милее. Когда вы вся серьёзная, разница в нашем поведении делает вас труднодоступной. — Я уже много раз говорил: мне больше по душе расслабленная жизнь наёмника. Вы ведь не собираетесь отказываться от положения офицера Имперского флота, верно? Вот и всё. Никто из нас не откажется от нынешнего образа жизни, а значит, мы ничего не можем сделать.

— Но даже если вы продолжите быть наёмником, вы ведь только и делаете, что летаете повсюду и охотитесь на пиратов, — возразила Серена. — В составе Имперского флота вы могли бы делать то же самое. Разве это не одно и то же? Почему вы так упрямитесь?

— Совсем не одно и то же. Вам вообще сколько платят?

Мой контраргумент на мгновение ошеломил полковника Серену.

— Н-ну… нет, то есть… Послушайте. Если вы станете моим, вы войдёте в семью Хольц — в дом маркиза. Как минимум вас возвысят до статуса барона. И в вашем владении окажется как минимум одна-две звёздные системы.

— Не интересует. Кроме того, у меня уже есть жена.

— Я впервые об этом слышу! — потрясённо крикнула полковник Серена.

Теперь, когда я подумал, я ведь ей ни разу не говорил.

— Мы с Мими зарегистрировались как семья. Правда, в сущности, это ничего не изменило.

— И вас это устраивает?

— Вы внезапно успокоились.

Выражение лица полковника Серены мгновенно стало серьёзным, и я инстинктивно отпрянул. Она была права: ощущалось немного странно, что мы с Мими после регистрации брака так и не стали вести себя как супружеская пара, но Мими, похоже, не особо интересовалась такими вещами. Или ей больше нравилось нынешнее положение, включавшее всех остальных. Девушки, с Мэй в центре, в общем-то… сговорились? Нет — договорились? Делили меня? В любом случае они хорошо ладили.

— Мои обстоятельства немного особые. Это ещё одна причина, по которой я не могу стать вашим.

— Гр-р… — Полковник Серена застонала от досады.

Честно говоря, мне было немного лестно, что я ей интересен, но у нас были свои жизни, и мы находились в очень разных положениях. От некоторых вещей мы отказываться не собирались. Отношения между двумя людьми, даже связанными судьбой, вполне могли не сложиться. В жизни редко всё идёт именно так, как хочется.

— И-и-итак, как прошло ваше свидание с полковником Сереной? — спросила доктор Сёко.

— Ничего не произошло. Я помог ей снять стресс спаррингом, а потом мы немного поговорили. И всё.

— Пра-а-авда? — спросила Эльма.

После спарринга с полковником Сереной я вернулся на «Чёрный лотос», где меня, к несчастью, в кафетерии перехватили пьяные доктор Сёко и Эльма. После симуляторных боёв и спарринга я был немного вымотан и физически, и морально; мне хотелось немного отдохнуть, но такой возможности, похоже, не было. Сопротивляться этим двоим тоже не имело смысла.

— Если хотите знать, о чём мы говорили, я не против рассказать, но ничего особо интересного там не было.

— Это мы решим, — сказала доктор Сёко.

— Вы серьёзно пьяны.

Доктор Сёко обняла меня за плечи, ухмыляясь и обдавая меня дыханием, насквозь пропитанным алкоголем. Тем временем Эльма прижалась ко мне с другой стороны. Ощущение слева было довольно приятным, а вот справа… болезненным. Ай. Хватит щипать меня за бедро.

— Она настояла, чтобы я рассказал ей о своём секрете… или, наверное, о моём происхождении? О том, откуда я взялся? Я ведь уже рассказывал вам всем раньше. Но она очень хотела знать — пригрозила устроить сцену и разреветься как младенец, если я откажусь.

— Разве это не немного отчаянно?

— Настолько далеко заходить — это точно отталкивает.

Вот видите, полковник? Ваши действия были настолько нелепыми, что эти две пьяницы протрезвели. — Я решил, что она не станет распускать слухи, так что можно просто рассказать. А потом она вдруг сделала мне предложение и попросила стать её.

Грохот. Куги, до этого разговаривавшая с Мими, резко вскочила и опрокинула стул, на котором сидела. Она уставилась на меня, а лисьи уши на её голове дёргались. Кажется, они были направлены в мою сторону.

— То есть я ей отказал, — сказал я. — Никто из нас не готов отказаться от нынешнего образа жизни, и у меня уже есть вы все. Наверное, я её не ненавижу и всё же уважаю. То, что Серена немного неуклюжа в личной жизни, даже немного мило, но всё равно… В общем, ничего физического не было. И в любом случае я не был заинтересован, так что расслабьтесь.

— Ну… было бы странно, если бы ты на этом этапе уступил полковнику, — заметила Эльма.

— Как одна из твоих женщин, от таких разговоров я как-то… чувствую укол ревности? Ощущение опасности? Волнуюсь? Не знаю, как это сформулировать, — сказала доктор Сёко.

— Ну, я рассказал только потому, что вы спросили. И я не особо заинтересован придумывать бессмысленную ложь.

Доктор Сёко потёрлась щекой о моё плечо, как кошка; я бы не удивился, если бы она замурлыкала. Я позволил ей делать что угодно. Тем временем Эльма переплела левую руку с моей правой и продолжила пить.

— Подробно. Объясните. Пожалуйста, — потребовала Мими.

— Чт—Мими?! Мой напиток! — крикнула Тина.

— Этот слишком крепкий, — предупредила Виска. — Лучше возьми вот этот.

— Спасибо, Виска, — ответила Куги.

Мими и Куги, сидевшие подальше, прошли мимо столика Тины и Виски и сели напротив меня. Тина, наверное, пила что-то крепкое, Мими. Так залпом это пить немного опасно. Виска была куда внимательнее: она специально протянула Куги гораздо более слабый напиток.

— Там правда почти нечего добавлять… — сказал я. — После того как я рассказал ей о своих обстоятельствах, она сделала мне предложение, а я мгновенно отказал.

— А… твои обстоятельства. Сколько ты ей рассказал?

— Император знает, что я случайно появился в системе Тармейн из ниоткуда, так что я, по сути, рассказал ей всё. Мы ещё обсудили инцидент с Материнским кристаллом. Полковник подумала, что у меня может быть важная информация, которой не знает никто другой в этой вселенной, и это её заинтересовало.

— О, это твое «игровое знание» или как ты там его называешь. В некоторой степени полезное, но не всегда. И иногда ты знаешь по-настоящему нелепые вещи, — сказала Эльма.

— Довольно неприятная формулировка. — Я криво улыбнулся и откинулся на спинку стула.

Большая часть того, что я знал из SOL, касалась боя. Технологиями, бизнесом и артефактами я никогда особенно не интересовался, так что полезной информации у меня, как ни странно, было не так уж много. О космических монстрах я кое-что знал, потому что в игре довольно много с ними сражался. Ещё у меня была информация о космических империях, которые вели внутриигровые войны, но в этой вселенной она была совершенно бесполезна, потому что игровых космических империй здесь не существовало.

— Ах да… Я сказал ей, что мы с Мими поженились, и она была потрясена. Я и не понимал, что ещё ей не говорил. Погодите… Я не говорил? Кажется, говорил, ещё в столице, когда всё это происходило… Но нет, наверное, всё-таки не говорил?

Наверное, я ей не говорил. В конце концов, я сам узнал об этом уже постфактум.

— В общем, её это потрясло, но я сказал, что мы с Мими из-за нашей ситуации в общем-то не делали ничего из того, что обычно делают супруги. Тогда она спросила, нормально ли мне с этим. Если подумать, наверное, это и правда немного странно.

— Вам не нужно об этом беспокоиться. Мы уже обсудили всё между собой, господин Хиро.

— Да, дорогой. Не забивай этим голову.

Они тут же пресекли мою попытку проявить к ним внимание. Хотя в их словах был смысл: вместо того чтобы я сам странно себя вёл, лучше уж пусть они выстроят такой порядок, при котором им всем приемлемо меня делить. Тогда оставляю это вам, девочки. — О чём мы вообще говорили?.. В общем, вот что случилось с полковником Сереной.

И как раз когда я собирался завершить рассказ, мой терминал издал звук, сообщая, что пришло сообщение от полковника Серены.

— Похоже, тот самый банкет официально назначили. Завтра.

— Правда была необходимость проталкивать его, несмотря на обстоятельства?.. — озадаченно спросила Куги.

Она была права: это было немного странно. Но я решил, что это единственное время, когда и полковник Серена, и я будем здесь, на складе снабжения Клиона, так что не настолько уж это было необычно, как она намекала. — Хочется верить, что всё будет нормально, но этот дворянин очень вероятно связан с космическими пиратами, так что лучше быть настороже. Самый худший исход — если нас разделят, поэтому пусть Мэй останется на борту «Чёрного лотоса» и будет готова действовать при необходимости.

— Да, хозяин, — сказала Мэй через динамики кафетерия.

Ну что ж… Что случится? Или ничего не случится? Лучше быть готовым ко всем вариантам; терять бдительность нельзя.