Последнее турне

467 год НК. Мне наконец исполнилось двенадцать. Судя по всему, я вошёл в период роста: в последнее время я становился выше чуть ли не каждый день. Само по себе это не имело особого значения, но, похоже, герцоги начали сильнее настораживаться теперь, когда я уже по-настоящему стал подростком.

В последнее время они преподносили мне «благовония» и долго-долго расписывали их полезные свойства. Не спрашивайте, какие именно свойства: я уже забыл. Разумеется, когда и канцлер, и министр церемоний заходили ко мне с «редким товаром», тут явно что-то было не так. Вдыхать это я, конечно, не собирался.

Мои подозрения подтвердились, когда я бросил взгляд на суровое лицо пфальцграфа Водедта, явно предупреждавшее меня держаться от этой дряни подальше.

Они серьёзно пытались выдать это за «благовония»? Какое позорище для имени вполне приличного средства для медитации. Почему эти два отброса общества сотрудничали только ради подобного дерьма?

Не то чтобы я не понимал их логику. Подсадить императора на первосортную дрянь было кратчайшим путём к тому, чего они хотели, и ровно поэтому я с самого начала держался своей роли идиота. Неужели им наконец надоели даже мои детские истерики? Так или иначе, я чувствовал, что давление они начали ощущать.

Итак, что делать с этими опасными «подношениями»? Мне хотелось немедленно выбросить их, но нельзя было дать герцогам понять, что я ничем не пользуюсь. Оставшись почти без вариантов, я поджёг их. Однако, чтобы не соприкасаться с ними — не говоря уже о том, чтобы вдыхать, — я создал вокруг себя несколько герметичных Obex. Осторожность не могла быть лишней: эта штука действительно могла меня погубить.

Впрочем, у «подношений» нашлись и преимущества. Поскольку знать прекрасно понимала опасность, она перестала заглядывать ко мне в покои. Рядом оставался только мой дворецкий Херк. Не знаю, сказал ли ему кто-нибудь, что это такое, но я заметил, что поначалу он старался заходить чаще… поначалу. В последнее время он появлялся всё реже, а пустота в глазах и вялость движений становились всё заметнее.

Послушайте, я почти уверен, что ему велели проверять, пользуюсь ли я «подношениями» или нет, так что я ведь не мог защитить его от вдыхания дыма, верно? У меня не было выбора.

Что? Что я на самом деле об этом думаю?

Да, ладно, хорошо. Этот тип с моих младенческих лет использовал меня как личную дойную корову. Я решил, что будет честно, если теперь я использую его как подопытную крысу, чтобы лучше отыгрывать свою маску.

Оставив в стороне тему шута, которого бросили его благородные хозяева, из-за «подношений» я теперь застрял в своих покоях. Отчасти потому, что мне нужно было притворяться, будто «подношения» делают меня вялым, а отчасти потому, что поддержание барьеров пожирало мои силы. И всё же я был благодарен, что в этом мире существует магия, — благодарен от всей души.

Меня тревожило, не отправили ли герцоги такие же «подношения» Розарии, но страх оказался напрасным. Похоже, даже они пока не решились перейти эту черту. В конце концов, если бы это вскрылось, дипломатические последствия были бы огромными. А если бы Розария и её люди узнали о «подношениях», существовала немалая вероятность, что они ворвались бы сюда и остановили меня. Да и вообще, герцогам было выгодно держать нас порознь.

Так или иначе, моя жизнь очень напоминала жизнь хронического затворника. Первый за долгое время шанс наконец выйти наружу появился летом, когда завершилась подготовка к моему третьему турне.

Первый официальный шанс, если быть точным. Тайные визиты к Вере-Сильви я, разумеется, продолжал.

＊＊＊

Моё третье турне должно было в основном пройти по герцогству Рауль, на том основании, что моя первая поездка по его владениям была прервана. Напомните-ка мне ещё раз, дорогой канцлер, по чьей вине это вообще произошло?

Что касается герцогства Агинкарль, туда я должен был снова отправиться в следующем году. Меня это, честно говоря, не задевало.

Так вот, на этот раз было одно большое отличие от прошлых турне.

— Довольно! Хватит запираться в карете, выйдите на свежий воздух и подвигайтесь!

Это большое отличие носило имя Надин де Ван-Уоррен, дочери герцога Уоррена. Она сопровождала нас. Ей исполнилось одиннадцать, и её характер, похоже, начал немного смягчаться. Э-э… если мне это не казалось. Такое тоже вполне возможно.

— Не хочу.

— Какая лень! Вы же снова растолстеете!

Нет, да, прежняя Надин схватила бы меня и попыталась силой вытащить наружу. Она правда стала добрее.

— Не сегодня.

— Надин, нельзя так властно обращаться с Его Величеством. Пойдёмте вместе.

К моему удивлению, Розария и Надин успели довольно сильно сблизиться, пока я не смотрел.

— Если ты так говоришь, Розария…

Признаю, я никак не ожидал, что Надин настолько привяжется к Розарии, что будет видеть в ней старшую сестру. Каким методом воспользовалась Розария?..

К слову, я уже рассказал Розарии о «подношениях», включая мои магические меры защиты и роль, которую я продолжал играть. Поэтому в этот раз она не ехала со мной в миниатюрной крепости. В конце концов, мне время от времени нужно было «зажигать» в карете.

Стоит упомянуть, что через герцогство Уоррен, расположенное на юге империи, мы проходить не планировали. Однако сам факт, что Надин всё равно сопровождала нас, наводил на мысль: герцог Уоррен приедет встретиться с нами где-нибудь на территории фракции канцлера. Раз его дочь путешествовала с нами, в том, что он заедет поздороваться, не было ничего странного.

Разумеется, наша встреча, несомненно, пройдёт под наблюдением людей канцлера. Ещё одного открытого разговора вроде того, что состоялся у меня с вождями Готируар и Атур, мне не дадут.

＊＊＊

В отличие от первого турне, мы выехали из имперской столицы прямо на восток. Область, граничившая в том направлении с графством Пилди, где находилась имперская столица, была герцогством Афороа, также под прямым имперским управлением. Однако дальше к востоку, куда ни взгляни, тянулись земли знати фракции канцлера.

К слову, к северу от герцогства Афороа находилось графство Вадпувр, через которое мы проходили во время первого турне. Ах да, раз уж речь о графе Вадпувре: его бегство от императора перед лицом гарфурской засады сделало его объектом осуждения со стороны остальной знати. В последний раз я слышал, что он передал титул старшему сыну и ушёл в отставку.

Сейчас мы выехали из Кейгамера, города на самом восточном краю герцогства Афороа, и планировали до конца дня добраться до города Рейдра в графстве Верия. Моё впечатление от герцогства Афороа было… хаотичным. Всё казалось сбитым с порядка, поскольку обе фракции расставили в разных местах своих чиновников. Никто даже не пытался поддерживать видимость прямого имперского управления. Я, конечно, не помнил, чтобы разрешал им чувствовать себя как дома, но что ж.

— Хм? Пфальцграф, это холм?

Заинтересовавшись видом за окном, я тихо обратился к пфальцграфу Водедту, который снова сопровождал меня и ехал верхом рядом с каретой.

— Да. Полагаю, его называют «холм Челан». Он также служит границей между герцогством Афороа и графством Верия.

— Довольно большой… Совсем не похож на тот холм.

Под тем холмом я, конечно, имел в виду поле боя против гарфурских солдат, преследовавших меня. Местность отсюда и дальше до герцогства Рауль была усеяна холмами.

— Если я правильно помню, существует еретическая легенда, будто это место упокоения последнего императора империи Харперион.

Город Рейдра находился почти точно к востоку от Кейгамера. Однако из-за холма Челан дорога, вместо того чтобы идти прямо, изгибалась к югу. Стратегически это была ключевая позиция. Кто контролировал эту местность, тот контролировал тракт.

— Могила императора, значит? Далеко не счастливое знамение, но…

К тому же холм был широким. Если его укрепить, он станет отличной базой, да и полем боя, куда можно заманить врага, тоже подойдёт.

— Пфальцграф.

Мой голос стал ещё тише. Подстроившись под мою осторожность, пфальцграф Водедт просто перевёл на меня взгляд.

— Сможете составить карту холма Челан и его окрестностей?

— Да.

Прекрасно. А после этого нам понадобится…

— Нам нужна вода. Если есть колодец, приведите его в порядок. Если нет, попытайтесь выкопать. Если грунтовых вод нет, выройте яму, достаточно большую, чтобы служить резервуаром, затем снова засыпьте её, чтобы её не обнаружили. Если понадобится, задействуйте Фабио и его людей. Это высший приоритет — и прошу, действуйте скрытно.

— Понял.

План, который я так долго плёл в одиночку, постепенно обретал форму. Сработает ли он — знал один Бог.

Но я забегал вперёд. Сначала нужно было понять, как добраться до момента, когда я смогу привести всё в движение.

И всё же наконец-то, наконец-то я увидел общую картину. Готируар и Атур; тупиковое равновесие между регентством и фракцией канцлера, а также их ослабленное состояние; оба герцога, разделяющие силы ради Теянаве и Гарфура; относительно пустая имперская столица — политически всё уже было на месте.

Проблемой оставался открытый вопрос моей стратегии, но я только что наткнулся на момент озарения.

Следующий шаг… смогу ли я использовать встречу с герцогом Уорреном, чтобы нажать спусковой крючок?