За пределы Окраинного региона

Я ПРОТОРЧАЛ В ОЖИДАНИИ чуть меньше недели, и это стало для меня настоящим испытанием. Почему, спросите вы? Потому что мне было скучно. Даже если я сопровождал Куги в исследовательскую лабораторию, делать мне там было нечего. Местных пиратов мы уже практически подчистили, так что вылетать на «Кришне» у меня тоже не было причин.

Поэтому половину этих дней я оставлял Мэй в роли сопровождающей и проводил время с Мими и Эльмой. Иногда мы ходили по магазинам, но в основном просто ленились. В те дни, когда я не ходил в лабораторию, вечер и ночь я проводил с Тиной и Виской, а когда ходил — с Мими и Эльмой.

— Ну, в общем, похоже, мы нашли способ примерно переводить, что эти сферы друг другу говорят, — доложила Тина.

— Понятно. Рад, что есть прогресс.

— Во второй половине дня у нас тоже закончились дела, так что мы помогали команде с исследованием материала этой обшивки, — сказала Виска. — Доктор Сёко невероятная. Она взяла программы и алгоритмы, созданные для наномашин, и применила их для других задач. У неё хватило изобретательности использовать их там, для чего они вообще не проектировались.

— Нам стоит у неё поучиться.

Мы с близняшками сидели на диване: Тина справа, Виска слева, я посередине. Это уже стало нашим обычным расположением, когда мы вместе отдыхали. Эти двое буквально прилипали ко мне, и я чувствовал, как их тепло согревает меня с обеих сторон. Наверное, поэтому Виска и Тина выставляли температуру в этой комнате чуть ниже, чем в остальных. Какая забота.

— Как у тебя дела с Куги, милый?

— Я мог бы прикинуться, будто не понимаю, о чём ты… но не хочу заставлять тебя произносить это вслух. Хм… Ну, она слишком чистая, так что трудно сделать ход.

— А… понимаю, о чём ты. Она правда чистая, — согласилась Тина.

— Она как цветок, который не должен быть сорван… Понимаете, о чём я?

— Оттенок смысла дошёл, да, — ответила Виска.

Я вовсе не требовал, чтобы Куги была такой же напористой, как Эльма или Тина, но невольно хотелось, чтобы она была хотя бы чуть ближе к Мими или Виске. Однако она была невинной девушкой, выросшей в полной изоляции от испорченности вселенной. При каждом нашем общении её качество «чистой девушки» работало на полную мощность. Она могла сказать что-нибудь вроде: «Я исполню свой долг всем, что у меня есть!» — или: «Я сделаю всё, о чём вы попросите». После такого сделать на неё ход становилось очень трудно. Я не был проповедником свободной любви и не был тупым неудачником, который отказывается от поданного ему блюда, но чистота Куги меня слегка подавляла.

— Рано или поздно ты всё равно сделаешь ход, — заявила Тина.

— Наверное, когда-нибудь.

— Трудно понять, быстро ты действуешь или медленно… Но к нам ты тоже довольно долго подбирался.

— Мне и правда понадобилось время, чтобы принять эту мысль. Простите.

По разным причинам мне действительно пришлось набраться смелости, прежде чем я сделал ход на этих двоих. Зато когда я преодолел этот внутренний барьер, проблем больше не было.

— Только не заставляй Куги ждать слишком долго. Когда тебя оставляют в стороне, это больно, — сказала Тина.

— Постараюсь этого не допустить, — ответил я.

Я так говорю, но если не появится какой-нибудь удобный случай… Нет. Именно такое мышление и мешает мне действовать. Случая не ждут — его создают.

Только случай создал не я, а Куги. Я не был уверен, радоваться мне или теряться.

— Давайте потренируем ваши псионические способности, мой господин.

— Потренируем, говоришь?

— Да.

Куги позвала меня к себе в комнату; мы сидели друг напротив друга в сэйдза.

У Вертальца и правда было много культурного сходства с Японией. В каюте Куги даже лежала циновка, похожая на татами. В Японии ходить по татами в обуви было нельзя, и здесь правило ничем не отличалось, так что у входа в её комнату была выделена зона, где снимали обувь.

Когда я пришёл в каюту Куги, то увидел подушку вроде дзабутона, явно приготовленную для меня, и просто поплыл по течению — сел на неё. Куги села на другой дзабутон прямо напротив.

— Что именно ты имеешь в виду под «тренировкой»? Я буду медитировать?

— Это действенный метод. Медитация подразумевает сознательную концентрацию на энергии, бьющей внутри вас ключом; это хороший способ развить контроль. Но сейчас для вас, мой господин, это, вероятно, будет трудно.

— Да?

— Да. Вы уже использовали могущественные способности вроде манипуляции пространством-временем и судьбой, но делали это бессознательно. Если вы хотите применять эти способности осознанно, сначала вам необходимо научиться воспринимать собственную силу.

— Понятно.

Я продолжал тренироваться с Куги и Конохой, в основном в психокинезе; ещё я практиковал создание мысленного барьера, которому меня научила Куги. В этих двух областях я сейчас был на уровне прочих новичков, даже по меркам Вертальца.

Но при этом я ещё вообще не проходил тренировку «третьей магии» — магии, способной управлять пространством-временем и судьбой. Я понятия не имел, почему задержка дыхания позволяла мне замедлять время; я пользовался этой способностью чисто инстинктивно. Было логично, что, прежде чем оттачивать способности, мне нужно научиться воспринимать собственную силу. Управлять чем-то или тренировать то, что ты даже не ощущаешь, невозможно.

— Я понимаю твою логику, но у меня есть вопрос.

— Да, мой господин?

— Почему у тебя приготовлен футон?

Ещё я хотел спросить, почему она так легко одета. То немногое, что на ней было, оказалось настолько тонким, что почти просвечивало. Вообще-то я знал почему. Я не был идиотом и уже видел, куда идёт этот разговор. Но спросить всё равно пришлось.

— У меня есть до некоторой степени приличная причина…

— Значит, ты сама понимаешь, что причина только до некоторой степени приличная. Ну, слушаю.

То, как она опустила взгляд, покраснела, отвела глаза и наконец снова повернулась ко мне, било слишком сильно. Пожалуйста, хватит. Мне самому уже становится неловко.

— Эм… вы помните, как я соединила наши разумы через прикосновение, мой господин?

— Конечно. Настолько впечатляющие переживания случаются редко. Я хорошо это помню.

Она имела в виду нашу первую встречу. Она появилась буквально из ниоткуда, прижалась лбом к моему лбу и соединила наши разумы, пока я ещё был в полной растерянности. Во время связи она проверила состояние моих псионических способностей и провела экстренную обработку тех участков моего разума, которые в этом нуждались.

— Эм… для формирования более глубокой и крепкой связи, чем тогда, оптимально сделать нечто подобное.

— Странно слышать такое от такой девушки, как ты. Ты сейчас бросила мне прямой фастбол.

Лицо Куги стало ярко-красным, и я, наверное, выглядел не лучше. Её смущение передавалось мне телепатически?

— Тогда, э… зачем нам формировать более глубокую и крепкую связь?

— С-сформировав такую связь, мы сможем глубже ощущать присутствие друг друга, усиливать магию друг друга и помогать друг другу контролировать магию, если до этого дойдёт. Это значительно расширяет круг возможностей. Дополнительное преимущество в том, что вы сможете гораздо быстрее тренировать свои псионические способности. — Куги говорила всё это, отводя взгляд; лицо у неё по-прежнему было свекольно-красным, а уши на макушке безостановочно подрагивали. Они у неё от нервов дёргаются? Ну, сомневаюсь, что кто-то смог бы сохранять спокойствие в такой ситуации.

— Значит, это и есть твоя «до некоторой степени приличная» причина?

— Д-да.

Ладно, остановимся на этом. Если тянуть дальше, мы войдём уже в область фетиша, а просто развернуться и уйти после того, как всё зашло так далеко, я тоже не могу.

— Больше я не буду задавать тебе невежливых вопросов.

— Х-хорошо… Ах!

Я поднялся на колени и приблизился к Куги, положив ладонь ей на щёку. Её лицо всё ещё было ярко-красным, и она слегка дрожала. Для начала нужно было помочь ей расслабиться…

Наступило новое утро.

— Доброе утро, мой господин.

Я открыл глаза и увидел Куги, которая улыбалась мне с небывалой сияющей ясностью. Мне кажется, или кожа у неё тоже стала как будто светиться?

— Не могу… Я обратно спать.

— Доб-ро-е. Ут-ро. Мой. Гос-по-дин, — повторила она отчеканенно.

Я попытался спрятаться, натянув на себя одеяло футона, но Куги сорвала его с меня. Чёрт, она сильная. Если так продолжится, ни в чём не повинное одеяло разорвут в клочья, так что я сдался и перестал прятаться.

— Доброе утро, Куги.

— Да. Доброе утро.

Улыбающаяся Куги уже была как следует одета. Я не стану подробно рассказывать, что произошло прошлой ночью, но скажу, что это было похоже на сон. Как будто наши разумы и тела расплавились и слились вместе — опыт, к которому можно пристраститься.

Куги восстановилась ужасно быстро. Это просто потому, что она в лучшей форме, чем я, или потому что у неё больше опыта в подобных вещах с телепатией? Может быть, и то и другое.

— Вы ничего не замечаете, мой господин?

— В каком смысле?.. Погоди… А?

Пока Куги не указала на это, я ничего не замечал, но вдруг осознал шестое чувство, которого у меня раньше не было. Нет — наверное, точнее сказать: «шестое чувство, которого я раньше не замечал». Я отчётливо ощущал новый канал восприятия, отличающийся от обычных пяти.

— Моя чувствительность точно выросла, — сказал я.

— Да. Я тщательно вас настроила.

— Я что, музыкальный инструмент?

Это запредельное шестое чувство было трудно описать словами, и я ощущал его даже когда закрывал глаза или пытался от него отгородиться. Я мог определить, где находится Куги, но не только она: я ощущал присутствие и других живых существ. Чувство откуда-то глубже внутри позволяло улавливать дыхание или искру жизни.

— Невероятно. И немного сбивает с толку, так что мне нужно привыкнуть.

— Если будете понемногу осваиваться, то со временем сможете управлять и своими способностями. Но пока просто привыкните к ощущению новой силы внутри вас. Если когда-нибудь почувствуете тревогу, не стесняйтесь прийти ко мне за помощью.

— Понял. А пока…

— Да?

— …мне нужен душ.

Я быстро принял душ, а затем вместе с Куги направился в гостиную. Большинство девушек уже ждали там; когда я вошёл, они сразу посмотрели в нашу сторону. Мими ёрзала, слегка покраснев. Эльма тоже немного румянилась, но смотрела на меня презрительно. Тина ухмылялась, а Виска смотрела на меня и тут же отводила взгляд. Мэй и Конохи там не было. Коноха, похоже, прячется у себя в комнате, ощутил я. А вот где Мэй, понять не мог, потому что мейдроиды не были живыми существами.

— Доброе утро всем.

— Д-доброе утро, господин Хиро.

— …Утро.

— Доброе утро, милый.

— Д-доброе утро.

Их ответы звучали странно. Я покосился на Куги и увидел, что она обильно потеет, а лицо у неё красное. Почему она потеет, если мы только что приняли душ? Что здесь происходит? Я невольно почувствовал, что что-то ужасно не так. По реакциям остальных я мог в какой-то степени догадаться, в чём дело.

— Наши мысли, случайно, не просочились наружу? — спросил я.

— Они не просто «просочились». Вы будто стреляли ими по нам.

— Мы поняли ситуацию, потому что знали, откуда они идут. Но думаю, те, кто не знал, сейчас в крайнем замешательстве.

— Куги…?

— Я старалась изо всех сил, но вы были слишком могущественны, чтобы я могла полностью вас удержать, мой господин… И всё же я не ожидала, что результат будет настолько серьёзным… — Её лицо становилось ещё краснее.

Точнее, становилось бы, если бы уже не было свекольно-красным, подумал я. Похоже, когда прошлой ночью мы с Куги соединились телом и разумом, флирт и всё такое утекли из комнаты по телепатии.

— Эй.

— Ах! Да, мэм?

Мы с Куги шептались у входа в гостиную и не присоединялись к остальным на диване, так что Эльма прервала нас сердитым тоном. По крайней мере, думаю, сердитым. Может, и нет, но именно такое ощущение я от неё сейчас получаю… Это побочный эффект так называемой «настройки» Куги?

— Нам пришлось всю ночь терпеть твою волну похоти, — объявила Эльма. — Не думаешь, что нам полагается извинение?

— Волна похоти? Ха-ха-ха! У Эльмы довольно уникальный талант придумывать названия! Прошу простить меня за причинённые огромные неудобства.

Сев в сэйдза, я склонил голову до пола в полноценной догэдза, сдаваясь без сопротивления.

— Одних слов недостаточно, чтобы показать искренность. — Эльма тихо поднялась и направилась ко мне.

У неё глаза остекленели! Страшно!

— Ага, — согласилась Тина.

В какой-то момент — ну, если честно, я заметил её куда раньше — Тина подкралась ко мне сбоку. Теперь она схватила меня за левую руку, а Эльма — за правую. Погодите. Вы, девчонки, слишком сильные. Я и один на один вас не одолею, не то что двое на одного!

— Стойте! Успокойтесь! — воскликнул я. — Мы ведь сегодня должны отправляться, у нас нет времени играть…

— Мими.

— Да.

Пока Тина и Эльма уволакивали меня, Мими подошла и показала экран своего планшета. Что это? Неизвестное явление вызвало вспышку непристойного поведения по всему «Даунтлессу»? «Военная полиция “Даунтлесса” полагает, что явление вызвал поднятый на борт артефакт, и в настоящее время проводит масштабный обыск». Понятно. Значит, эффект не ограничился «Чёрным лотосом» — он утёк и наружу.

— Сегодня, скорее всего, будет полный хаос. Сомневаюсь, что полковник Серена отправится сегодня, так что подготовьтесь.

— Пожалуйста, полегче со мной.

С тех пор как я попал в эту вселенную, я каждый день тренировал тело, но у моей выносливости всё равно были пределы. Логически рассуждая, я никак не смогу победить четырёх человек…

На следующий день я посетил исследовательскую лабораторию на «Лестариусе», где доктор Сёко встретила меня смехом.

— А-ха-ха-ха! Ничего себе! Слышала, с позапрошлой ночи тут творится полный бардак.

— Это вообще-то не смешно… Погодите, доктор Сёко, а вас это не затронуло?

— Мы как раз в то время тестировали псионический подавитель. Мы с господином Уэллсом были полностью сосредоточены на исследовании. Мы понятия не имели, что творится снаружи!

— Зато это доказывает, что созданное нами устройство работает как задумано. Хорошие новости для нас, — сказал Уэллс, пожав плечами.

Я не чувствую от него разочарования. У него что, нет никаких чувств к доктору Сёко? Она же довольно красивая.

Пока мы разговаривали, в лабораторию вошли новые гости: полковник Серена и лейтенант Робертсон.

Понятно… Значит, вот как ощущается их присутствие. Я это помню. Почему Серену окутывает такая свирепая аура? Она не просто выглядит так, будто в любой момент может выхватить меч, — у неё ещё и вены на лбу вздулись. Ну же… улыбнись хоть немного.

— Если ты посмеешь сказать какую-нибудь глупость, я засуну тебе в рот плазменную гранату и зашью его, — рявкнула Серена.

— Есть, мэм. — Я выпрямился и отдал ей честь. Если сейчас отпущу тупую шутку, она ведь и правда может это сделать. Что до причины её злости, вариантов был ровно один.

— Не желаешь объясниться? — спросила она. — Я слушаю.

— Объясниться? Вы о чём? Если вы имеете в виду хаос, который творился до утра позавчерашней ночи, то мы тоже были его жертвами.

Я не лгал. Позапрошлой ночью я всю ночь был с Куги, а после этого мне пришлось удовлетворять остальных девушек — за вычетом Мэй и Конохи.

— Это явление вызвал не ты?..

— Я не преступник, ищущий острых ощущений. Зачем бы мне намеренно устраивать нечто подобное? — ответил я с невозмутимым лицом. В конце концов, я не вру… просто маскирую правду.

Полковник Серена подозрительно смотрела на меня, но в итоге сдалась и вздохнула.

— Верно. Сомневаюсь, что даже ты зашёл бы так далеко. Прости; это событие потрепало мне нервы.

— Полагаю, «Лестариус»… вернее, весь Отряд по охоте на пиратов… не избежал воздействия.

— Не избежал… К счастью, ничего выше классификации «несчастный случай» не произошло. Нам действительно повезло, что ни одно из происшествий не поднялось до уровня «инцидент» или «скандал». Очень повезло.

Я не совсем понимал, чем определяется разница между «несчастным случаем», «инцидентом» и «скандалом». Значимостью нарушения? Наличием преступного поведения? Или просто масштабом проступка? В любом случае хорошо слышать, что ничего тяжёлого не случилось.

В любом случае я не мог признать, что именно я произвёл этот хаос. В худшем случае меня ведь могли реально бросить в тюрьму. В конце концов, то, что я устроил, было сродни крупномасштабному гипнотическому теракту. Если бы всё ограничилось нашим кораблём, проблемы бы не было. Но событие затронуло весь «Даунтлесс», так что простым штрафом я бы не отделался. Наверное, мне предъявили бы уголовные обвинения.

— Хм? Что такое, Куги? Ты ужасно вспотела, — заметила доктор Сёко.

— Н-н-ничего. — Куги обливалась потом и была бледна как полотно.

Куги? Пожалуйста, возьми себя немного в руки. Ты можешь нас выдать. Полковник Серена снова подозрительно уставилась на меня. Нет-нет-нет. Мы ничего не знаем.

— Прости, Куги. Я понимаю, что объяснил это немного грубо, но мне пришлось, чтобы очистить наши имена.

— Д-да, мой господин.

Я бросил Серене взгляд, который говорил: «Это деликатная тема, пожалуйста, не расспрашивайте дальше». Она явно не обрадовалась и продолжала сверлить меня взглядом, но что бы она ни чувствовала, права копаться дальше в том, что именно означало наше «мы были жертвами», у неё не было.

Сегодня со мной была только Куги. Близняшки лениво валялись, потому что всё ещё были вымотаны событиями предыдущего дня, а у Мими и Эльмы изначально не было причин идти со мной в лабораторию. Мэй нужно было оставаться на корабле и присматривать за ним. Что до Конохи, с позапрошлой ночи она почти не выходила из своей комнаты; а когда выходила, старалась не пересекаться со мной. Я решил уважать её решение и тоже её избегал. Я понимал, почему она так себя ведёт.

— Ладно… — сказала Серена. — Мы сумели вернуть ситуацию под контроль, так что отправляемся через двенадцать часов. «Визжащие совы» пойдут с нами в качестве проводников. Будьте готовы.

— Понял. Тогда мы тоже пойдём готовиться. Куги, возвращаемся на корабль.

— Да, мой господин.

Я хотел спросить, повлияла ли созданная нами с Куги волна похоти на сферы, но упустил момент. Ну, раз доктор Сёко и Уэллс ничего не сказали, наверное, можно считать, что ничего не произошло. Если появится шанс, спрошу их позже.

— Значит, мы наконец отправляемся? — вяло пробормотала Эльма. Похоже, она ещё не полностью восстановилась после вчерашнего. Кожа у неё сияла, так что физически она как минимум была в хорошем состоянии.

— Эм… почему Куги свернулась в клубок вон там? — спросила Мими.

— Э… ну, помнишь ту штуку позапрошлой ночью?

— Волну похоти?

— Можно мы перестанем её так называть? Но, ну да, эту штуку. Куги только что узнала, что она дошла куда дальше, чем мы сначала думали.

— Ох…

— Понимаешь, то, что произошло, определённо было бы неловко даже в Вертальце, но поскольку люди там могут защищаться от такого, до уровня преступления дело бы не дошло.

— Ох… Понимаю, — сказала Эльма, поморщившись. Она, должно быть, уловила подтекст.

— А здесь это было по сути терактом, — продолжил я. — Мы были легкомысленны, облажались, и в худшем случае меня могли бы посадить. Куги узнала об этом только сегодня, так что она немного приуныла.

— Понятно… — сказала Виска. — Это и правда было почти терактом.

Уши Куги дёрнулись: похоже, она услышала Виску.

— Не изводи себя слишком сильно, Куги. Доказательств нет, а даже если у людей есть подозрения, доказать их будет невозможно. Наверное, всё изменилось бы, если бы нас пытали зондами, способными смотреть внутрь мозга, но по одним подозрениям они точно не зайдут так далеко.

Если ты не совершил серьёзных преступлений, как пираты, военным не полагалось напрямую заглядывать в твой разум через взлом мозга. Это считалось пыткой. К тому же на «Даунтлессе» не было псионического оборудования, так что у них не должно быть способа установить, что мы с Куги совершили это преступление — если это вообще можно назвать преступлением.

— Ты так говоришь, но если такие эпизоды начнут повторяться вокруг нас, люди заметят, — указала Тина.

— Больше не повторится. По крайней мере, я так думаю.

Поскольку Куги меня… «настроила» или как там это назвать, я мог легко контролировать свои псионические силы. Таких происшествий больше не будет, если только я не устрою что-нибудь намеренно.

— В общем, мы скоро отправляемся. Заканчивайте последние приготовления.

— Ага… И как ты такой бодрый?

— Сам не знаю. Но сейчас я чувствую себя довольно хорошо.

Эльма, Мими, Тина и Виска всё ещё были измотаны событиями вчерашнего дня, а я почему-то чувствовал себя лучше, чем когда-либо. Интересно, почему? Может, обретение контроля над псионическими способностями улучшило мою выносливость?

— Нам особо готовиться не нужно: мы уже пополнили припасы и закончили техобслуживание. Если у тебя столько энергии, потрать её на то, чтобы утешить Куги, проверить Коноху или позаботиться о Мэй. Мы пойдём готовиться.

— Ладно. — Коноха, значит? Я всё ещё не уверен, как мне с ней взаимодействовать.

Коноха была офицером Священной Вертальцской империи, так что утечка волны похоти, наверное, не стала для неё проблемой. И всё же почему-то она меня избегала. Только не говорите, что она приняла эту утечку прямым попаданием и оказалась в какой-нибудь неописуемой ситуации. Может, спросить Мэй — она, скорее всего, следила за её состоянием. С другой стороны, прежде чем переходить черту и нарушать её личное пространство, мне казалось правильнее хотя бы самому проверить Коноху. Я решил сначала утешить Куги, а потом узнать, как себя чувствует Мэй.

После отправления Отряд по охоте на пиратов действовал быстро, полностью оправдывая своё название. Если бы он тянул с выходом, пираты сбежали бы задолго до прибытия флота, так что отряд хорошо усвоил важность быстрых и эффективных операций.

Мими и Эльма сидели в гостиной «Чёрного лотоса» и лениво болтали.

— Я всегда думала, что окраинные миры крайне опасны, но ничего особенного в них нет.

— Ну нет. Если бы это были адские зоны, где пираты и космические чудовища без конца нападали бы на тебя в ту же секунду, как ты покидаешь «Даунтлесс», туда даже исследователи не решились бы сунуться.

Рядом я наслаждался «подушкой на коленях» от Мэй. Сегодня был «день благодарности Мэй», так что я позволял ей баловать меня сколько угодно. При совместных действиях с Отрядом по охоте на пиратов мы в основном шли на автопилоте, просто следуя их приказам; значит, Мэй могла уделять мне столько времени, сколько хотела.

«Кришна» стояла в ангаре, а «Антлион» был состыкован с «Чёрным лотосом», так что пилотировать их никому из нас не требовалось. Ни один космический пират не был настолько храбр, чтобы атаковать этот флот; даже если появятся космические чудовища, мне, скорее всего, ничего делать не придётся — учитывая общую мощь флота.

— И правда нормально просто так валяться?.. — спросила Коноха с заметным презрением.

— Нормально. Если мы сейчас начнём метаться в поисках работы, это ничего не изменит. — Я отмахнулся от её опасений.

Снаряжение мы проверили, и всё было в идеальном состоянии. В этот раз мы и не были главной боевой силой. Скорее, мы выступали важными консультантами по псионическим способностям и резервом, который может вмешаться при необходимости. Даже если что-то случится, текущий план не предполагал, что мы будем марать руки — ни в космическом бою, ни в сражении на поверхности неисследованной планеты. Я не собирался фехтовать с этими опасными металлическими пауками, а нас максимум попросят оказать непосредственную воздушную поддержку с «Кришны».

— В этот раз у нас скучная работа, — сказала Тина.

— Делать нам будет нечего, — добавила Виска.

— Ну, даже если мы что-нибудь найдём, просить вас двоих разбираться с артефактами инопланетной цивилизации было бы слегка перебором.

Тина и Виска специализировались на кораблях и связанной с ними технике. Если мы каким-то образом добудем загадочные инопланетные технологии, они в них ничего не поймут.

— А я всё ещё надеюсь, что мы раздобудем немного того нового материала, из которого сделаны эти сферы, — сказала Тина. — Крутая штука.

— Надеюсь, они найдут способ наладить его массовое производство… но думаю, он будет слишком дорогим для практического использования.

— Замена обшивки стоит безумно дорого, — заметила Эльма.

— Ага.

Обшивка была самой дорогой частью корабля. Материал самого низкого качества стоил очень дёшево, но каждое повышение качества увеличивало цену обшивки на порядок. Даже если оборудовать небольшой корабль вроде «Кришны» не стандартной, а военной обшивкой высшего класса, стоимость этого компонента выросла бы на две цифры. Я даже представить не мог, сколько обойдётся замена обшивки корабля на что-то, созданное из оболочки — или панциря — этих сфер.

— Наша цель находится через две звёздные системы, верно?

— Да. Система Риш. Звёздная система в двух гипертрассах от системы Кенсан, где стоит «Даунтлесс».

— Есть какая-нибудь информация о системе?

— Я раньше посмотрела, но там почти ничего нет. Звезда главной последовательности класса B с четырьмя планетами. Во внешней области есть пояс астероидов с камнями и кусками льда, а все четыре планеты — скалистые.

— В поясе астероидов есть лёд? Это будет рассадник пиратов.

Изо льда можно добывать воду, а значит — если у них хватает энергии, — пираты там смогут самостоятельно обеспечивать себя едой и водой. Это упростит им создание базы поблизости. Ну, с другой стороны, Гракканской империи это тоже упрощает создание колонии.

— Вопрос в том, успели ли пираты уже там обосноваться. Сообщений о космических чудовищах в регионе пока не было, так что вполне возможно, они уже создали поблизости промежуточную базу.

— Даже если создали, на нас это не повлияет. Настоящей проблемой она станет только после того, как Империя объявит эту область своей территорией и начнёт колонизацию.

Даже если в системе Риш есть пиратская база, крайне маловероятно, что пираты попытаются что-то выкинуть против Отряда по охоте на пиратов. Скорее уж они всеми силами будут прятаться.

— А мы не полетим их искать? — спросила Виска.

— Зависит от полковника Серены. Возможно, она решит не тратить ресурсы, потому что наша главная цель в этой экспедиции — разобраться с теми сферами. Мы даже не знаем, есть ли там пираты, — ответил я, небрежно махнув рукой.

Ледяной пояс астероидов повышал вероятность, что пираты основали там базу, но это ещё не означало, что она действительно существует.

— Мы скоро войдём в последнюю гипертрассу перед пунктом назначения.

— Сколько мы будем в ней?

— Примерно полтора часа.

— Тогда ещё часок можно полениться.

— Да.

Мэй гладила меня по голове и животу, пока я лежал у неё на коленях. Хотя она была механической, на ощупь она всё равно оставалась тёплой и мягкой. Какая загадка. Orient Industries невероятны.