Турнир отбора монстров

VII. Ужин Кармиллы

После поражения в поединке за место королевы-консорта я решила влиять на королевство Фарун в иной области. На одну жизнь мне уже хватило сражений с женщиной, которая командует скелетными драконами и швыряется заклинаниями такой силы, что вся арена превращается в уголь. Кажется, за глаза меня называли «Безумной принцессой», но титул «безумной» я была готова уступить той женщине. К тому же теперь мы обе были жёнами короля, и было бы неправильно соперничать в нецивилизованной области битвы. Нельзя было позволить ей думать, будто она стоит выше меня только потому, что её магия чуть сильнее. Ценность человека не определяется ни владением мечом, ни запасом маны. Решать всё силой — удел варваров. Я должна была принести в эту отсталую страну нечто иное. Культуру.

В Фаруне было мало знати, поэтому культура страны отличалась просто невероятной грубостью. Для меня, воспитанной в блистательной культуре центрального континента, это было почти невыносимо. Королевский замок Фаруна был жестоким, лишённым всякого великолепия сооружением и выглядел так, словно его строили исключительно ради функциональности. Вспомнив об этом, я тут же припомнила, как во время моего боя с Ямато были разрушены стены, потолки и колонны, а их премьер-министр Гамарат только и делал, что ворчал о стоимости ремонта. Знай я заранее, что всё обстоит именно так, было бы лучше снести весь замок до основания и заставить их отстроить его заново. Но прошлое есть прошлое, и тут уже ничего не поделаешь.

Так или иначе, как утончённая аристократка, я была обязана вдохнуть новую жизнь в культуру Фаруна. Однако эта толпа варваров вряд ли прониклась бы, покажи я им ни с того ни с сего картину или скульптуру. В конце концов, это были люди, которые носили тюремные браслеты как украшения. Научить их хотя бы основам хорошего искусства было бы задачей, мягко говоря, нелёгкой. Наверное, проще было бы заставить обезьяну писать стихи.

Нет, первый шаг к приобщению необтёсанных деревенщин к культуре должен был проходить через еду. Стоило подать им изысканную дорссенскую трапезу, и они наверняка осознали бы, насколько отстала их собственная культура. А первым шагом нужно было унизить местную фарунскую кухню. Даже если вкус окажется сносным, мне следовало тщательно отыскать какой-нибудь недостаток, вызвать повара, осыпать его бранью, психологически загнать в угол и изгнать. Затем я назначила бы на место дворцового повара первоклассного кулинара, которого привезла с собой из Дорссена. Это вовсе не было бы жестоким злоупотреблением положением или чем-то подобным. Просто необходимый этап развития культуры Фаруна.

И вот я сидела с королём Марсом за нашим первым ужином наедине. Мне было ужасно любопытно, какое простецкое блюдо мне подадут.

Слуги внесли еду на серебряных подносах.

Ну что же это будет за кушанье? — подумала я.

На моей тарелке лежал один-единственный кусок сырого мяса.

Что это значит? Это издевательство над иностранной принцессой? Я посмотрела на своего нового мужа, короля Марса, и увидела, что он без малейших колебаний ест кусок сырого мяса ещё больше моего.

Пищевые привычки этой страны застряли на десять тысяч лет в прошлом?

Что ж, прекрасно. Обстоятельства оказались куда плачевнее, чем я воображала, но это лишь означало, что мой план будет ещё проще осуществить. Я решила немедленно позвать повара.

— Эта еда — какая-то шутка? Заставлять меня есть кусок сырого мяса… вы что, приняли меня за орка? Позовите повара! Повара, я сказала!

— Повара? Эм… это готовил не повар…

Как я и ожидала, слуги испугались. С этого дня мне следовало ясно показать, кто именно хозяйка этого замка.

— Тогда мне всё равно кого. Приведите того, кто отвечал за приготовление этого!

Слуги поспешно вышли из комнаты.

Тем временем король Марс молча ел своё сырое мясо. У него, должно быть, была сильная воля, раз он мог без жалоб есть столь первобытную пищу, но хребта у него явно не было. Я подумала, что захватить власть в этом королевстве, возможно, будет неожиданно легко.

Пока я тайно посмеивалась про себя, в комнату без доклада вошёл мужчина. Я узнала в нём первого из Сотни, Огму. Словно символизируя весь Фарун, он состоял из одних мышц — и телом, и, похоже, мозгами. В Дорссене его боялись за то, что в битве при Бриксе он обезглавил больше пятидесяти рыцарей.

— Это ты жаловалась на мясо монстров, которое тебе подали? — спросил он.

Простите? Вы только что сказали «мясо монстров»? Это не говядина и не оленина?

— Э-это мясо монстров? — воскликнула я. — И вы заставляете есть это короля и его супругу? Вашей наглости нет предела?!

— Это не наглость. Такая еда необходима нам, Сотне, чтобы строить сильное тело и дух, и её придумал сам великий Король Ноль. Она ядовита, зато повышает выносливость и ману. Так что заткнись и ешь.

— Ядовита? И вы подаёте её, прекрасно об этом зная? Что вы вообще…

Огма раздражённо вздохнул.

— Я подал тебе самого лёгкого для еды монстра из всех: кролика-убийцу. Его едят даже шестнадцатилетние мальчишки, которые только вступили в Сотню… Хотя, конечно, дети младше шестнадцати, у которых тело ещё не развилось, скорее всего, умерли бы.

— Они что? Вы сейчас не сказали «умерли», верно?

— Хватит. Тебе ведь уже есть восемнадцать? Значит, всё будет нормально. Посмотри на Его Величество. Он ест мясо монстра, которого мы все вместе ходили побеждать, — бегемота. Обычный взрослый умрёт в ту же секунду, как только эта штука коснётся его языка. Мне и самому есть его тяжело. Единственный человек в королевстве, кто может есть мясо бегемота и не морщиться, — Его Величество. А ты ноешь из-за куска кролика-убийцы. Если собираешься быть его супругой, так прояви хоть немного духа.

Бегемот? Это же огромные монстры высокого ранга, сравнимые с драконами. Их ещё называют «ходячими катаклизмами». И король этой страны ест такое?

Если посмотреть на короля Марса, он словно совсем не слышал наш разговор и всё так же молча, сосредоточенно ел мясо.

— Бегемоты редки, но они огромные, так что мяса много, — продолжил Огма. — Но мясо бегемота может есть только Король Ноль, поэтому мы заморозили его магией и сохранили. С тех пор Его Величество ест его каждый приём пищи. Слышишь? Это мясо бегемота — свидетельство высоты, которой он достиг. Его Величество всегда существует в мире, который намного выше нашего.

Глядя на короля Марса, Огма сиял глазами, как чистосердечный ребёнок.

Я совершенно перестала что-либо понимать. В этом королевстве статус определяется устойчивостью к яду?

— Это абсурд. Я прибыла из Дорссена. У меня нет причин следовать варварским обычаям Фаруна.

— Боюсь, так не выйдет. Ты уже член Сотни. Ты обязана есть это мясо. Если не станешь, мне придётся запихнуть его тебе в глотку.

— Не надо превращать меня в одного из ваших берсерков, будьте любезны!

Игнорируя моё возражение, Огма шагнул ко мне.

— Наглость! — крикнул он.

Из-за его провокации я невольно щёлкнула пальцами и выпустила Соник Блейд. Правда, я не могла себя контролировать. Это совсем не моя вина.

— Ого, полегче, — буднично сказал Огма и просто поймал Соник Блейд ладонью. От удара по комнате прокатился громкий взрыв, но король Марс всё равно продолжал молча есть. — Эй, смотри, куда направляешь эту штуку. Будь на моём месте кто-нибудь другой, могла бы снести ему пару пальцев.

Нет, этой силы должно было хватить, чтобы снести вам голову, не говоря уже о пальцах. Почему вы смогли остановить это голой рукой?

— С таким Соник Блейдом тебе никогда не сравниться с Его Величеством. Ты приехала сюда, потому что хотела бросить ему вызов, верно? Тогда тем более ешь мясо монстров. А если смелости не хватает, я всегда могу заставить тебя. Что выбираешь?

Огма медленно приближался, и это было ужасающе.

— Хорошо! Я съем! Только не подходите ближе!

Я торопливо повернулась к куску сырого мяса на тарелке, ножом отрезала маленький кусочек и положила его в рот.

…Я едва не потеряла сознание. Это было уже за гранью отвратительного. Тело отвергало его. Было очевидно, что это вещь, которую мне совершенно нельзя было есть. Я подавила желание вырвать и каким-то чудом сумела прожевать и проглотить. Потом из-за одного лишь невыносимого отвращения залпом выпила целый кубок воды. И всё равно казалось, будто мясо извивается у меня в желудке. Меня охватила иллюзия, что я проглотила какого-то гигантского паразита, просто принявшего форму мяса.

— Вот видишь, можешь, если постараешься, — сказал Огма таким тоном, будто хвалил плохо успевающего ребёнка.

— Вы правда все это едите? — спросила я, немного придя в себя. Я сделала всего один укус, а уже чувствовала себя так. Не верилось, что они действительно едят мясо монстров каждый приём пищи.

— Конечно. Мы начинали с мяса слабых монстров и постепенно повышали уровень.

Вы повышаете уровень яда? В этом королевстве все хотят умереть?

— Я не могу! — крикнула я. — Для меня это невозможно!

Теперь оставалось только добиваться своего слезами. Проигнорировав Огму, который наверняка был чем-то средним между демоном и огром, я обратилась к королю Марсу, как раз закончившему есть собственное мясо. Увлажнив глаза притворными слезами, я посмотрела на него и сказала:

— Ваше Величество. Я не могу есть мясо монстров. Пожалуйста, сжальтесь надо мной…

Главное здесь — позволить одной слезинке скатиться по щеке. Я была самой красивой женщиной в мире, и живого мужчины, способного отказать мне после такой мольбы, просто не могло существовать.

— Кармилла, — сказал король Марс с весёлой улыбкой.

Да! Получилось!

— Я многого от тебя жду, так что постарайся.

После этого он поспешно вышел из комнаты.

А? Он только что бросил меня?

Пока я сидела, ошеломлённая, Огма положил руку мне на плечо.

— Похоже, Его Величество возлагает на тебя большие надежды. Теперь ты никак не можешь их не оправдать. Ну, а если не оправдаешь… боги, может, тебя и простят, — добавил он, — но я нет.

Так Огма наблюдал за мной, пока я не съела весь кусок мяса. По моему лицу текли слёзы, иногда я прерывалась на всхлипы из-за мерзкого вкуса и отчаяния. На то, чтобы съесть всё, ушёл целый час.

Нет нужды говорить, что тем вечером меня настиг жестокий приступ диареи.

VIII. Жизнь Кармиллы

Мясо бегемота оставалось таким же отвратительным, как всегда. Если я не сосредотачивался и не разгонял сопротивление организма яду до предела, яд мог сразить меня прямо посреди трапезы.

Это был мой первый совместный ужин с Кармиллой, но из-за мяса бегемота я толком не мог с ней разговаривать. И как раз когда я наконец почти закончил есть, она начала говорить с Огмой. Кармилла обратилась ко мне и стала умолять не заставлять её есть мясо монстров.

Да, я тоже не думаю, что нам стоит есть такую мерзость. Очевидно, лучше питаться человеческой едой. И было бы замечательно, если бы ты что-нибудь сделала с Огмой, который каждый раз приносит мне мясо монстров, хотя я его об этом никогда не просил.

Именно поэтому я сказал ей:

— Я многого от тебя жду, так что постарайся.

Я надеялся, что Кармилла, приехавшая из другой страны, станет тем человеком, который упразднит отвратительный обычай есть монстров, расползшийся по Фаруну. Но напрямую сказать этого я не мог, поэтому сразу после этих слов быстро вышел из комнаты.

Ты справишься, Кармилла!

Официально войдя в королевскую семью Фаруна, Кармилла в тот же день оказалась в личном аду. Во-первых, её кормили одним только мясом монстров три раза в день. Поначалу ей ещё удавалось есть блюда, приготовленные поваром, которого она привезла с собой из Дорссена, но проглотить мясо монстров было слишком мучительно, если она не была абсолютно голодна. Вскоре она угодила в порочный круг: от мяса монстров её мутило, а после этого она уже не могла переносить никакую другую пищу. Поэтому довольно быстро она перестала пытаться есть что-либо ещё.

Каждый раз, садясь за стол, она жалела обо всех решениях, которые привели её к этому моменту. В Дорссене Кармилла постоянно жаловалась: «Я сейчас не голодна», «Вы правда думаете, что я стану это есть?», «Мне не нравится ни одно из этих блюд». Из-за этого она доставляла огромные неприятности поварам и служанкам, а множество блюд просто пропадало.

Как же я была расточительно избалована, — думала она. — Будь сейчас передо мной та еда, которую я выбрасывала из-за своей привередливости, я бы с улыбкой съела всё до последней крошки. До конца жизни я больше ничего не потребую от еды, лишь бы это было не мясо монстров.

Кармилла раскаивалась, но мясо монстров перед ней никуда не исчезало, а под блестящим, неусыпным взглядом Огмы ей ничего не оставалось, кроме как давиться им.

А потом были ночи. Теперь, когда Кармилла стала женой Марса, от неё ожидалось, что она будет его партнёршей не только на публике, но и в спальне. К тому же примерно в то время, когда состоялся брак Кармиллы, королева Фрау объявила о беременности, а значит, пока что именно Кармилла одна должна была составлять королю компанию по ночам.

Когда брак Кармиллы с Марсом только был решён, одна из служанок Фрау спросила её:

— Моя королева, вы правда не против, что Его Величество берёт новую жену?

Служанка знала, что Марс и Фрау были любящей парой, и беспокоилась, не ранит ли Фрау его брак с другой женщиной.

— Ничего страшного. Некоторое время я буду вне строя, — сказала Фрау. В тот момент она уже предвидела свою беременность. Затем добавила: — К тому же одному человеку это тяжёлая работа.

Служанка выглядела озадаченной. Она не знала, что именно имела в виду Фрау, но решила, что речь, вероятно, о каких-то обязанностях королевы.

А теперь ещё один эпизод.

В королевской столице было много борделей, и из-за зрителей, стекавшихся к арене, дела у них шли отлично. Разумеется, некоторые члены Сотни тоже иногда наведывались туда как клиенты, но репутация у них была совершенно ужасная. Не потому, что они отказывались платить или что-то в этом роде. Наоборот, в оплате они были лучше большинства. Обычно это сделало бы их желанными клиентами, но женщины, работавшие в борделях, ненавидели проводить время с кем-либо из Сотни, особенно с высокоранговыми членами. После одного вечера с любым из них они оставались совершенно изнурёнными и телом, и духом — настолько, что иногда не могли двигаться несколько дней. Для дела это было плохо, сколько бы им ни заплатили. Но просто отказывать членам Сотни в обслуживании они тоже не могли, так что Сотню в борделях ненавидели, хотя сами члены Сотни этим нисколько не интересовались.

Мясо монстров повышало выносливость и ману, но на этом его влияние не заканчивалось. Оно оказывало огромное воздействие и на одну другую область. Марс, стоявший на вершине Сотни, исключением не был. Скорее, на него это влияло сильнее всех. Даже Фрау, которая тоже ела мясо монстров и почти никогда не показывала ни малейших эмоций, начала чувствовать от него некоторое утомление. Однако ни у неё, ни у Марса прежде не было других партнёров, поэтому они просто считали свои отношения нормальными.

У Кармиллы, с другой стороны, собственного опыта могло и не быть, но она знала множество исторических примеров, когда королевы-консорты подчиняли себе королей через любовную близость, и горела честолюбием сделать то же самое. Её раздражало, что Фрау забеременела первой, но с точки зрения происхождения она ожидала, что её ребёнок всё равно получит приоритет, ведь сама она была дорссенской принцессой. Поэтому к ночам с мужем она относилась положительно.

И уже в первую ночь впала в отчаяние. Совершенно вымотанная и лишённая всякой силы воли, она с изумлением увидела, как Марс встаёт с постели всё ещё полным энергии, словно её там и не было. Это был не мужчина. Это был монстр.

Если так будет продолжаться, я когда-нибудь умру! — подумала она, действительно ощутив угрозу своей жизни. Но это навело её на мысль: если ей удастся расстроить здоровье, возможно, её отправят обратно в Дорссен. К несчастью, её тело, поначалу и правда находившееся в плохом состоянии, быстро приспособилось, и теперь она была не просто здорова, а чрезвычайно здорова. Даже притворяться больной оказалось бессмысленно: стоило ей попытаться, как Огма отталкивал служанок, вытаскивал её из постели и заставлял есть.

Беды Кармиллы только продолжались. Однажды, примерно через месяц, она только закончила пытку под названием завтрак, когда появился Ямато.

— Леди Кармилла, — начал он, — от лорда Огмы поступило известие, что ваше тело приспособилось к новой пище, поэтому с сегодняшнего дня я хотел бы начать ваши тренировки.

Моё тело приспособилось? Да, живот теперь больше не расстраивается, но вкус всё ещё чудовищный. Вы это называете адаптацией? И, кстати, что значит «тренировки»? Зачем жене короля какие-то тренировки?

Кармилла уже во многом смирилась с новой жизнью, но всё же, на всякий случай, решила спросить:

— У меня есть право отказаться от этих тренировок?

— Что вы такое говорите, леди Кармилла? Вы обладаете выдающимся талантом. Не развивать его было бы кощунством!

Сам Фарун — кощунство. Надеюсь, боги вас скоро накажут… может, завтра.

Кармилла выждала мгновение, затем сдалась и спросила:

— Тогда что это будут за тренировки?

— Всё просто, — сказал Ямато. — Вам нужно лишь вернуться из Леса Зверей живой.

Ах да. Точно. Они ведь что-то такое говорили раньше, да? — подумала Кармилла, вспомнив разговор, который произошёл, когда она была связана. Значит, это было всерьёз? Вы правда собираетесь бросить меня в Лесу Зверей? Это не тренировка, а человеческое жертвоприношение!

Но тут ей в голову пришла мысль. А действительно ли ей нужно возвращаться из леса? Разве нельзя воспользоваться этим шансом и сбежать обратно в Дорссен?

— Прекрасно, — объявила она. — Я приму ваши так называемые тренировки.

С одной слабой надеждой в сердце Кармилла направилась к Лесу Зверей.

Я ни за что не выживу.

В глубине Леса Зверей жизнь Кармиллы оказалась под угрозой. Ей сказали, что монстры будут не настолько сильны, чтобы убить её, но когда она действительно попала туда, стало ясно: эти монстры были и огромны, и сильны.

Змеи толщиной с древесные стволы, кабаны, больше похожие на холмы, насекомые в сотню раз крупнее обычных, существа в форме растений, духи, призраки и так далее — почти всё, на что падал взгляд Кармиллы, было монстром. Она могла победить их, если старалась, но стоило ей это сделать, как появлялись новые. Всё, что ей оставалось, — продолжать сражаться и бежать, возвращаясь к королевскому замку Фаруна, который был виден даже из леса. Иного выбора не было.

Истратив все силы, какие только могла собрать, сражаясь с одним монстром за другим и пробиваясь вперёд целые сутки, Кармилла наконец добралась до замка живой. Перед воротами она расплакалась. Свет города был так драгоценен, и она была так счастлива снова видеть людей. Больше всего она поняла, как прекрасно быть живой. Она постигла ценность жизни и испытывала благодарность ко всему сущему, когда перед ней появился Ямато. Он улыбался.

— Похоже, вы ещё можете продолжать. В следующий раз пойдём чуть глубже?

— У вас вообще нет сердца?!

Кармилла сорвалась. Она несколько раз подряд щёлкнула пальцами, атакуя Ямато клинками ветра. Они были сильнее, чем в прошлый раз, когда она сражалась с ним, и производила она их быстрее.

Ямато мгновенно выхватил длинный меч и стал рассекать один клинок ветра за другим. Но совсем успеть не смог, и оставшиеся клинки ему пришлось избегать, выворачивая тело. В прошлый раз он справлялся с ними только мечом. Навыки Кармиллы определённо выросли.

— Прекрасно! Вы стабильно повысили уровень с нашей прошлой встречи!

А поскольку Кармилла прежде никогда по-настоящему не старалась, скорость её роста была тем выше.

Я смогу! — торжествующе подумала она. — Побежу эту засохшую занудную палку и вернусь в Дорссен!

Глаза Кармиллы стали алыми — активировались её Магические глаза, и тело Ямато внезапно стало настолько тяжёлым, что он уже не мог стоять прямо.

— Понятно. Сила ваших Магических глаз выросла так же серьёзно, как и мана. Магические глаза и правда удобны, — сказал Ямато, спокойно анализируя ситуацию, словно сторонний наблюдатель. Он быстро снял гравитационный браслет, но теперь Магические глаза Кармиллы оказались сильнее действия браслета, поэтому Ямато всё равно заметно потерял в подвижности.

— Посмотрим, как эта гордость послужит вам в загробном мире! — крикнула Кармилла.

Она вынула веер и взмахнула им, создавая мощную ударную волну. Разумеется, она тоже стала сильнее, чем прежде, и, приближаясь к Ямато, взрывала землю на своём пути.

Ямато подпрыгнул, чтобы уклониться, но тут его осыпали клинки ветра.

— От этого вам не увернуться, верно?

Уверенная в гибели противника, Кармилла холодно улыбнулась, и её глаза всё ещё горели ярко-красным. Она была красива и дьявольски жутка, похожая на нечеловеческую колдунью.

— Вам ещё далеко, — сказал тогда Ямато, и вдруг мечей в его руках стало больше. Нет, на самом деле он просто двигал мечом так быстро, что оставлял видимые послесвечения. Так он отбил все клинки ветра до последнего.

— Это Миражный меч! Что вы делаете с техникой Матеуса?!

Кармилла удивилась, увидев технику своего презираемого бывшего товарища. Раньше она пренебрежительно называла её дешёвым трюком, но в руках Ямато техника была куда отточеннее оригинала. Казалось, он действительно создал бесчисленное множество ударов одним взмахом. И это было ещё не всё: Ямато создал маной опору в воздухе и теперь с яростным напором летел к Кармилле. Он поддерживал учащённое сердцебиение, необходимое для активации Миражного меча, и применил его к собственной скорости движения.

— Не может быть! — запаниковала Кармилла от внезапного рывка Ямато. Она превратила веер в Магический меч и попыталась перехватить его, но за мгновение до этого Ямато исчез.

— Чт…?!

Это была техника меча, которую Ямато показал в поединке с Огмой, мгновенно переместившись за спину противника. Когда Кармилла заметила его, было уже поздно. Она получила мощный удар по затылку, и зрение поплыло. Но даже когда сознание уходило, она чувствовала, что и её защита стала сильнее.

IX. Вкусная еда

После того как Кармилла приехала в Фарун, вокруг как будто стало чуть оживлённее. Её называли «Безумной принцессой», но всё-таки она была членом дорссенской королевской семьи, поэтому, как ни странно, обладала здравым смыслом.

Или просто здесь все остальные окончательно сумасшедшие.

Как бы то ни было, она внесла несколько полезных предложений, за что я был ей благодарен. Начала она с улучшения наших трапез.

— Мясо монстров слишком ужасно! — настаивала она. — Мы что, животные? Мы должны есть блюда, приготовленные как положено! Пожирать сырое мясо, даже не обжарив его и не приправив, — это варварское попрание всего, что создали люди!

Разумеется, она была совершенно права. Это мясо было не чем иным, как ядом. Когда тебя заставляют есть его каждый приём пищи, будто теряешь половину того, ради чего стоит жить. То есть лично я терял половину удовольствия от жизни.

Однако это вполне разумное предложение встретило сопротивление. Первым возражающим, конечно же, оказался Огма.

— Всем известно, что мясо монстров лучше есть сырым, — сказал он. — Так становишься сильнее! Это священный и неприкосновенный закон Сотни!

Священный и неприкосновенный? Сотня никогда не была настолько серьёзной. Кто придумал такое ненужное правило? Покажите мне его!

Хотя, кажется, это был я. Но дело было не в этом! Я просто не хотел быть единственным, кто ест это ужасное мясо сырым, поэтому, когда Огма и остальные сначала попытались его приготовить, я сказал им, что если они хотят стать сильнее, то должны есть его сырым.

Несомненно, если мясо приготовить и, скажем, посыпать щепоткой соли, есть его становилось куда легче. Поначалу я тоже так делал. Но с тех пор как наставница начала заставлять меня есть его сырым, это как-то стало нормой. При этом я на самом деле не знал, делает ли сырое мясо монстров сильнее, чем приготовленное. Наставница была из тех людей, кто счёл бы пытку мерзкой едой ещё одной частью тренировки. Поэтому было совершенно естественно, что я попытался увеличить число своих товарищей по несчастью… то есть соратников. Я и представить не мог, что без моего ведома это превратят в железный закон.

Так или иначе, вся Сотня яростно выступила против предложения Кармиллы улучшить еду.

Что заставляет их отвергать естественное человеческое желание есть вкусную пищу?

— Как человек, я считаю мнение леди Кармиллы вполне разумным. Я с ней согласна, — сказала жрица Луида. Она единственная встала на сторону Кармиллы. Сотня боялась её и зависела от неё, всегда обращаясь к ней «мисс», а не «мадам», как выяснилось, так что она была одной из немногих людей в королевстве, кто мог перечить им. — Мы ведь не животные, правда? Такие трапезы — кощунство против бога, который нас создал. Вам всем следовало бы хоть раз поесть еду, достойную людей.

Увидев, что лидеры Сотни дрогнули, я решил вмешаться.

— Говорят, важно пробовать новое. Если вы будете с ходу отвергать чужое мнение, даже не выслушав, то закончите старыми, отжившими предрассудками. В конце концов, когда вы говорите, что мясо лучше есть сырым, вы просто бездумно повторяете мои слова. Попробуйте хоть раз усомниться в том, что я сказал. Верьте тому, что проверили собственными глазами. Понятно?

— Да, сэр!

Они все разом опустились на колени. Я обрадовался, что они поняли.

— Итак, я одобряю начинание Кармиллы. Приготовьте хороший кусок мяса монстра.

— Благодарю вас, — сказала Кармилла с изящным поклоном. В этом отношении она действительно была довольно очаровательной и похожей на принцессу.

Постойте. Неужели Кармилла — единственная настоящая принцесса, оставшаяся вокруг? Королевство, где самой утончённой оказывается «Безумная принцесса», явно устроено неправильно.

Прошло несколько месяцев, прежде чем Кармилла принесла мне доклад о том, что блюда из мяса монстров доведены до совершенства. По её словам, первоклассный повар, которого она привезла из Дорссена, приложил к этому огромные усилия.

Прости, что заставил тебя готовить этот яд, — подумал я.

В столовую внесли и расставили на столе всевозможные аппетитные блюда, которые совсем не выглядели так, будто были сделаны из мяса монстров.

Там был нежный на вид стейк, снаружи идеально подрумяненный, с ароматом, щекотавшим нос. Внутри он оставался слегка розовым и сочился соком. Для меня было загадкой, что повар сделал с этим ядовитым мясом, чтобы превратить его в такое.

Дальше были рёбрышки, обжаренные на углях и источавшие дымный аромат. На поверхности виднелись полосы от решётки, а сверху они были густо покрыты каким-то соусом, пахнувшим просто божественно.

Рядом с мясом стоял суп вкусного золотистого цвета, томлённый с душистыми травами и специями. Похоже, мясо несколько часов варили с овощами, и его вкус растворился в супе. Лично я удивился уже тому, что у мяса монстров вообще есть какой-то вкус помимо яда.

Ещё было странное блюдо: ароматное жареное мясо и свежие овощи, завёрнутые во что-то похожее на слегка подпечённый хлеб. Это блюдо, политое кислым соусом, оказалось местной дорссенской специалитетной едой под названием дрисс. Выглядело оно так, будто его мгновенно раскупили бы в одной из лавок у арены. В Фаруне вообще было трудно найти столько привлекательной еды, неважно, из мяса монстров она или нет. Мы, по сути, глубинка.

— При подготовке мяса монстров я несколько часов мариновал его в молоке, тем самым одновременно убирая запах и размягчая его, — объяснил Забуро, повар Кармиллы. Он выглядел напряжённым. Это был мужчина старше среднего возраста, с усами и бородкой и заметной сединой в волосах — прямо образ опытного повара.

Он использовал молоко только ради того, чтобы убрать запах? Существуют же роскошные блюда. В Фаруне никто и не подумал бы о такой кулинарной технике.

— Однако… — продолжил Забуро извиняющимся тоном, — запах мне удалось убрать, но яд — нет, поэтому сам я его не пробовал. Я попросил леди Кармиллу и леди Луиду удостовериться во вкусе.

Ну да. Если бы ты это съел, умер бы.

— За вкус я ручаюсь, — сказала Кармилла, положив руку на свою пышную грудь. — Это дорссенская кухня. К сожалению, были дозволены только мясные блюда, поэтому в целом столу недостаёт изящества, но нет другого повара, способного приготовить это демоническое мясо настолько вкусно!

Понятно. Совершенно верно. Я кивал. Выглядит вкусно.

— Я тоже помогала в приготовлении. Вот такую еду и должны есть люди, — добавила Луида, поддерживая Кармиллу. Она тоже явно была уверена в блюдах.

— А теперь, если Его Величество окажет нам честь и первым попробует, — сказала Кармилла. Она положила немного еды на тарелку для меня.

Мне было приятно видеть, как она ведёт себя моей женой. Не откажусь. Большое спасибо.

— Подожди.

Но как раз когда Кармилла собиралась поднести мне тарелку, Огма шагнул ей на пути.

А? Почему?

Кармилла сурово уставилась на Огму.

— Что это значит? Вы, возможно, намекаете, что я подаю Его Величеству яд?

— Не смей насмехаться над Его Величеством! — рявкнул Огма. — Если бы такая мелочь, как яд, могла навредить человеку его масштаба, он давно умер бы от яда в мясе монстров, которое ест каждый день!

Почему ты так злишься? Лучше бы задумался, почему ваш король ест один яд.

— Именно так, леди Кармилла. Если бы Его Величество можно было убить ядом, я давно убил бы его.

Гамарат?!

— Тогда… в чём проблема? — спросила Кармилла. На мгновение она растерялась, но пока Огма и Гамарат говорили, успела взять себя в руки.

— Король Ноль — существо, посвятившее себя стремлению к силе. Я не могу позволить вам кормить его мясом, которое укрепляет хуже, пусть даже за один-единственный приём пищи. Его Величество всегда должен быть безупречен!

Не могли бы вы не определять за меня, что я такое? Лично я очень хотел бы съесть эту вкусную еду, которая стоит прямо передо мной.

— И что же вы хотите, чтобы я сделала? — сказала Кармилла.

— Мы попробуем еду. Тогда пострадаем только мы, — ответил Огма.

Затем он медленно откусил стейк.

— М-м. Вот что значит элитный дорссенский повар.

— Вкусно, — сказала Фрау. Прежде чем я заметил, она уже грызла дрисс, как белка.

— Эти рёбрышки тоже превосходны. А соус просто замечательный, — сказал Ямато, с набитым рёбрышками ртом. Он выглядел так, будто действительно наслаждался.

— У этого блюда тоже очень глубокий вкус. Мясо, овощи и специи образуют совершенную гармонию, — сказал Хром, восхваляя достоинства супа.

Даже мои вассалы, которые сами не могли есть мясо монстров, за исключением Гамарата, облизывались.

Кстати, Огма стоял прямо передо мной, так что я не мог протянуть руку и взять что-нибудь самому. Это намеренное издевательство? Даже не пытайся отрицать, я знаю, что ты делаешь это нарочно!

— Огма, ты помнишь, что я говорил? Я сказал тебе проверять всё собственными глазами, — напомнил я, вложив в голос королевское достоинство. — На каком основании ты уверен, что эта еда не так эффективна?

Неважно, просто отойди. Я тоже хочу поесть.

— Сэр! Разумеется, мы это проверили! — ответил Огма.

— А?

— Входите, — сказал Огма кому-то за дверью.

В комнату вошли двое юношей. На их лицах ещё сохранялись мальчишеские черты. Им было, наверное, около шестнадцати, то есть они едва достигли возраста, с которого можно вступать в Сотню. Лица у них были почти одинаковые, но сложены они были совершенно по-разному. Один был худощавым, хотя для своего возраста достаточно крепким. У другого же тело было плотным, подтянутым и куда более массивным. Даже с точки зрения взрослого он был в отличной форме.

— Кто это? — спросил я.

— Новички Сотни. И, — сказал Огма, указывая на них пальцем, — они близнецы.

Правда? Лица, конечно, похожи, но тела совсем разные.

— Что это значит? — спросила Кармилла, озвучив мои мысли.

— Всё просто. Последние несколько месяцев я постоянно заставлял одного из них есть сырое мясо монстров, а другого — приготовленное. Разумеется, до того как они вообще начали есть мясо монстров, телосложение у них было совершенно одинаковое. А теперь посмотрите на них, — сказал Огма с гордостью.

Эм, Огма, ты знаешь, что это называется экспериментами на людях?

— Эй, Авель. Ты ел сырое мясо. Что скажешь? — спросил Огма у более крепкого близнеца.

— Сэр! Поначалу было тяжело, и временами я завидовал Каину, который ел приготовленное мясо, — бодро ответил Авель, выпрямившись. — Но по мере того как разрыв в нашей мышечной массе рос, я становился сильнее и в других отношениях, и вместе с этим моя радость от возможности есть сырое мясо стала сильнее боли! До конца жизни я буду есть только сырое мясо монстров!

— А ты, Каин?

— Сэр! Сначала мне было легче есть приготовленное мясо, и я радовался, что мне не приходится есть его сырым. Но потом Авель, которого растили точно так же, как меня, начал набирать больше мышц и превосходить меня по силе, и теперь мне досадно. Я хочу как можно скорее тоже есть сырое мясо!

— Таким образом я научно доказал сказанное Вашим Величеством! Эта еда определённо вкусна! Но для верховного правителя, Короля Ноля, она не нужна!

Эм, я не верховный правитель, и она мне нужна.

— Понятно, — уныло сказала Кармилла. — Иными словами, в Фаруне, где право сильного является законом, сырое мясо монстров лучше всего?

Эй! Почему ты уже готова признать поражение?! Я ещё даже не попробовал! Умоляю, возрази!

— Верно, похоже, сырое мясо больше подходит для употребления Его Величеством, да и Сотней тоже, — сказала Луида, разочарованно опустив голову.

Стойте. Вы хотите сказать, что мне до конца жизни есть только сырое мясо монстров? Я хочу есть как нормальный человек, как все!

Я огляделся в поисках помощи и увидел, что Забуро, которого всё-таки привезли сюда из Дорссена, печально бормочет себе под нос:

— Тогда зачем были все мои усилия?..

Вот оно! Воспользуюсь им!

— Забуро, ты хорошо постарался, — сказал я. — Я не позволю твоему труду пропасть. Твои блюда будут широко использованы в Фаруне.

При таком раскладе я не думал, что кто-то теперь помешает мне поесть. Всё это было ради Фаруна, а значит, если сам король не попробует, смысла не будет. Я изо всех сил постарался выглядеть естественно, когда потянулся к тарелке перед собой, но тут Гамарат крикнул:

— Я понял! Теперь всё ясно, Ваше Величество!

Что тебе ясно?

— Что вы имеете в виду, лорд Гамарат? — спросил Хром.

— Намерение Его Величества, когда он заставил Забуро попробовать готовить мясо монстров, заключалось в создании новых кулинарных техник и собственной уникальной кухни Фаруна!

Эм, что происходит?

— Новой кухни? — Хром непонимающе склонил голову.

— Как пограничная страна, мы никогда не обладали блюдами, которые могли бы стать частью нашей местной привлекательности. Поэтому иностранные гости, приезжавшие смотреть арену, не слишком хорошо принимали нашу еду. Это было постоянной заботой. Но теперь всё иначе! Любые кулинарные техники, способные сделать мясо монстров вкусным, должны сделать обычное мясо ещё вкуснее. Если мы распространим слух о таких уникальных фарунских блюдах, они несомненно станут популярны! Именно на это и был нацелен Его Величество, поручив Кармилле улучшать мясо монстров!

Вообще-то, я уверен, что ни на что такое не нацеливался.

— Понятно. Это невероятно, Ваше Величество. Во всём, что вы делаете, есть глубокий замысел.

Хром был убеждён. Огма, Ямато и даже Кармилла смотрели на меня с восхищением.

Эм, нет? Повторяю, я вообще не пытался этого сделать!

— Тогда что будет с моей кухней? — спросил Забуро, и его лицо просветлело.

— Думаю, она распространится по всему Фаруну. А вы, лорд Забуро, войдёте в историю как человек, который распространил благую весть о фарунской кухне! — энергично сказал Гамарат, схватив Забуро за руки.

— Невероятно! Как повар, я поистине счастлив! Раз уж мне выпала такая возможность, я, пожалуй, посвящу остаток жизни применению своих навыков в Фаруне!

Забуро в ответ крепко сжал руки Гамарата.

Это, конечно, здорово, но дайте и мне попробовать эту еду.

Огма, вероятно, заметил выражение моего лица, потому что сказал:

— Прошу прощения за ожидание, Ваше Величество. Мы поели первыми, но вы, должно быть, проголодались.

О, наконец-то мне дадут поесть?

— Я подготовил для вас свежее мясо монстров. Прошу, наслаждайтесь.

Передо мной на стол с глухим стуком положили кусок ядовито-фиолетового мяса.

Я на мгновение собрался с духом. Невероятно. Разница со стейком Забуро просто как между мирами. Трудно поверить, что это сделано из одного и того же.

В итоге я ел сырое мясо с настолько затуманенным зрением, что почти его не видел. Знал только, что оно было таким мерзким, что я мог умереть.

После этого по инициативе Гамарата кухня Забуро распространилась по Фаруну и стала известна как фарунские мясные блюда.

Кстати, я до сих пор их не пробовал.

Прошёл год с тех пор, как Кармилла стала моей второй супругой. Под контролем Огмы в еде, с тренировками Ямато и магическими уроками Фрау она быстро становилась сильнее. Поначалу, возможно из-за тоски по дому, она часто плакала — и за едой, и в спальне, — но теперь в основном вернулась к прежней себе. Хотя, по словам её служанок, на самом деле она стала добрым и образцовым человеком. Вероятно, это изменение было заслугой простой, грубоватой среды Фаруна. Недавно Кармилла тоже забеременела. Фрау уже родила мальчика, так что это должен был быть мой второй ребёнок.

Изменения произошли и в Сотне. Кроме привычных рыцарей и воинов, туда начали вступать даже маги — и уже не только мужчины, но и женщины. Похоже, причиной был поединок на арене между Фрау и Кармиллой. Увидев его, люди поняли, что даже маги могут достойно сражаться с рыцарями, и стали стремиться в Сотню. Точно так же женщины, желавшие стать сильными как Фрау и Кармилла, тоже начали вступать. По словам Огмы, Сотня требовала силы, поэтому не имело значения, воин ты, маг или женщина: любой сильный был желанен.

И всё бы ничего, но произошла и одна неприятность. Оказывается, пошёл слух, что любая сильная женщина может бросить вызов Фрау за место королевы или стать моей женой. Это тоже было следствием историй о поединке Фрау и Кармиллы. Я вовсе не то чтобы особенно предпочитал сильных женщин. Просто так получилось: королева-консорт — Императрица Молний, а вторая супруга — Безумная принцесса.

Теперь, когда думаю об этом, почему у обеих моих жён есть эпитеты?

В любом случае, если бы какая-нибудь похожая на огра женщина с бугрящимися мышцами явилась, чтобы стать моей женой, это стало бы проблемой. Поэтому я немедленно приказал подавить слух. Однако возражения поступили от неожиданных людей: Фрау и Кармиллы.

— Тебе стоит иметь больше жён, — сказала Фрау. Лицо у неё, как всегда, было бесстрастным, поэтому я не мог понять, о чём она думает.

— Всё так, как говорит старшая сестра. Королю следует иметь больше жён, — сказала Кармилла, почему-то соглашаясь с Фрау.

— Но я люблю тебя, Фрау. И тебя тоже люблю, Кармилла. Я не собираюсь снова жениться, ясно? Если я делаю что-то неправильно, скажите. Я хочу сделать всё, что могу, чтобы относиться к вам обеим с любовью.

— Мне больше любви не нужно! — крикнула Кармилла, холодно отвергнув мою искреннюю мольбу. Она слишком жестока. — Вместо любви мы с сестрой хотим, чтобы вы женились ещё. Если можно, хотя бы на трёх.

— Почему так много?..

— Я беременна, а Фрау воспитывает сына. Мы не можем сейчас составлять вам компанию, Ваше Величество! — настаивала Кармилла.

Разумеется, чем меньше супруг-консортов, тем лучше. Это дешевле и в будущем вызовет меньше конфликтов. Имея это в виду, я решил посоветоваться с другими советниками.

Гамарат, похоже, уже всё слышал от Фрау и Кармиллы и сказал:

— Действительно. На них лежит немалая ноша, так что, возможно, разумно будет разделить обязанность…

Хотя он выражался уклончиво, он согласился с Фрау и Кармиллой.

Обязанность? Напомните, что они вообще делают?

Когда я спросил некоторых членов Сотни, все они сказали:

— Полагаю, Его Величеству лучше иметь больше жён.

Их довод состоял в том, что это приведёт к повышению военной силы королевства.

Так было решено провести на арене состязание, чтобы выбрать кандидаток в мои новые супруги.

X. Качества принцессы

Хотите стать новой принцессой Фаруна?

Принимаются все желающие, независимо от статуса, прошлого и судимостей!

Этикет не нужен, деньги не требуются!

Всё, что вам нужно, — сила!

Король Фаруна ждёт вашу заявку!

Именно это было написано на листовках, которые распространяли и в Фаруне, и за его пределами, рекламируя состязание по отбору принцессы-консорта.

Да это же выглядит как объявление о наборе в банду наёмников. На ком они собираются меня женить? Пусть она и не станет королевой-консортом, но всё равно будет принцессой, так что хотя бы людей с судимостью стоило отсечь.

Как минимум мне хотелось, чтобы они добавили ограничения по возрасту или внешности. Я крайне тревожился о том, какие женщины явятся. Я и без того не был в восторге от самой идеи, но если уж мне нужно было жениться, то я определённо предпочёл бы милую, нормальную девушку. Что станет с этой страной, если рядом со мной окажется кто-то ещё более абсурдный, чем Императрица Молний и Безумная принцесса?

Через несколько месяцев после открытия приёма заявок, несмотря на мои тревоги, ко мне пришёл доклад от Гамарата.

— Ваше Величество, кандидатки в принцессы-консорты стабильно собираются как изнутри королевства, так и из-за его пределов. Поэтому, если вы одобрите, мы устроим бал под названием «Турнир отбора консортов».

— Бал? — переспросил я, не уверенный, что услышал правильно.

— Да, сэр, бал.

Что ж, роскошный бал — действительно утончённый способ отобрать кандидаток. Наверное, Гамарат всё же испытывал некоторое внутреннее противоречие и пришёл к выводу, что принцесса должна обладать хоть какими-то благородными качествами.

— Конечно, я не возражаю, — сказал я. — Похоже, это идеальное мероприятие для выбора следующей принцессы.

— Благодарю вас. В качестве места проведения турнира я намерен использовать арену.

Арену? Она правда подходит для танцев? Ну, замок у нас не такой уж большой, так что, может, арена и правда лучшее место, чтобы показать новую принцессу народу.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда проведём турнир на арене.

— Конечно, Ваше Величество. Я приступлю к подготовке.

Так Гамарат уверенно занялся устройством всего необходимого, и наконец настал день Турнира отбора консортов. Мы с Фрау и Кармиллой должны были наблюдать с мест для знати, а рядом находились мои остальные приближённые — Гамарат, Огма, Ямато и прочие.

— Надеюсь, будет много энергичных кандидаток, старшая сестра, — весело сказала Кармилла Фрау. Её живот уже увеличивался, но из-за свободной одежды это не особенно бросалось в глаза.

— Согласна, — ответила Фрау. Она укачивала нашего сына Артура, которому ещё не исполнилось года… в воздухе. В качестве реабилитации после беременности она накладывала на него магию полёта. Это почему-то заставляло меня тревожиться, и я хотел, чтобы она прекратила, но Артур заливался радостным смехом, так что мне оставалось только смотреть. Похоже, вокруг него ещё и было наложено несколько магических барьеров, поэтому он был в относительной безопасности.

— Гамарат, где кандидатки? — спросил я. Подробно о них мне не докладывали.

— Сэр, со всего континента собрались тщательно отобранные кандидатки, желающие стать вашей новой супругой.

Тщательно отобранные… Значит ли это, что есть шанс увидеть несравненных красавиц? Та листовка была чем-то особенным, но всё-таки речь идёт о выборе принцессы целой страны. Может, мне есть чего ждать.

— Они только что вошли на арену. Прошу, взгляните туда, — сказал Гамарат, указывая на вход, откуда уже вышли несколько десятков женщин.

Почти все они были полностью вооружены.

Почему они принесли оружие на бал?

— Идущая впереди — Минерва, глава Воров Рассвета, воровской гильдии с Каспарнских гор, — объяснил Гамарат. — Она известна как Шрамолицая. Она сражалась против карательных экспедиций разных стран, среди прочих достижений, так что её мастерство доказано.

Женщина, уверенно шагавшая впереди группы, была крупно сложена, а лицо пересекал большой шрам. У неё были длинные рыжеватые волосы и бесстрашная улыбка. Она была хороша собой, но при этом выглядела довольно злодейски.

— Воровская гильдия? — спросил я. — Это правда нормально?

— За её голову назначена награда в тысячу золотых монет, так что в силе сомневаться не приходится. Похоже, она хвасталась, что «пришла украсть страну», так что и душевной стойкости ей явно не занимать. Думаю, с ней всё будет в порядке.

В каком мире это «в порядке»? Если я женюсь на человеке с наградой за голову, авантюристы не начнут осаждать замок, пытаясь её получить? А часть про «украсть страну» звучит как откровенно опасный человек.

— Далее, женщина с двумя мечами за спиной — Шейла Двух Клинков, авантюристка S-ранга. Она считается фавориткой турнира и самой популярной кандидаткой.

За Минервой действительно шла такая женщина. Обычно высшим рангом, которого мог достичь авантюрист, был A. Ранг S в исключительном порядке присваивался немногим лучшим авантюристам, превосходившим этот уровень.

Стоп, Шейла смотрит на Минерву? Вы уверены, что она не пришла как авантюристка за наградой в тысячу золотых?

— Подожди, она самая популярная? Что это значит? — спросил я.

— Сэр, речь о ставках, — объяснил Гамарат. — В этот раз система такова, что помимо ставок на каждый матч можно ставить на победительницу всего турнира. Благодаря вам, Ваше Величество, арена полностью заполнена, и уже поставлена весьма крупная сумма. Казна снова пополнится.

Матч? Победительница? Ставки?

— Это ведь бал, верно?

— Бой, — сказал Гамарат, звуча озадаченно.

А? Я правда ослышался в первый раз? И постойте, что это за страна, где кандидаток в жёны короля заставляют драться друг с другом? Какие же мы варвары? Вот почему король Дорссена сказал, что нам не хватает здравого смысла.

— Среди других известных претенденток — Рея, глава наёмничьего отряда Пылающей Лисы, и Ширли, прославленная как искусная убийца.

Наёмница и убийца? Да, именно таких я и ожидал после той листовки.

— Ваше Величество, — сказал Огма. — Для турнира я выбрал человека, который будет представлять Сотню. Думаю, вы её знаете. Её зовут Карен.

Он указал на девушку, лицо которой и правда было мне знакомо. Карен вступила в Сотню в шестнадцать лет и в последнее время быстро начала проявлять себя. Она даже стала одним из ранговых членов Сотни, хотя пока и оставалась ближе к нижним местам.

На самом деле мы с Карен были знакомы неожиданно давно. Когда-то, ещё ребёнком, она случайно заблудилась в Лесу Зверей, и я вмешался, защищая её как раз в тот момент, когда на неё собирался напасть монстр. Кажется, её семья была бедной, и она отправилась в лес искать еду. Это прозвучало мне слишком знакомо, поэтому я пожалел её и дал орехи и ягоды. Так совпало, что я как раз хотел узнать, съедобны ли лесные ягоды. У меня и остальных членов Сотни была устойчивость к яду, так что мы не могли определить это сами. Но Карен съела их и не пострадала, подтвердив, что они годятся в пищу. Благодаря ей это знание потом пригодилось при освоении леса.

С тех пор Карен почему-то ко мне привязалась. Было даже приятно, когда какое-то время она относилась ко мне как к старшему брату, но, разумеется, после того как я стал королём, она начала называть меня «лорд Марс». После этого она по какой-то причине вступила в Сотню, а теперь стояла на арене.

— Она давно надеялась сразиться с Вашим Величеством и не хотела упускать эту возможность, поэтому подала заявку на участие, — продолжил Огма.

Если она хочет сразиться со мной, почему подала заявку на брак? Она собирается спорить со мной, кто должен мыть посуду?

Пока я приходил в себя от собственных ошибочных предположений, взгляд зацепился за одну из кандидаток. Это была рыжеволосая женщина в белой маске без черт лица. На её плече сидело маленькое белое животное, похожее на ящерицу. Стоило мне увидеть её, как по спине пробежал холодок.

— Эй, кто эта женщина в маске? — спросил я Гамарата.

— Она? Я знаю только, что она назвалась Кассандрой, и других заслуживающих внимания сведений о ней нет…

Это моя наставница! Я десять лет ничего о ней не слышал, даже слухов. Она пропала, так почему вдруг появилась здесь? Она так долго не показывалась на людях, что даже Гамарат, похоже, не имеет понятия, что она мастер меча.

Женщина в маске заметила меня и небрежно подняла руку в приветствии.

…Да, это точно она. Никаких сомнений.

Смирившись, я тоже поднял руку.

— Вы с ней знакомы, Ваше Величество? — удивлённо посмотрел на меня Гамарат.

— Гамарат, насчёт ставки на победительницу, — сказал я. — Я ставлю всё, что могу поставить, на ту женщину в маске.

Кандидатки в принцессы-консорты собрались на арене, и почти все они излучали угрожающее давление.

— Турнир отбора консортов скоро начн…

— Подождите.

Кто-то остановил вступительное объявление. Это была Минерва.

— Хватит об этом. Я точно стану принцессой-консортом, но хочу знать: смогу ли я после этого бросить вызов за место королевы-консорта? Как в прошлогоднем матче с Безумной принцессой. Мне не нравится кланяться кому-то в ноги. Хочу, чтобы вы сразу это прояснили.

Она и правда была воровкой. Иного я от неё не ожидал. Её прямолинейное заявление приглушило возбуждённую атмосферу арены, но остальные претендентки, должно быть, были с ней согласны, потому что никто особенно не попытался её остановить. Только Карен из Сотни выглядела немного растерянной.

— Приятно видеть такой энтузиазм, но вам следует усвоить, что всему есть своё время и место, — сказала Кармилла, поднимаясь со своего места. — Если собираетесь стать принцессой-консортом, начните с того, что преклоните колени перед Его Величеством.

Я никогда не видел, чтобы ты сама перед кем-нибудь преклоняла колени, — подумал я, но мой внутренний голос, конечно, до неё не дошёл.

Глаза Кармиллы сменили цвет с синего на алый. Гравитация её Магических глаз была уже совсем не той, что год назад. Вместе с выросшей маной и физическими способностями усилились и её Магические глаза.

Кандидатки, попавшие под её взгляд, одна за другой преклонили колени. Минерва, Шейла и другие фаворитки как-то выдержали, но явно напряглись. Что до моей наставницы, она лишь с любопытством посмотрела на Кармиллу. Разумеется, на неё это никак не повлияло.

— Ваши усилия достойны похвалы, — сказала Кармилла спустя мгновение. — Хорошо. Проведите матчи только между теми, кто всё ещё стоит. Остальные провалились. Если моя сила может заставить вас склониться, вы не годитесь в спутницы Его Величества. А если желаете стать королевой-консортом, сначала победите, а затем бросьте вызов мне. Никто из вас и близко не способен сражаться с моей старшей сестрой.

Даже Минерва не стала возражать Кармилле. Увидев её Магические глаза, она, похоже, поняла разницу в силе.

Кандидаток было около тридцати, но на ногах осталось всего восемь: Минерва, Шейла, Рея, Ширли, Карен и, разумеется, моя наставница тоже прошли дальше.

Тем временем Гамарат позвал сотрудников, отвечавших за турнир, чтобы срочно переделать расписание: благодаря Кармилле его пришлось менять довольно серьёзно. Быстро приспосабливается, — подумал я.

Наконец прозвучало новое объявление.

— Итак, оставшиеся восемь кандидаток сразятся друг с другом в турнире на выбывание. Пары будут определены жеребьёвкой, затем состоится перерыв, а матчи начнутся после полудня.

Организаторам, должно быть, пришлось как следует повозиться, решая новые коэффициенты ставок и всё остальное. Это заняло некоторое время, после чего турнир был готов начаться.

Кандидатки тянули жребий, формируя турнирную сетку, но, честно говоря, меня не особенно интересовали пары. В конце концов, было очевидно, кто победит. Наставница вытянула жребий, а затем, даже не взглянув на сетку, покинула место проведения.

— Я ненадолго отойду, — сказал я и поднялся со своего места.

— Я знал, что ты будешь здесь, — сказал я.

Я нашёл наставницу в Лесу Зверей за замком, в привычном месте, где мы всегда встречались. На самом деле от арены мы находились довольно далеко, но для нас обоих это не имело значения.

— Ты вырос, Марс, — сказала наставница и сняла маску. Её лицо не выглядело старше ни на день по сравнению с тем, каким было десять лет назад.

Я знаю, что некоторые люди просто выглядят молодо, но это уже перебор, правда?

— Наставница, эм… вы совсем не постарели.

— Хм? А, да, потому что примерно десять лет я была заморожена, — буднично ответила она. — За это время с телом не должно было произойти никаких изменений.

— Вы были заморожены десять лет? Как это случилось?

— Покинув эту страну, я отправилась на остров на крайнем севере, чтобы победить Белого Дракона.

Белый Дракон Севера. Согласно легендам, он жил с древних времён и даже появлялся в сказках. К нему относились почти как к божеству, а его дыхание могло заморозить всё сущее.

Я громко вздохнул.

— Значит, вас заморозили. То есть вы проиграли?

— Нет, я победила. Это заняло три дня и три ночи. Но перед самой смертью Белый Дракон выпустил мощное проклятие заморозки. Поэтому меня и заморозило.

Если в результате битвы тебя заморозило на десять лет, разве можно говорить, что ты победила? — подумал я, но боялся её обидеть и вслух не сказал.

— Значит, Белый Дракон Севера умер? — спросил я.

Белый Дракон не был особенно злым. Скорее, он был ближе к добру. Правда ли можно было убивать такое существо?

— Нет, он жив. Сейчас он у меня на плече.

Белая ящерица на плече наставницы пискнула.

Я некоторое время молчал.

— Это Белый Дракон?

— Да. Похоже, пока я была заморожена, он переродился. Когда я очнулась, он был ещё детёнышем и сказал, что хочет путешествовать, пока маленький, так что увязался за мной.

— Когда вы очнулись? Как вы это сделали? — спросил я. Думаю, обычный человек просто умер бы, если бы его заперло во льду.

— Хм? А, я просто десять лет сосредотачивала силу воли. Вот и всё.

Наверное, она единственный человек в мире, способный провернуть такой трюк. А теперь извинись перед всеми, кто когда-либо замёрз насмерть!

— Значит, вы можете общаться с этой ящерицей? — спросил я.

— Могу. Мы разговариваем телепатией.

Рад быть здесь, — прозвучал голос, будто прямо у меня в голове. Говорил он немного неуклюже.

Значит, это телепатия Белого Дракона.

— Понятно, хорошо. Так почему вы в этот раз пришли в Фарун? — спросил я.

— Хм, — задумалась наставница. — Ну, этот ужасный лёд таял десять лет, и за это время я много о чём подумала. Сначала размышляла, кого попробовать победить следующим. Бога или Короля Демонов, что-то в этом роде.

Думаю, любой из этих вариантов доставит неприятности мирового масштаба, поэтому, пожалуйста, перестаньте так думать.

— Но я была заморожена так долго, что постепенно стала думать ещё дальше. В конце концов, вечно молодой я не останусь и, ну, не смогу постоянно сражаться всю жизнь.

О, значит, десяти лет хватило, чтобы эта маньячка битв вновь обрела человечность?

— И я решила: заведу ребёнка. Раз уж я родилась женщиной, почему бы не воспользоваться этим и не вырастить сильнейшего ребёнка?

Это был худший план воспитания из всех, что я когда-либо слышал. Ясно, что никакой человечности, которую можно было бы потерять, у неё изначально не было.

— …Ребёнка? — спросил я. — И от кого вы собираетесь его завести? От дракона? От дьявола?

Наверное, только такие существа могли дать ей ребёнка, способного за ней поспевать.

— Эй, за кого ты меня принимаешь? Пусть сейчас по мне не скажешь, но в своё время я слыла красавицей.

Правда, физически ничто не мешало считать её красивой. Думаю, серьёзная проблема заключалась в её личности.

— Подождите, значит, у вас раньше были отношения с мужчинами?

— Не было. У меня никогда не возникало желания связываться с мужчиной слабее меня.

— Если это ваше условие, наставница, вам не кажется, что с человеком это вообще невозможно?

Титул мастера меча давали сильнейшему человеку. Никто не мог победить её.

— Ну, я решила пойти на компромисс. Потом ещё подумала, кто мог бы подойти. И в голову мне пришло твоё лицо.

— Моё?!

— Да. У тебя всегда был талант. Я решила, что за десять лет ты, скорее всего, стал сильнее. И по возрасту теперь как раз подходишь, — сказала наставница. Затем внимательно оглядела моё тело. — Вижу, ты каждый день ел мясо монстров, как я велела. Аксессуары тоже носишь правильно, и тренировок не пропускал. Подойдёт.

Похоже, она решила, что я не ленился. Я был рад этому: значит, она не собиралась меня убивать. Но почему, о почему мне нужно жениться на женщине, которая изначально заставила меня пройти через все эти адские тренировки? Перед глазами быстро пронеслась череда воспоминаний о пережитых страданиях. Я сомневался, что когда-нибудь смогу её полюбить.

— Наставница, мир велик, наверняка где-то есть кто-то более подходящий для вас, верно? — сказал я, противореча собственному прошлому доводу.

— Что ты такое говоришь? Ты как раз подходишь. И разве вы не ищете новую принцессу-консорта? На плакате было написано: «Всё, что вам нужно, — сила», верно? Я идеальна.

Ха-ха. Да. Идеальна.

Расставшись с наставницей, я вернулся к арене. Но я не пошёл сразу на места знати, где ждали мои приближённые. Я покинул место под совершенно неприметным и уважительным предлогом, и теперь, подумав, понял: это шанс всей жизни. Ведь пока я сидел рядом с приближёнными и прочими, мне никогда не дали бы съесть ничего, кроме мяса монстров. Но вокруг арены стояло множество лотков с едой.

Разумеется, в меню были мясные блюда Забуро. Они стали настоящей сенсацией, и все восторженно рассказывали, что никогда прежде не ели такой вкусной еды, хотя я, король, до сих пор не попробовал ни кусочка. Сегодня всё должно было измениться. Всё просто: нужно купить что захочу в одной из лавок и съесть. Обычно меня окружали приближённые, и я не мог делать, что хотел, но теперь я был свободен.

Я побежал к лавкам. Денег у меня было достаточно. Всё было рассчитано. Сжимая золотую монету, я сглатывал слюну и представлял вкус восхитительного мяса, которое видел во снах. Вокруг арены стояли лавки с пологами разных цветов, а воздух был наполнен ароматом жареного мяса и сладко-солёного соуса. Перед таким искушением, по-моему, никто не мог устоять. До послеобеденных матчей ещё оставалось время, поэтому торговля кипела.

Но когда я приблизился, там началась суматоха. Пять или шесть человек окружили одну работницу лавки. Группа выглядела откровенно грубо, а грязная одежда делала их чем-то средним между наёмниками и бандитами.

— Пожалуйста, заплатите за еду! — довольно смело, на мой взгляд, сказала женщина.

— Не пытайся нас развести, девчонка. Мы знаем, что в Фаруне, если ты сильный, всё дозволено. Ну взяли мы пару кусков мяса, и что? — издевался мужчина, похожий на главаря. — Король Ноль силой стащил корону, верно? По сравнению с этим — пустяк!

Мужчина был худоватым, с хитрыми глазами, и почему-то напоминал мне лиса. На нём были грязные доспехи, у пояса висел изогнутый меч.

Какая ужасная клевета! Вы уверены, что не путаете Фарун со страной Асуры из той истории о легендарном мастере боевых искусств? Насколько я помню, мы нормальная конституционная монархия.

— Его Величество признан королём именно потому, что он достаточно силён, чтобы украсть королевство! — возразила работница. — В Фаруне одной силы, чтобы быть вором, недостаточно!

Это тоже не совсем так. Хотелось бы, чтобы ты отвергла саму идею, будто сильным дозволено всё. Сила не означает вседозволенность, ясно?

— Без проблем. В конце концов, наша главарь станет принцессой Фаруна. Значит, мы будем с Королём Нолём. Поняла?

А, значит, они подручные Минервы. Воры Рассвета или как-то так? Теперь понятно, почему они такие грубые: они воры. Я бы предпочёл не вмешиваться и спокойно поесть, но если кто-нибудь, кто знает моё лицо, заметит меня, наверняка скажут что-нибудь вроде: «Его Величество бросает подданных ради куска мяса!» А потом Огма и остальные узнают о моей тайной закуске. Придётся помочь.

Я подошёл к Ворам Рассвета и дружелюбно сказал:

— За еду всё же стоит платить, хорошо?

Неправильно было сразу переходить к насилию. Фарун — страна законов.

Кстати, поскольку в тот день я предпочёл удобство движений, на мне была не особенно роскошная одежда, но в целом я всё равно был одет прилично. Воры должны были по виду понять, что я человек довольно высокого положения.

— А тебе чего надо? — сказал лисоподобный мужчина, подходя ко мне вплотную. Он был чужаком, поэтому, как и ожидалось, не знал меня в лицо.

— Я Ноль, о котором вы говорили, — сказал я, сразу раскрыв личность. Я всегда хотел сделать что-нибудь такое: «На самом деле…» — и когда все начнут дрожать от страха, вдруг крикнуть: «Бу!» — и заставить их подпрыгнуть.

— Ты Король Ноль? — фыркнул лисоподобный мужчина. — Король Ноль не какой-нибудь дворянский щенок вроде тебя. Он ест мясо монстров и пьёт их кровь. Говорят, у него лицо демона и тело огра, понял? В следующий раз, когда захочешь притвориться им, сначала в зеркало посмотри!

Лицо демона и тело огра? В нём хоть что-нибудь человеческое осталось?

— Он прав, господин, — сказала работница с обеспокоенным видом. — Король Ноль носит проклятое снаряжение, поэтому не может снять свои чёрные доспехи, и он всегда ищет новых противников, чтобы пить их кровь. Я благодарна вам за помощь, но если вы притворяетесь Королём Нолём, знайте: Сотня вас убьёт.

Похоже, простые люди тоже не знали моего лица и отождествляли своего короля с чёрными доспехами. Они понимают, что под доспехами у меня есть тело? Хотя, наверное, я всегда ношу их на арене, а шлем скрывает лицо, так что это неизбежно. В следующий раз, когда будет возможность, может, отчеканить золотую монету с моим лицом.

— Я говорю правду. В любом случае просто заплатите. Фарун — правовое государство, и все обязаны соблюдать закон. Нельзя решать всё силой.

— Ха! Не хочу слышать такое от того, кто притворяется Нолём. Если ты правда он, покажи свою силу!

Остальные воры похабно ухмыльнулись.

— Точно!

— Да!

— Вот о чём я и говорю. Насилие — это плохо. Мы люди, значит, можем пользоваться словами. Ты не настоящий лис только потому, что похож на него.

— А? Ты сейчас сказал «лис»?

Я произнёс это слово совершенно дружелюбно, но, судя по всему, он его не любил. На лбу вздулась вена. Остальные бандиты зашептались.

— Он назвал босса лисом.

— Это единственное запретное слово.

— Он ведь настолько похож на лиса, а говорить нельзя? — сказал я. — По-моему, я ещё мягко выразился.

— Всё, ты покойник, ублюдок!

Лис выхватил изогнутый меч — скимитар. Это было излюбленное оружие воров. Скимитары плохо подходили для боя с бронированными противниками, зато, похоже, ими было довольно легко пользоваться.

Работница лавки вскрикнула, и, прежде чем я заметил, зрители начали отступать от нас.

Здесь столько людей, и ни один не знает, как выглядит их король? С этой страной что-то очень не так…

— Подожди, если мы поговорим, то всё решим. Опусти оружие, Лис. Насилие — это плохо, — сказал я, отчаянно пытаясь его убедить. Применить силу было бы легко. Но я был королём. Я должен был быть примерным гражданином, поэтому хотел сохранять спокойствие и убедить его одними словами.

— Не называй меня Лисом!

Попытка убеждения оказалась бесполезной, и Лис ударил меня мечом. Ноги у него работали отлично, и видно было, что боёв он повидал немало.

Я остановил его атаку, зажав лезвие меча между указательным и средним пальцами правой руки. Вот это было круто.

— Чт…?!

Лис остолбенел.

Всё ещё удерживая меч, я вложил силу в пальцы. Лезвие скимитара звонко треснуло, а затем разлетелось на осколки, посыпавшиеся на землю.

— Что это было?! Что ты, чёрт возьми, сделал?!

А? И это всё, что ты скажешь после такой шикарной техники? Такое не может провернуть человек, если он не намного сильнее тебя. Может, встанешь на колени и извинишься?

— Эй, ребята, взять его! — крикнул Лис, и ещё пятеро Воров Рассвета напали на меня с разным оружием: скимитарами, мечами, топорами.

— Подождите, давайте поговорим! — снова сказал я.

Первый бросился на меня со скимитаром, поэтому я решил остановить его лёгким касанием руки в грудь. Он улетел.

— Прекратите насилие! — крикнул я.

Следующий шёл с топором, и я пнул топор в сторону. Его рука согнулась под странным углом, и он начал кричать и корчиться от боли.

— Драки ничего не решают!

Третий ударил меня мечом сзади, поэтому я схватил его за руку, чтобы швырнуть прочь, и он оставил в земле вмятину. Он ещё и немного харкал кровью, но вроде должен был быть жив.

— Так быстро прибегать к силе — нецивилизованно.

Четвёртый немного замялся, поэтому я схватил его за плечо, пытаясь убедить остановиться, но неверно рассчитал силу и случайно сломал ему кость. Он устроил из боли целое представление, но, думаю, просто не был дисциплинирован.

— Послушай меня!

Пятый повернулся ко мне спиной, и я схватил его сзади за шлем, но шлем сломался, и в итоге я ухватил его прямо за голову. Под пальцами неприятно хрустнуло, поэтому я поспешно отпустил, но он уже рухнул на месте.

Хм, я хотел решить это разговором, но как-то не получилось.

Не имея другого выбора, я решил прочитать нотацию Лису, который сидел на земле и дрожал.

— Ну вот, — сказал я. — Я же говорил прекратить насилие?

— Да, сэр… — его голос звучал как голос нежной юной девушки.

— Почему ты так быстро прибегаешь к силе? Ты ведь умеешь говорить, верно? Насилие ничего не решает.

Лис быстро закивал. Похоже, он наконец понял, о чём я. Слова важны.

— Ну что, теперь хочешь заплатить?

Лис яростно закивал, и слёзы текли по его щекам.

Хорошо, с этим покончено.

— Король Ноль, — сказала работница лавки. Оглядевшись, я заметил, что все вокруг стоят на коленях. — Эта беспощадная жестокость… Вы точно такой же, как на арене, Ваше Величество. Теперь я понимаю, что вы действительно Король Ноль.

Она говорила благоговейно. Но то, каким именно образом она поняла, кто я, почему-то не доставило мне полного счастья.

— О, не нужно так официально, — сказал я. Я пришёл сюда не для того, чтобы демонстрировать, что я король. — Я просто немного проголодался и хотел что-нибудь купить. Разумеется, я заплачу.

Это было изящно сказано. Наверняка теперь я произвёл хорошее впечатление, верно?

Напротив, все внезапно встревожились.

— Ни в коем случае, Ваше Величество! Здесь нет ничего достойного, чтобы подать вам. Примите мои глубочайшие извинения! — сказала работница, прижимаясь лбом к земле.

— А? Почему?

— В Фаруне всем известно, что Король Ноль живёт, питаясь мясом монстров и лакая их кровь. Здесь только обычное мясо, и я никак не могу дать его вам!

Что за общеизвестные сведения?! Какой человек в здравом уме… а, вообще-то, именно так я всё это время и питался.

— И если станет известно, что я накормила Ваше Величество обычным мясом, Сотня придёт в ярость. Они всегда хвастаются: «Король Ноль всю жизнь ест только мясо монстров!» Если мы, несмотря на это, дадим вам обычное мясо, они ни за что не потерпят.

Не всю жизнь!

XI. Турнир отбора консортов

Впрочем, если подумать, члены Сотни и правда были из тех, кто без колебаний выместит злость на работниках лавок. По сути, они были обычными головорезами. Я не мог не пожалеть женщину, которая там работала.

— Понятно. Ладно. Извини, что попросил невозможного, — сказал я и сразу покинул это место.

Золотая монета в руке казалась мёртвым грузом. Я ведь правда хотел попробовать эти мясные блюда. Что мне делать?

Похоже, пока я остаюсь в Фаруне, мне никогда не удастся нормально поесть.

Турнир вот-вот должен был начаться, поэтому я вернулся на места для знати. Турнирная сетка уже была вывешена повсюду. В списке значились и моя наставница, и глава Воров Рассвета Минерва, чьи подручные устроили недавнюю неприятность.

Я очень не хочу жениться на наставнице. Она была моей учительницей и, по крайней мере до того как провела десять лет во льду, на десять лет старше меня. Это было… неловко. Но найдётся ли среди остальных семи участниц кто-то настолько талантливый, чтобы победить её?

Хотя если здесь есть кто-то достаточно чудовищный, чтобы победить мастера меча, то его появление в фарунской королевской семье само по себе станет проблемой.

Единственная моя надежда была связана с белой маской, которую носила наставница. Как обычно с её снаряжением, маска была проклятой и, кажется, сразу после надевания полностью лишала зрения. Она носила её для тренировки и говорила, что научилась чувствовать врагов одним инстинктом или чем-то таким, но я понятия не имел, зачем подвергать себя такой пытке, когда можно просто пользоваться глазами.

Похоже, белую маску она выбрала именно потому, что та была проклятой и её было трудно снять. Она что, считает проклятия дополнительным бонусом? В конце концов, разумеется, она выработала сопротивление проклятиям и теперь могла легко снимать маску.

Я также попросил наставницу не пользоваться оружием.

— Если вы возьмёте меч, противник умрёт, так что, пожалуйста, сражайтесь только голыми руками.

— Понятно, хорошо, — беззаботно согласилась она.

Итак, она не видела и была безоружна. Это должно было дать противницам хоть какой-то шанс. Мне оставалось только молиться об успехе остальных кандидаток.

Когда я вернулся на место, Гамарат спросил:

— Ваше Величество, вы и в этот раз будете участвовать в ставках?

— Буду. Как я сказал раньше, ставлю всё, что могу, на Кассандру.

Молитвы молитвами, а реальность реальностью.

Наконец начался Турнир отбора консортов. Матчи должны были определить следующую принцессу Фаруна, поэтому, как обычно, трибуны были переполнены зрителями.

Странно, что горожане даже не задаются вопросом, почему новую принцессу-консорта выбирают именно так.

Первым боем была Минерва против Реи. Одна была главарём воровской шайки, другая — командиром наёмничьего отряда, так что обе производили впечатление грозных бойцов. Оружием Минервы был боевой топор с длинной рукоятью, а Рея выбрала более ортодоксальные меч и щит. Лично я надеялся, что Рея, с короткими светлыми волосами и мальчишески-изящной красотой, победит Минерву, крупную и с огромным шрамом на лице. Правда, кроме внешности я мало о них знал.

По мере боя Минерва размахивала боевым топором, используя его длину, а Рея защищалась и ждала возможности. Обе были опытными бойцами. Как лидеры своих групп, они обладали высоким мастерством — вероятно, достаточно высоким, чтобы занять место где-то около пятидесятого в Сотне.

Бой, казалось, заходил в тупик. Затем утомлённая с виду Минерва широко махнула топором, и Рея тут же шагнула вперёд для атаки. Но это был обманный манёвр Минервы: она ловко переложила топор в другую руку и древком выбила меч Реи. Не теряя ни мгновения, она снова перешла в атакующую стойку.

Оказавшись загнанной в угол и без оружия, Рея признала поражение.

— Нужно значительное мастерство и сила рук, чтобы так свободно управляться с длинным боевым топором, — оценил Ямато. — То, как она на ходу использовала обратный конец оружия, было впечатляюще.

Минерва говорила громко, и сила её оказалась настоящей. К сожалению, жениться на ней я хотел не больше, чем на наставнице.

Нет уж, спасибо.

Второй матч: моя наставница против Ноа.

Ноа была магом, поэтому носила мантию и держала посох. Фрау оценила её словами:

— Мана сносная.

Значит, она должна была быть довольно сильной. К тому же она была хорошенькой: длинные струящиеся каштановые волосы и милое лицо. Если уж мне предстояло жениться, я хотел, чтобы это была такая женщина. Я отчаянно надеялся на её победу.

Наставница, с другой стороны, как и обещала, была безоружна.

— Кассандра, где ваше оружие? — спросил ведущий.

— Не нужно, — коротко ответила наставница.

Отлично, она может победить! Давай, Ноа! — воодушевился я.

Ноа начала готовить заклинание ещё до старта, поэтому в самом начале выпустила огненный шар.

— Быстро, — сказала Фрау. Похоже, скорость чтения заклинаний Ноа соответствовала строгим требованиям Фрау.

— Это не выглядело как безмолвное заклинание, но если она способна произнести такое мощное заклинание настолько быстро, она весьма неплоха, — сказала Кармилла. Она редко хвалила других, но даже она, похоже, высоко оценила Ноа.

— Она довольно сильна, — пробормотала Фрау.

Значит, мне можно надеяться?

Однако наставница поймала этот «довольно сильный» огненный шар голой рукой.

— А? — Ноа лишилась слов.

Затем, что поразительно, одной только силой пальцев наставница раздавила огненный шар в кулаке. Смотреть, как огромный огненный шар физически уничтожают, было почти как смотреть магию. Хотя огненный шар и так магия…

Зрители тоже онемели от увиденного.

— Ты, похоже, волшебница. Есть ещё заклинания? — спросила наставница. Судя по всему, она собиралась принимать всё, что Ноа могла бросить в неё.

Приняв вызов Кассандры, Ноа подняла посох и начала читать заклинание.

— Ледяным дыханием Белого Дракона, духом крайнего севера и его замёрзшими оковами, отныне вечный престол инея да…

Похоже на мощное ледяное заклинание. Но ты должна знать: тот Белый Дракон, которого ты упомянула, сейчас сидит у наставницы на плече.

— Ледяная темница!

Заклинание породило туман белых кристаллов, которые обвились вокруг наставницы коконом и мгновенно заморозили всё её тело. Когда всё закончилось, она выглядела ледяной статуей.

Милое лицо Ноа исказилось.

— Кажется, это было слишком… — сказала она, вероятно ошибочно решив, что убила противницу.

Однако в следующий миг раздался громкий треск, как будто раскололось дерево. Лёд, запечатавший наставницу, пошёл трещинами.

Да, я так и знал. В конце концов, она выломалась из настоящего льда Белого Дракона одной силой воли.

Лёд рассыпался и снова превратился в белый туман, а наставница появилась вновь. Она даже не сдвинулась с изначального места.

— Ещё что-нибудь? — спросила она. Она была совершенно невредима и всё ещё хотела, чтобы Ноа запускала новые заклинания.

Пожалуйста, хватит. Вы и её сердце хотите сломать?

— Не могу. Я сдаюсь, — сказала Ноа со слезами на глазах. Похоже, сердце ей действительно переломили начисто. Даже с таким выражением лица она была милой, и я расстроился, что она выбыла из турнира.

Арена загудела от подвига Кассандры. Даже Ямато был удивлён.

— Кто вообще эта женщина, Кассандра? Возможно, у неё какая-то особая власть над магией?

О нет, это не особая власть. Просто сила воли. Наставница, которую я знал, была именно таким человеком.

Третий матч был между Шейлой и Ширли: авантюристка S-ранга против искусной убийцы.

Напомните, о чём вообще были эти матчи? О выборе сильнейшей женщины в мире?

Шейла была прямолинейно красива: бросающиеся в глаза серебряные волосы, благородные черты лица. Ширли напротив неё скрывала лицо вуалью, поэтому я не мог рассмотреть его, но хотел верить, что она тоже хороша собой. На Шейле были серебряные доспехи, а в руках — два меча. Ширли завернулась во что-то похожее на широкий развевающийся плащ и держала по кинжалу в каждой руке.

Как только матч начался, Ширли метнула один кинжал в Шейлу, но авантюристка легко отбила его мечом. Затем Ширли достала новые кинжалы и бросила их, и те снова были нейтрализованы. Однако кинжалы, которые Шейла отбила, поднялись в воздух и снова полетели к ней. Всего их было четыре, и двигались они так, словно обладали собственной волей. Я снова посмотрел на Ширли и увидел, что вокруг неё парит ещё почти десять кинжалов.

— Эта убийца использует редкую технику, — заметила Кармилла.

Ты сама используешь довольно редкие техники. Например, щёлкать пальцами для Соник Блейда или создавать ударную волну веером.

Шейле пришлось трудно с больше чем десятью кинжалами вокруг, но, как и следовало ожидать от авантюристки S-ранга, она полностью блокировала их все. Она даже искусно уклонялась от кинжалов, летевших сзади, будто у неё были глаза на затылке, за что зрители наградили её криками и аплодисментами. Затем, чтобы перейти в атаку, она рванула к Ширли. Та в ответ вынула ещё два кинжала, по одному в каждую руку, и приготовилась встретить её.

Обе сражались двумя клинками быстрее мысли. Кинжалы в воздухе продолжали давить на Шейлу, но та постепенно сокращала дистанцию, а затем мощным ударом одного меча выбила оружие из руки Ширли. Второй меч остановился у горла убийцы. Ширли признала поражение.

— Она изящна, — сказал Ямато. — Хорошее чувство дистанции и прекрасная работа двумя мечами. К тому же она держала в голове все летающие кинжалы. Это настоящая профессиональная сила.

Шейла действительно была сильна. И, что важно, красива. Если случится чудо, пусть победит она.

Четвёртый матч был между Карен из Сотни и Сашей, рыцарем из дальнего королевства. Саша была красивой женщиной с прямыми тёмными волосами, в аккуратных доспехах и со щитом. Карен была моложе, ниже ростом и держала длинный меч так, будто ей хотелось броситься вперёд прямо сейчас.

С началом боя Карен мгновенно рванула вперёд. Её движения были резкими и быстрыми, и в них чувствовалась именно та взрывная сила, которую давало мясо монстров. Она била по Саше, Саша защищалась щитом, но прежде чем могла контратаковать, Карен уже обходила её и наносила следующий удар. Высокая подвижность Карен почему-то напоминала мне кролика-убийцу.

Карен превосходила соперницу в выносливости и чистой скорости, но Саша была хорошо обучена. Она полностью блокировала все атаки Карен.

— Прекрасное фехтование. Я чувствую, сколько Саша тренировалась. Она не оставляет прорех и не тратит движения зря, — прокомментировал Ямато. — Она явно понимает, как сражаться с сильными противниками.

Он был прав. Саша хорошо сражалась. Она посвящала себя защите, двигаясь минимально, чтобы беречь силы, и ждала возможности для контратаки. Тем временем Карен, вероятно, уже немного выдыхалась. Её дыхание стало тяжёлым.

Саша увидела шанс и перешла в контратаку. Она действовала уверенно и осторожно, будто добивала монстра. Постепенно оттесняя Карен, она вызвала крики зрителей, поддерживавших Карен. Возможно, подстёгнутая этими криками, Карен широко замахнулась длинным мечом, отводя его в сторону.

Полно открытых мест, но…

Саша мгновенно шагнула вперёд для атаки. Карен, не обращая внимания, изо всех сил провела мечом, словно собиралась вбить его в Сашу. Когда Саша спокойно попыталась парировать щитом, её потрясла неудержимая сила, и стойка рассыпалась. Используя этот импульс, Карен закрутилась, как вихрь, продолжая атаку. Саша поспешно попыталась блокировать мечом, но энергии у Карен было столько, что оружие вылетело из рук Саши, и та лишилась возможности атаковать.

В конце Саша изящно признала поражение. После боя соперницы пожали друг другу руки и пообещали будущий реванш.

— Довольно грубо, — заметил Ямато. — Безрассудная атака, возможная только для члена Сотни. Возможно, ей стоит взять пример с Саши и изучить настоящее фехтование.

Исход матча, похоже, вызывал у него смешанные чувства. Ямато любил фехтование, поэтому предпочитал изящный стиль Саши. Я тоже предпочитал Сашу — правда, из-за внешности.

Начались полуфиналы, и первым был матч Минервы против моей наставницы.

— Забавная техника — подавлять заклинание рукой. Но сможешь ли ты справиться с моим топором? — сказала Минерва с дерзкой улыбкой.

— То же самое, — ответила наставница. — Для меня разницы нет.

Сторонний наблюдатель мог бы решить, что это ответ на насмешку насмешкой, но я знал: она просто говорит правду. Она не различала магические и физические атаки. В основе её мышления лежала уверенность, что силой воли она справится.

Боже, пожалуйста, одолжи Минерве свою силу! — взмолился я.

Когда бой начался, Минерва быстро ударила наставницу боевым топором. Но наставница, которая вообще не должна была видеть, уклонилась на волосок и одновременно одной рукой схватила древко. Эта маска правда лишает её зрения? Такое трудно сделать и без проклятой маски.

— Что?! — воскликнула Минерва. Она попыталась вырвать топор, вложив силу обеих рук, но оружие не сдвинулось ни на волос. Затем наставница напрягла руку и подняла топор вместе с Минервой. Её физическая сила была почти комичной. Хотя она всегда была такой, с самого нашего знакомства.

Наставница со всей силы взмахнула удерживаемым топором и отправила Минерву в полёт прямо к стене арены. Та на огромной скорости врезалась в стену, оставив неприятную трещину.

Хотелось бы, чтобы она была чуть мягче. Стену жалко.

Минерва с трудом поднялась, но тут её топор полетел к ней и вонзился в стену рядом с лицом. Наставница его бросила.

— И-и! — Обычно волевая Минерва издала жалкий писк.

Это было близко. Бросать что-то, когда не видишь, безрассудно. Она чуть не снесла Минерве лицо!

— Подними оружие, продолжим, — сказала наставница и медленно пошла к Минерве.

Эм, мне кажется, или всё её тело окутано аурой враждебности?

Минерва пустым взглядом посмотрела на топор, торчащий рядом со стеной, затем снова на наставницу. Она дрожала, как новорождённый оленёнок.

— Я сделаю что угодно, только, пожалуйста, не убивайте меня! — взмолилась она. — Кто-нибудь, помогите!

Она, вероятно, инстинктивно почувствовала опасность и начала просить сохранить жизнь, поэтому её признали неспособной продолжать бой. Победительницей объявили наставницу. Да, я бы тоже не хотел с ней сражаться.

Арена снова загудела, увидев подавляющую разницу в силе.

— Эта женщина, Кассандра… кажется, она знакома вам, Ваше Величество. Но кто она такая? — спросил Гамарат.

Я выдержал паузу.

— Моя учительница, — признался я. — Мастер меча Кассандра.

Я не то чтобы собирался скрывать это, но как-то упустил момент сказать.

— Что?! Красный Демон Кассандра?! Но о ней так давно не было никаких известий.

— Потому что она около десяти лет спала зимним сном, по её словам. Лучше бы этот сон стал вечным, — сказал я. — Но не разглашай, что она мастер меча. Это может доставить неприятности.

Я смотрел в спину наставнице, выходившей с арены.

Второй полуфинал: Шейла против Карен. Как и в прошлом матче, Карен энергично бросилась вперёд.

Эй, подумай, с кем сражаешься. Если продолжишь в таком духе, умрёшь.

Шейла была мастером боя двумя мечами и одним клинком парировала атаки Карен, а другим контратаковала. Карен поспешно отступила. Между ними явно была разница в уровне.

Похоже, Карен кое-чему научилась в прошлом бою, потому что перешла к тактике ударил-и-отступил, используя свою хвалёную подвижность. Но Шейла не давала ей щелей, а смелые движения Карен только быстрее истощали её выносливость. Наконец она попыталась прорваться той силовой вращающейся атакой, которую показала в бою с Сашей, но Шейла легко уклонилась.

Да, этот приём бесполезен, если не попадает.

После этого Шейла односторонне оттесняла Карен искусной работой двумя мечами, и бой завершился прежде, чем я успел заметить.

— Она просто уступала в классе, — оценил Огма. — Эта Шейла — настоящий профессионал. В Сотне она, пожалуй, поднялась бы довольно высоко. Но Карен тоже молодец. Уже то, что она смогла какое-то время продержаться против Шейлы, говорит, что она выросла.

После поражения Карен расплакалась, и зрители тепло ей аплодировали.

Не думаю, что есть причина так убиваться. Ты правда настолько хотела стать принцессой-консортом? Надеюсь, это не прозвучит как ложная скромность, но мои жёны — монстры вроде Фрау и Кармиллы, так что ты будешь счастливее, если просто проживёшь обычную жизнь.

Наконец настало время финального матча Турнира отбора консортов: моя наставница против Шейлы. Обе, продвигаясь по турниру, показали подавляющую силу, но ставки склонялись в пользу наставницы. Разумеется, я тоже поставил на неё, но внутренне болел за Шейлу. Умоляю, пожалуйста, победи наставницу. Если победишь, мне всё равно, что станет со ставкой. Шейла ведь была крутой сереброволосой красавицей.

Из-за маски я не мог видеть выражение лица наставницы, а Шейла выглядела напряжённой.

Как только бой начался, мечи Шейлы ярко засияли. Один окутался алым светом, другой — синим.

— Это Магические мечи? Нет, заклинания прямо наложены на сами клинки? — пробормотал Ямато, явно заинтересовавшись.

— И то и другое, — ответила Кармилла. — Без маны эти мечи не проявляют истинную силу.

Эти двое на удивление хорошо ладят.

Шейла приблизилась к наставнице, держа светящиеся мечи наготове, и начала размахивать ими с ослепительной скоростью. Даже наставница, вероятно, поняла, что такие мощные Магические мечи голыми руками не остановить, поэтому смещала тело, избегая ударов. Лезвия мечей Шейлы выглядели как бесчисленные лучи света — по-настоящему фантастическое зрелище.

— Это Миражный меч, — сказал Ямато. — Использовать его с двумя Магическими мечами просто невероятно.

Как авантюристка S-ранга, Шейла была очень искусным бойцом. Достаточно, чтобы я задался вопросом, зачем она вообще решила стать кандидаткой в принцессы-консорты.

Но даже при всём этом её мечи не касались наставницы. К тому же у поддержания Миражного меча был предел. Должно быть, Шейла постепенно уставала всё сильнее, потому что её движения становились медленнее.

И тогда наставница ударила. Она вдруг сделала один шаг к Шейле, затем сквозь защиту нанесла мощный удар ладонью в подбородок, отправив её в полёт чистой дугой. Шейла ударилась о землю, один раз отскочила и рухнула лицом вниз.

Выглядело это очень больно. Мне было трудно смотреть. Казалось, вот-вот начнутся воспоминания о тренировках с наставницей.

Через мгновение Шейла предприняла последнюю попытку подняться, опершись на один меч. Это было трогательное зрелище, и некоторые зрители начали болеть за неё.

Какая безответственность. Ей лучше лежать.

Не обращая внимания на настроение арены, наставница медленно подошла к Шейле, а затем мощно ударила её ногой в живот.

— Гх!

Изо рта Шейлы вырвался голос — скорее звук, — будто она могла выплюнуть внутренности, и её снова подбросило в воздух. На этот раз, упав на землю, она просто осталась лежать, даже не шевелясь.

— П-победа достаётся Кассандре! — заикаясь, объявил ведущий, естественно решив, что Шейла больше не способна сражаться.

Однако вся арена погрузилась в мёртвую тишину. Вероятно, всех оттолкнула наставница.

Как бы это сказать? Когда она избивает людей, кажется, будто ты видишь что-то мерзкое и жестокое. Просто смотреть больно. И ведь я часто оказывался на месте того, кого били!

Так было решено, что моя наставница Кассандра станет моей третьей супругой. Любая семейная ссора с ней немедленно приведёт к моей смерти, поэтому первым делом я поклялся в сердце никогда ей не перечить.

XII. Кассандра

После Турнира отбора консортов члены турнирного комитета — Фрау, Кармилла, Гамарат, Огма и Ямато — собрались на обсуждение и решили, что занявшая второе место Шейла станет моей четвёртой супругой.

Жениться-то мне, так почему у меня не было права голоса?

Кроме того, Кармилла наняла почти всех остальных тридцать с лишним кандидаток как своих подчинённых, за исключением Карен, которая уже была членом Сотни. По словам Кармиллы:

— Под прямым командованием старшей сестры находится Гильдия магов, так что несправедливо, что у меня никого нет.

Справедливости ради, Гильдия магов — полноценная часть военных сил Фаруна. Просто Фрау так вышло, что полностью превратила её в свою личную армию.

Удивительно, но никто не возразил эгоистичному предложению Кармиллы. Было решено, что при увеличении числа принцесс-консортов лучше иметь как можно больше женщин, способных служить и боевой силой, и телохранительницами. Но действительно ли принцессам с прозвищами вроде Императрицы Молний, Безумной принцессы, Красного Демона и Двух Клинков нужны телохранительницы?

Так или иначе, отряд под прямым командованием Кармиллы был сформирован и получил название Дворцовые рыцари. Даже будучи беременной, Кармилла полностью посвятила себя их тренировкам. По всем отзывам, она заставляла их проходить те же испытания, что сама пережила после прибытия в Фарун. С невероятной живостью, преданностью и заботой Кармилла лично ходила заставлять новых подчинённых есть мясо монстров, водила их в глубины Леса Зверей и занималась всем прочим. Я удивился, увидев в ней такую нежную сторону.

Что до наставницы, она вовсю наслаждалась положением принцессы Фаруна. Впервые за долгое время она снова тренировала меня, а после приглашений от высокоранговых членов Сотни — Огмы, Ямато, Хрома, Уоррена и других — участвовала и в тренировочных боях. В действительности она просто односторонне избивала всех подряд. И всё же Сотне это нравилось. Может, у них у всех был один и тот же фетиш.

Кроме того, почти каждую ночь наставница проводила со мной в спальне. Мне было неловко перед Фрау и Кармиллой, но когда я пытался поднять эту тему, они холодно отвечали:

— Забота о ребёнке тяжёлая, — сказала Фрау.

— Я беременна, поэтому не могу проводить с вами ночи, — сказала Кармилла.

Они меня ненавидят? — подумал я.

Я находился в своей спальне, и наставница лежала рядом со мной на кровати.

— Твои подчинённые хорошо держатся. Не знаю, есть ли другие страны с таким количеством сильных людей, — сказала она. — Я правда не думала, что можно заставить столько народу есть мясо монстров. Всегда считала, что вынесут лишь немногие. Но ты раздал его другим, жаждущим силы, и превратил это в целую систему. Мне такая мысль не приходила. Более того, ты ещё и сделал их партнёрами по тренировкам и использовал для развития собственных навыков.

Всё просто как-то так получилось, и я не собирался делать ничего из сказанного, но решил принять похвалу.

— Кстати, почему вы пришли в Фарун десять лет назад, наставница? — спросил я. Тогда я был слишком занят тем, чтобы терпеть её издевательства, называемые тренировками, и у меня толком не было возможности расспросить её о ней самой.

— Хм? Разве я не говорила? Я пришла исследовать Лес Зверей.

— Правда?

Лес Зверей был огромен. Он покрывал почти всю южную часть континента Арес. Арес был разделён на север и юг двумя горными хребтами, и в промежутке между ними, где север и юг едва соприкасались, лежали страны Фарун и Кадония.

— Да. В лесу же полчища сильных монстров. Я думала покорить его целиком, сколько бы лет это ни заняло, — объяснила она. — Но он оказался слишком большим даже для меня. Я пыталась заходить как можно глубже, используя Фарун как базу, но этот лес бездонен. Я тренировала тебя каждые семь дней, потому что именно столько могла там продержаться.

Значит, даже для наставницы предел — семь дней.

Сейчас Фарун отвоёвывал и осваивал Лес Зверей, но по сравнению с общим масштабом леса это всё ещё происходило на очень маленьком участке. И чем дальше продвигалось освоение, тем более сильные монстры появлялись, так что предел, вероятно, уже приближался.

— Я тоже заходил в лес довольно далеко, но монстры там бесконечно становятся сильнее, — сказал я. — Легенды говорят, что в самой глубине леса запечатан сам Король Демонов. Говорят, именно мой предок-герой заточил его там.

— Если Король Демонов правда там, я бы хотела сразиться с ним. Но я не видела ни демонов, ни тем более Короля Демонов, — сказала наставница. — В лесу только более, знаешь, примитивные монстры. Я не видела похожих на людей, как демоны. Конечно, именно поэтому он идеально подходит для добычи мяса монстров.

Демоны были расой монстров, похожих на людей. Но, в отличие от людей, они жили долго, обладали высокой маной и подавляющей физической силой. На вершине их всех стоял Король Демонов. Я не знал, насколько правильно вообще относить их к монстрам, но в историях говорилось, что демоны господствовали над большинством других монстров.

— На центральном континенте трудно достать мясо монстров? — спросил я.

— Каждый день его не найдёшь. Это не Фарун, где можно в любой момент получить мясо кролика-убийцы.

— Даже в Фаруне кролики-убийцы почти вымерли. Хотя теперь мы успешно одомашнили их и создали цепочку поставок мяса монстров без лишних отходов.

Их одомашнили, но на самом деле большого спроса на большие объёмы мяса монстров не было. Его трудно есть. Раньше охотники съедали немного мяса сами, а остальное выбрасывали, но теперь существовала система: мясо одного монстра разделяли на подходящие порции и распределяли так, чтобы оно доставалось всем желающим.

— Это тоже особенность Фаруна. Думаю, другие страны никогда не смогли бы одомашнить монстров. На центральном континенте монстров однозначно считают врагами человечества. Фарун близок к Лесу Зверей, поэтому у людей меньше отвращения к монстрам, и именно потому они не сопротивляются идее выращивать их. А на центральном континенте есть мясо монстров немыслимо.

Наставница рассуждала на удивление здраво. Я заметил это только после того, как мы начали делить спальню: она думала не только о битвах, у неё неожиданно была и трезвая точка зрения.

— Поэтому использование мяса монстров для усиления войска возможно только на периферии, в Фаруне, — продолжила она. — Другие страны могут заинтересоваться, но повторить не смогут.

— Не то чтобы я хотел усиливать войско, — сказал я. — Сотня — просто собрание людей, у которых нет ничего, кроме желания стать сильнее. Лично я хочу мира.

— Тогда что насчёт корпуса монстров? Разве это не часть твоей армии?

Наставница посмотрела на меня. В её глазах не было суровости. Она вовсе не пыталась спорить.

— Ну, это… определённо военный ресурс, но, думаю, по-своему это нормально. Я создал его почти по наитию, но благодаря этому меньше нужно использовать людей как солдат на войне. Если вместо них могут сражаться монстры, я считаю это хорошим.

Во время войны было обычным делом призывать простых жителей в армию, но у них не было особого желания сражаться, и солдаты из них выходили неважные. По сравнению с ними монстры были сильны и агрессивны. Вообще-то, монстры действительно были лучшим инструментом для такой работы.

— Не думаешь, что использовать виверн в армии — немного чрезмерно? — поддразнила наставница с озорным выражением лица.

Виверны были вторыми кандидатами, на которых я положил глаз для корпуса монстров после варвольфов. Причина была проста: драконы — это круто. Глубже я не думал, но, по словам Кили: «Драконы очень умны, поэтому с ними проще общаться. Возможно, это осуществимо». Среди драконьих видов средние и более высокие предпочитали одиночество, но низкоуровневые виверны естественно образовывали стаи. Это означало, что если поймать лидера стаи, остальных, как и варвольфов, возможно, получится контролировать. Сейчас около десяти виверн проходили обучение.

— Ну, если делать армию монстров, почему бы не взять драконов? Они же крутые, — сказал я.

— Верно. Я тоже люблю драконов, — наставница взглянула на маленького Белого Дракона, спавшего в покрытой тканью клетке.

Ах да, эта ящерица тоже дракон.

— Что вы будете делать с Белым Драконом? — спросил я.

— Хм. Думаю, возьму его и отправлюсь путешествовать на нём, когда он достаточно вырастет.

Мастер меча верхом на легендарном Белом Драконе звучит пугающе. Она не вызовет массовую панику в городах и странах, которые посетит?

— Сколько ему нужно, чтобы вырасти? — спросил я.

— Кто знает? Он всё ещё такой маленький, хотя я была заморожена десять лет, так что, думаю, пройдёт немало времени, прежде чем он станет достаточно большим, чтобы я могла на нём ездить. Впрочем, пока у меня не будет детей и они немного не подрастут, я всё равно никуда не собираюсь, так что это даже удобно.

— К тому же центральный континент сейчас, похоже, не лучшее место для путешествий.

Согласно сведениям, которые я получил от кандидаток в принцессы-консорты, центральный континент находился в напряжённом состоянии, и каждая страна не жалела средств на расширение армии. Вербовка искусных воинов становилась довольно грубой, и несколько кандидаток прибыли в Фарун именно чтобы избежать принудительного найма. Шейла, ставшая моей четвёртой супругой, была типичным примером такой группы.

— Разве это не твоя вина? — сказала наставница, ухмыляясь.

Обстановка изменилась во многом потому, что королевство Дорссен ослабло. Оно потеряло не только десять тысяч солдат, но и троих из пяти Героев. Увидев возможность, соседние страны попытались вторгнуться.

— На меня напали. Это была самооборона.

— Если бы ты не присоединил Кадонию, Дорссен бы и не двинулся.

— Просто так получилось. Я не хотел ни территорий, ни чего-то подобного. Я был счастлив спокойно жить в Фаруне.

Наставница улыбнулась.

— Значит, узурпация трона и захват Кадонии просто случились случайно? Не звучит ли это так, будто это твоя судьба? — многозначительно сказала она.

— Наставница, что вы имеете…

Прежде чем я договорил, наставница мягко прижала палец к моим губам.

— Хватит звать меня наставницей. Я ведь теперь твоя жена, правда? Зови меня Кассандрой.

— …Кассандра, что ты имела в виду?

Почему-то произносить имя наставницы было невероятно неловко.

— Скоро поймёшь. По крайней мере, люди вокруг тебя уже, скорее всего, это чувствуют. Ты именно такой мужчина.

Моя наставница, Красный Демон Кассандра, слегка покраснела.

Теперь, когда Шейла каким-то образом оказалась частью фарунской королевской семьи, она пребывала в замешательстве.

XIII. Шейла

Шейла участвовала в Турнире отбора консортов по своим личным обстоятельствам, но на самом деле не относилась к нему так уж серьёзно. Она думала, что просто как-нибудь небрежно проиграет нарочно, однако гордость первоклассного воина не позволила ей сдерживаться, и в итоге она дошла до финала. Но её противницей оказалась женщина в белой маске, которая выиграла все свои поединки одними лишь голыми руками: Кассандра.

Трудная будет противница, — подумала Шейла перед боем.

Шейла прошла через множество схваток, прежде чем оказалась здесь, а значит, умела точно считывать силу соперника. Кассандра не была обычным врагом. Она побеждала противников без оружия, но вовсе не выглядела человеком, который живёт рукопашным боем. Иными словами, она не использовала всю свою силу.

В итоге Шейла тоже проиграла, так и не заставив Кассандру взяться за оружие. Она получила удар ладонью в челюсть и удар ногой в живот. Это потрясло её и физически, и морально, потому что ощущалось всё не так, словно её ударили рукой или ногой. Скорее, её будто приложило стволом столетнего дерева. Если говорить честно, Шейла боялась, что случайно станет принцессой-консортом, так что осознание, что это говорила лишь её гордость, стало для неё грубым пробуждением.

Да, следовало сразу понять: чтобы стать фарунской принцессой, нужно быть монстром, — подумала она.

На самом деле Шейла с самого начала не хотела становиться принцессой, так что внутренне испытала облегчение, но почему-то её всё равно выбрали четвёртой супругой. В какой-то момент она просчиталась.

Я родилась в стране под названием Вулкан. Мой отец, Гарай, был одним из Семи Небесных мечей, сильнейших воинов Вулкана.

Ну, их называли сильнейшими, но сама должность была наследственной: в каждом поколении титул наследовал старший сын. В каждой из семи семей сыновей с самого раннего возраста заставляли проходить строгие тренировки, чтобы они соответствовали титулу. Я росла в одной из таких семей, поэтому рано заинтересовалась мечом, а отец научил меня основам. Наша техника боя двумя мечами вместе с именем «Два Клинка» передавалась в семье из поколения в поколение, так что во время тренировочных поединков с отцом я постепенно переняла этот стиль. К тому времени, когда я оказалась в Фаруне, меня называли Шейлой Двух Клинков, но раньше имя Два Клинка означало моего отца, Гарая.

— Будь ты только мальчиком, — часто жаловался отец.

Вулкан был патриархальным обществом, и женщины не могли наследовать дворянские титулы. У меня был младший брат, так что именно ему предстояло унаследовать дом, но с мечом он обращался хуже меня. Конечно, он прикладывал мучительные усилия, чтобы стать лучше. В конце концов, было бы недопустимо, если бы слабый человек заявил права на титул Небесного меча. Он опозорил бы весь Вулкан. Чтобы избежать такого исхода, в прошлом бывало и так, что одна из семи семей усыновляла выдающегося мечника как зятя, выдав за него дочь, и таким образом продолжала род. Однако наша семья гордилась тем, что в каждом поколении титул Небесного меча наследовал именно настоящий старший сын, поэтому принять кого-то из другой семьи в моём поколении было немыслимо.

Из-за этого на моего брата легло огромное давление. У него были задатки, чтобы стать вполне умелым рыцарем, но я знала, что он никогда не станет таким же сильным, как я. Он и сам смутно начал это понимать, и наши отношения как брата и сестры постепенно становились всё холоднее.

Я ненавидела быть причиной проблем в своей семье, поэтому в четырнадцать лет сбежала из дома. Мне было ясно: если я останусь, меня просто заставят выйти замуж за кого-нибудь из остальных шести семей, а я не хотела выходить за мужчину слабее меня.

После побега я воспользовалась кое-какими связями и вступила в Гильдию авантюристов в городе далеко от дома, а там быстро отличилась. Я собрала партию, побеждала сильных монстров, исследовала подземелья и древние руины. Мой ранг легко рос. Жизнь авантюристки вовсе не была лёгкой прогулкой, но мне она всё равно нравилась. Я была свободна делать что хочу, и пусть я была женщиной, моей силы хватало, чтобы обрести положение и славу. В деньгах я тоже не нуждалась.

Наверное, примерно полгода назад моя насыщенная жизнь резко подошла к поворотному моменту: ко мне явился Сигмунд, глава пяти Героев Дорссена. Сигмунд прежде был S-ранговым авантюристом, и я была многим ему обязана за помощь в те времена, когда только начинала самостоятельную жизнь. Кроме того, он был одним из очень немногих людей, которых я признавала сильнее себя.

— Я хочу, чтобы ты вошла в число Героев, — сказал Сигмунд сразу, пропустив все любезности. — Сейчас Дорссену нужны люди, а среди Героев появились серьёзные пустые места. Если так продолжится, другие страны решат, что это приглашение к вторжению. А если это случится, начнётся война. Чтобы предотвратить её, мне нужна твоя сила.

Я уже понимала, о чём он говорит. Об этом только и говорили: после поражения в войне против Фаруна Дорссен быстро ослаб, и теперь другие страны пытались воспользоваться этой слабостью.

— Меня сделают Героем? Ты ведь знаешь, что я женщина? — сказала я. Безумная принцесса Кармилла была особой королевской крови, поэтому она была исключением, но вообще-то Герои, как и Небесные мечи, были должностью, которую могли занимать только мужчины.

— Сейчас не время беспокоиться об этом. Нам нужна необходимая сила, а у тебя она есть. Его Величество уже дал согласие.

Предложение меня привлекало. Какой бы знаменитой авантюристкой я ни была, в глазах общества я оставалась всего лишь беззаконной странницей. А Герои были лицом Дорссена, и став одной из них, я могла получить официальное признание — я, которая не смогла стать одним из Небесных мечей. Но у меня было одно серьёзное опасение.

— Сейчас Дорссен враждует с Вулканом. Это моя родина. Ты хочешь сказать, что я должна буду сражаться против них?

Дорссен и Вулкан много лет спорили о правах на шахту у общей границы. Если должна была начаться война, скорее всего, она вспыхнула бы именно между этими двумя странами.

— Я возьму тот участок границы на себя. Тебя я хочу поставить отвечать за другое направление. И ещё я обещаю, что Дорссен не вторгнется в сам Вулкан. Клянусь своей жизнью.

Сигмунд ценил честь выше всего. Если он клялся, то никогда бы не отступил от своих слов.

Я помолчала.

— Мне нравится жизнь авантюристки, — сказала я. — И хотя мой младший брат должен стать преемником отца, если я стану одной из Героев, это может как-то сказаться на нём.

Если я стану Героем, в Вулкане это могут счесть оскорблением. Пусть я частично порвала с ними связь, они всё ещё были моей семьёй. Я не хотела делать ничего, что могло бы подорвать их положение.

— Понимаю. Но, пожалуйста, не решай сразу и как следует подумай. Дорссену нужна твоя сила. Я также обещаю, что с тобой будут обращаться как с дворянкой.

— Дворянкой?

Это меня удивило. Сословные различия было не так-то просто преодолеть. Родился ты простолюдином или дворянином — таким и оставался до самой смерти. Между ними существовала неизменная стена. Пусть когда-то я была иностранной дворянкой, теперь я была авантюристкой, и обычно мне было бы невозможно стать дворянкой где-либо ещё.

— Именно. Времена меняются, и день, когда всё будет решать не унаследованное положение, а заслуги, уже близок. Мы болезненно усвоили этот урок в войне с Фаруном. Там силой решают всё, даже положение королевы-консорта. Я видел поединок между Императрицей молний Фрау и леди Кармиллой, и он произвёл сильное впечатление. Женщин, обладающих силой, нельзя презирать. Если уж на то пошло, бесполезны именно мужчины, у которых нет силы. Так что прошу. Ты подумаешь? — Сигмунд склонил голову.

— Можешь дать мне немного времени? — попросила я, отложив решение. Честно говоря, перспектива стать Героем меня соблазняла. Я многим была обязана Сигмунду и знала, что могу ему доверять. Но у меня не было жалоб на жизнь авантюристки, и о семье тоже нужно было подумать. Я хотела немного успокоиться и всё обдумать.

Вскоре после этого мне пришло письмо из дома. Если кратко, в нём говорилось: «Я передам главенство в семье тебе, если ты вернёшься в Вулкан».

— Что это значит?! — рефлекторно закричала я, прочитав письмо.

Мой брат не умер, не получил травму и вообще ничего подобного. Судя по всему, меня вдруг ни с того ни с сего сделали наследницей нашего семейного дома.

Что там вообще происходит? Я решила посоветоваться с товарищами по партии. Моя партия целиком состояла из вулканцев, так что я подумала: возможно, они знают, как сейчас обстоят дела в Вулкане.

Я быстро собрала их всех в комнате Гильдии авантюристов.

— А почему нет? — сказали они. — Возвращайся вместе с нами.

Я не ожидала такого ответа. Оказалось, они тоже получили письма от семей и друзей в Вулкане: им обещали взять их на службу вассалами и дать хорошие должности.

Мы собрались в одну партию как земляки-вулканцы, потому что все происходили из похожей среды, и у нас была общая цель: мы были умелыми, но не могли устроиться на родине, так что однажды должны были показать своим семьям и правительству, как сильно они ошиблись, не заметив нас. Если смотреть на это так, предложение было неплохим. Мы получили бы положение в Вулкане — именно то, чего хотели. Но почему именно сейчас?

— Конечно, ты тоже возвращаешься, да, Шейла? Только не говори, что думаешь пойти в Дорссен, — пристально надавил на меня один из товарищей по партии.

А-а, вот оно что. По их поведению я поняла, что происходит. Вероятно, они сообщили в Вулкан, что я встречалась с Сигмундом. Исходя из нынешней обстановки, было нетрудно догадаться, что он мне сказал. И чтобы я не ушла в Дорссен, верхушка Вулкана сделала мне это предложение.

Но если я соглашусь, что будет с моим братом? Он всю жизнь трудился, чтобы стать преемником отца как Небесный меч, а теперь его ни за что ни про что снимали с наследования. Даже если я не видела его много лет, он всё равно был мне дорог.

— Младший брат унаследует наш дом. Я не вернусь в Вулкан, — твёрдо заявила я.

— Значит, ты предашь Вулкан и пойдёшь в Дорссен?! — возмутились мои друзья.

— Разве не вы первыми меня предали? — парировала я.

По комнате прокатилась волна напряжения. Но даже если бы дошло до дела, я была рыцарем, сражавшимся на переднем крае партии, тогда как их роли — маг, жрец и вор — предполагали бой из задней линии. Я не верила, что проиграю, даже если они решат сражаться втроём против одной.

— Разве ты не хотела стать Небесным мечом? — спросил один из друзей после паузы. Возможно, он немного остыл, потому что его тон смягчился.

— Верно, хотела. Поначалу это было моё чистое, невинное стремление. Но теперь всё иначе. Я не хочу этого настолько, чтобы отнимать место у брата, — сказала я.

Я по очереди посмотрела в лица своих друзей. На них было непонимание. Они так долго трудились и зашли так далеко, потому что хотели признания от своих семей и родной страны. Я могла понять, почему они не желали упустить шанс, когда он наконец появился.

— Распустим партию, — сказала я. — Вы возвращайтесь в Вулкан. Я продолжу быть авантюристкой.

Так я потеряла друзей.

После распада партии я обдумывала будущие варианты, когда однажды ко мне пришёл ещё один посетитель.

Это был мой отец.

Я снова заняла комнату в Гильдии, и мы с отцом сели друг напротив друга.

— Ты хорошо выглядишь. Я слышал о твоих подвигах. Я горжусь тобой, — сказал отец, смущённо глядя на меня. Он также выглядел немного старше, чем в последний раз, когда я видела его несколько лет назад.

— Больше всего я рада видеть, что ты здоров, отец. Прости, что тогда сбежала из дома, — сказала я.

Я немного нервничала. Я знала: отец, вероятно, пришёл сюда, чтобы позвать меня обратно в Вулкан. Я понятия не имела, что смогу сказать, чтобы ему отказать.

— Я прочитал твоё письмо. Ты не намерена возвращаться в Вулкан?

В ответном письме я отказалась принять семейное наследство.

— Нет, не намерена. Я считаю, что титул должен унаследовать мой брат.

— Вот как? Тогда хорошо, — уступил отец. — Но я всё равно хочу, чтобы ты вернулась домой. Обстановка в Вулкане и вокруг него сейчас нестабильная. Нам нужны все способные люди, до которых мы сможем дотянуться. Верхушка сказала, что тебе гарантируют хорошее положение.

Как и в прошлом, отец совсем не давил и относился ко мне гибко. Но от этого отказать ему становилось только труднее.

— Нет, я, ну…

— Что такое? У тебя есть мужчина?

Это был странный вопрос. Впрочем, не странный. Как мой отец, возможно, он вполне естественно беспокоился обо мне в этом смысле, учитывая мой возраст. К слову, никого такого у меня не было. Я придерживалась своего правила встречаться только с теми, кто сильнее меня, и в результате, добравшись до S-ранга, уже не находила вокруг никого, кто подходил бы под мои условия.

И тут мне на глаза попалась листовка на доске объявлений в комнате. В ней говорилось, что Фарун принимает кандидаток на место новой принцессы-консорта. Прежде чем я успела опомниться, я выпалила совершенно безумную вещь:

— Я хочу стать консортом короля Фаруна.

— Консортом короля Фаруна? — повторил отец, явно сбитый с толку.

— Да. В столице Фаруна будет состязание за место новой принцессы-консорта, и я подала заявку.

Разумеется, ничего подобного я не делала. Я только что впервые об этом узнала.

— Я слышал о нём… но почему король Фаруна? — Значит, отец уже знал о Турнире отбора консортов. Но он хмурился, и между бровей у него легла глубокая складка.

— Он сильнее меня. Король Фаруна взошёл на трон собственной силой, подавил нашествие, присоединил Кадонию и даже добился победы над Дорссеном. Он победил двоих из Героев Дорссена, так что в его способностях нельзя сомневаться. Я всегда хотела выйти за мужчину сильнее меня, поэтому король Фаруна — мой идеальный партнёр.

Это тоже было ложью. Как бы силён он ни был, я всё равно не хотела выходить за какого-то чудака, известного как Бешеный король.

— Ты знаешь, что он из тех людей, кто ест мясо монстров, пытает своих вассалов, заставляя их сражаться друг с другом на арене, и даже вынуждает своих консортов бороться между собой за место королевы?

Слушая, как отец всё это перечисляет, я ясно видела: король Фаруна действительно был абсолютным отбросом. Заставлять женщин сражаться друг с другом — это уже далеко за пределами небольшой эксцентричности. Но, с другой стороны, я не хотела возвращаться в Вулкан. Я ясно понимала: если вернусь, меня отправят на войну. А если уйду в Дорссен, меня заклеймят предательницей. Пока я оставалась авантюристкой, выбраться из этой ловушки было, похоже, трудно. Так что место вроде Фаруна казалось неплохим компромиссом. У них, кажется, даже была знаменитая арена, так что зарабатывать там на жизнь бойцом могло оказаться не так уж плохо.

На первое время я хотела поехать в Фарун и переждать, пока всё уляжется. Мне совершенно не было дела до того, чтобы стать принцессой-консортом короля.

— Но всё же, — сказала я. — Я стала S-ранговой авантюристкой, и даже среди высокоранговых авантюристов-мужчин не нашлось никого, кто мог бы со мной сравниться. Если так продолжится, я никогда не выйду замуж. Думаю, мы с королём Фаруна могли бы подойти друг другу.

Отец склонил голову набок, озадаченный.

— Ты всегда была такой?

Я и сейчас не такая. Мне бы никогда не пришло в голову выйти за кого-то только потому, что он силён.

— О чём ты, отец? Разве я с детства не говорила, что хочу выйти за мужчину сильнее меня?

— Ну да, говорила, но ты никогда не казалась такой легкомысленной в этом вопросе.

Вот это мой отец. Он действительно меня понимает. Но сейчас всё это не важно. Я просто не хочу влипать во все эти хлопоты с Вулканом, Дорссеном и прочим. Сначала мне было интересно предложение Героев, но теперь мне уже всё равно и на него.

— И ещё… я горжусь тем, что считаю себя сильнейшей среди всех женщин. Я хочу бросить вызов принцессам-консортам Фаруна — Императрице молний и Безумной принцессе.

К тому моменту я сама уже совершенно не понимала, что несу про сильнейшую женщину, но мне просто хотелось убедить отца в своей серьёзности, чтобы он вернулся домой. Я надеялась, что его удовлетворит моя бессмысленная история о дочери, которая стремится к силе и поэтому едет в Фарун.

— …Понимаю. Хорошо, — наконец сказал отец, торжественно кивнув.

Правда? Это его убедило? Я с трудом могла в это поверить.

— Поедем в Фарун вместе, — продолжил он, к моему огромному удивлению. — Я хочу своими глазами увидеть твой путь. На самом деле я и сам уже некоторое время интересуюсь Фаруном.

А? Вместе? Нет уж, спасибо! То есть вся история про принцессу-консорта была ложью!

Но, разумеется, сказать я этого не могла, и поэтому мы с отцом вместе отправились в Фарун.

На самом деле поездка в Фарун стала первым путешествием, которое я когда-либо совершила вместе с отцом, так что она была довольно приятной.

После нескольких недель пути мы прибыли в оживлённую столицу Фаруна. Изначально это был небольшой город-крепость, окружённый стеной, но теперь на окраинах города появились новые арены и большие шатры, а вокруг них тянулись ряды постоялых дворов, ресторанов и лавок. Всё место кипело жизнью.

Круглых арен было две: большая и маленькая. На главном стадионе имелись внушительные многоярусные зрительские места, и там проходили рейтинговые бои первой сотни членов Сотни. На меньшей арене мест было меньше, и там сражались члены за пределами рейтинга — так называемая Лига новичков. Похоже, существовала система, по которой победители матчей на малой арене могли вызывать рейтинговых бойцов и отбирать у них места.

Сначала мы вошли на меньшую арену: людей там было меньше, и попасть внутрь было проще. Каждый, кого мы видели там в бою, обладал такой силой, что было трудно осознать: все они якобы не входят в рейтинг.

— Никогда бы не подумал, что воины Фаруна настолько сильны… — сказал отец, почти лишившись дара речи после просмотра поединков.

Пусть они и не входили в рейтинг, все эти люди были крепкими бойцами с потенциалом стать рыцарями-асами в других странах. По силе они, вероятно, соответствовали авантюристам B-ранга. Да, в технике у них чувствовалась некоторая неопытность, но базовый уровень выносливости был ненормально высоким. Отец, который, как я подозревала, приехал отчасти для разведки, наблюдал с предельной сосредоточенностью.

Через некоторое время мы перешли на главный стадион. Там толпились люди, желавшие посмотреть бои и сделать ставки, и место было куда оживлённее, чем всё, что я видела в других странах. Даже попасть на саму арену было трудно, но мы как-то протиснулись через толпу и вошли.

— Что это такое?! — вскрикнул отец.

Его реакция была совершенно естественной. Пока мы смотрели, перед нами проходили многочисленные поединки между искусными бойцами, каждый из которых использовал высокоуровневые техники меча или заклинания. Время от времени кто-нибудь выходил один на один против дракона. Их сила была на совершенно ином уровне по сравнению с участниками Лиги новичков. Будь они авантюристами, все гарантированно стояли бы выше A-ранга. Я сомневалась, смогла бы победить некоторых из бойцов верхних рангов даже сама. Особенно это касалось первой десятки: все они были настоящими монстрами. Число врагов, которых они могли бы победить, наверняка было бесконечным.

Наконец на арене появился Марс, король Фаруна. Он был также известен как Ноль. В чёрных доспехах и с длинным мечом с чёрным клинком он выглядел как бог смерти. Ноль сражался со всеми, кто победил на арене в тот день, — со всеми этими сильными людьми сразу — совершенно один. Это было абсурдно. Сила Ноля просто находилась в другом измерении. От одного взмаха его меча казалось, будто воздух разрывается. От одного шага сотрясалась земля. Он уже не был человеком. И остальные сражались с этим нечеловеческим существом. Если бы ты не был высокоранговым членом Сотни, тебе было бы трудно даже выйти оттуда живым. Настолько нелепо силён он был.

Кто вообще этот человек? Он правда такой же человек, как я, а не Король Демонов или что-то в этом роде?

— Нам нельзя воевать с Фаруном. Никогда. Ни за что, — пробормотал отец себе под нос.

Да, тут не поспоришь, — подумала я. Какое бы численное преимущество ни было, один фарунец был слишком силён. Было ясно: даже тот, у кого солдат в десять раз больше, легко проиграет. Ноль был особенно плохой новостью. Он был достаточно силён, чтобы в одиночку противостоять целой армии. Если победа в войне означает убийство вражеского короля, то Фарун фактически непобедим. Как и отец, я была серьёзно потрясена. Я не думала, что являюсь сильнейшей S-ранговой авантюристкой, но верила, что нахожусь где-то близко к этому. Эту уверенность только что полностью раздробили.

— Дорссен был обречён проиграть им, — заметила я.

Теперь я понимала, почему Сигмунд так усердно собирал военную силу. Обстановка вокруг Дорссена, может, и была напряжённой, но ещё страшнее, должно быть, было соседствовать с Фаруном. Я бы не смогла спать спокойно, если бы рядом находилась страна с такой военной мощью.

— А теперь Дорссен отдал им имперскую принцессу и установил дружеские отношения с Фаруном. Если начнётся война с Дорссеном, мы можем сделать Фарун своим врагом, — простонал отец, думая о шатком положении Вулкана.

Над тем, что Дорссен выдал свою принцессу за короля Фаруна, насмехались и внутри страны, и за её пределами, называя это трусливой внешней политикой, но теперь выглядело так, будто решение Дорссена было правильным. Впрочем, даже Дорссен, вероятно, не хотел бы слишком поспешно просить у Фаруна подкрепления. Это вполне могло бы оказаться всё равно что пригласить в дом дракона из страха перед волком. Настолько большой угрозой была Сотня.

На следующий день мы отправились к шатрам — хотя, если судить только по размеру, этот комплекс был больше города. Входная плата была довольно высокой, но посетителей было много, включая целые семьи, и, как и везде, дела там, похоже, шли хорошо.

Внутри были выставлены монстры. Одни сидели в клетках, других отделяли от посетителей глубокие рвы; способов удерживать их под контролем было столько же, сколько разновидностей монстров. Я была впечатлена тем, как много существ им удалось собрать: разумеется, кролики-убийцы, но также великие василиски, редбоуны, кровавые медведи, белые тигры, варвольфы, земляные драконы, виверны и ещё множество других. Отец с любопытством смотрел на них. У него был опыт истребления монстров, но нечастый, и, судя по виду, многих из здешних существ он не знал.

Кроме того, я понятия не имела, как они этого добились, но от монстров вообще не чувствовалось враждебности. Поблизости дежурили мускулистые стражи — вероятно, члены Сотни на случай чрезвычайной ситуации, — но монстры были спокойнее, чем все, каких я когда-либо видела.

Я невольно произнесла вслух то, о чём думала:

— Почему они такие послушные?

— Ну, я слежу, чтобы они были сыты, — ответил кто-то на моё бормотание.

Это была невысокая черноволосая женщина. На первый взгляд она почти походила на маленькую девочку, но необычный блеск в её глазах говорил об обратном. К тому же до того, как она заговорила, я совсем не почувствовала её присутствия.

Кто она? — подумала я. Как раз когда я уже собиралась схватиться за рукоять меча за спиной, отец ответил женщине:

— Достаточно кормить их, и они становятся послушными? — спросил он с сомнением. Похоже, он не заметил, насколько необычна эта женщина. Вероятно, он просто решил, что не заметил её потому, что она обычная девушка.

— Именно. Их можно успокоить, если обеспечить им подходящую пищу и среду. Тогда они не будут нападать на людей.

Нет, такого просто не может быть. Монстры совсем не похожи на животных. Одного кормления недостаточно, чтобы приручить их.

Продолжая настороженно следить за женщиной, я всё же взялась за рукоять меча. Но в тот же миг почувствовала на себе взгляды. Нет, не один взгляд — их было слишком много, чтобы сосчитать. Оглядевшись, я увидела, что все находившиеся там монстры повернулись ко мне. Ещё мгновение назад им не было никакого дела до людей, но теперь они все одновременно сосредоточились на мне.

Они пытаются её защитить? В качестве проверки я медленно отпустила меч, и монстры перестали смотреть на меня, словно потеряв интерес.

По всему телу у меня выступил холодный пот. Кто эта женщина?

Черноволосая женщина тем временем подробно объясняла отцу устройство комплекса. Кажется, она не заметила моих подозрений.

— Можно спросить ваше имя? — спросила я женщину, когда она более или менее закончила говорить.

— Меня зовут Кили. Его Величество поручил мне управлять этим комплексом, — сказала она, ярко улыбнувшись. — Вы ведь лорд Гарай и леди Шейла, верно?

Я помолчала.

— Почему вы знаете наши имена?

— Вы оба носите по два меча. Когда речь заходит о бойцах с двумя мечами, первыми на ум приходят двое носителей имени Два Клинка: лорд Гарай, один из Семи Небесных мечей Вулкана, и леди Шейла, S-ранговая авантюристка. Вы ведь знамениты.

— Охо, значит, и моё имя ты знаешь? А я уж думал, что в последнее время почти уступил титул Двух Клинков дочери, — отец широко усмехнулся. Похоже, Кили ему понравилась, раз она нас узнала.

Но я так и не смогла ослабить настороженность. Я была уверена, что эта женщина, Кили, подошла к нам именно потому, что знала, кто мы.

— О вас весь город говорит, — сказала Кили. — Говорят, знаменитая Шейла Двух Клинков будет участвовать в Турнире отбора консортов. Знаете, вы фаворит номер один.

А, значит, обо мне просто в новостях говорят, и всё. Как только я это поняла, напряжение ушло из тела, и я внезапно почувствовала усталость. На самом деле я не хотела, чтобы моё присутствие в Фаруне становилось такой большой темой, но отец, похоже, обрадовался, услышав, что меня считают фавориткой турнира.

После того как мы обменялись с Кили ещё несколькими словами, она неторопливо ушла.

В итоге мы провели половину дня, осматривая комплекс.

— Вот это действительно стоило посмотреть, — удовлетворённо сказал отец.

Поначалу я думала, что это будет хорошая возможность рассмотреть монстров поближе, но на середине экскурсии во мне начала подниматься тревога: если они сумели настолько полно приручить монстров, разве они не смогут использовать их и в бою?

Фарун граничил с Лесом Зверей, где монстров можно было добывать сколько угодно. Если такая страна могла подчинять монстров своей воле, это становилось огромным военным преимуществом. А значит, у Фаруна было бы две мощные армии: Сотня и армия монстров.

Кили тоже вызывала у меня дурное предчувствие. Эта загадочная женщина, несомненно, была человеком, который командовал монстрами.

Чем Фарун надеется стать в будущем?

Вот что меня тревожило.

На следующий день наконец начался Турнир отбора консортов. Местом проведения была главная арена. Отец наблюдал за мной с трибун, бежать было уже некуда, и я вместе с остальными кандидатками вышла на арену. Впереди меня шла Шрамолицая Минерва, за голову которой назначили награду.

Почему разыскиваемая преступница открыто выходит как кандидатка в принцессы-консорты? Если схвачу её прямо здесь, получу тысячу золотых, — подумала я и невольно уставилась ей в спину. Потом вспомнила, что в листовке было написано: подать заявку может кто угодно, независимо от прошлого и судимостей.

Меритократия зашла слишком далеко.

Оглядевшись, я увидела, что вокруг собрались самые разные знаменитые и сильные люди: например, Рея, предводительница наёмничьего отряда Пылающие Лисы, и Ширли Кинжал. По слухам, разные страны пытались завербовать их так же, как и меня. Вероятно, они тоже сбежали в Фарун, чтобы уйти от этого, а если получится, стать принцессами. Какая бесстыжая компания… Хотя, наверное, мне не стоит бросаться камнями.

Как я и ожидала, принцессу-консорта выбирали в одиночном турнире на выбывание: кандидатки сражались, и победительница каждого матча проходила в следующий круг. Наверное, впервые в истории консорта выбирают таким способом, — подумала я. В этом королевстве людей оценивали только по силе. Такой образ мыслей был ближе к орочьему, чем к человеческому.

Лично я предпочла бы проиграть сразу, но если бы это случилось, я видела, как отец утаскивает меня обратно в Вулкан, да и гордость у меня тоже была, поэтому я сражалась изо всех сил. Я дошла до финального раунда, а затем проиграла смехотворно сильной женщине в белой маске. Впервые в жизни меня избили настолько сильно. Лишь позже я узнала, что она была мастером меча, Красным Демоном Кассандрой, той самой легендарной берсеркершей. Шансов у меня не было. Однако я заняла второе место, меня признали достаточно сильной, и в итоге всё равно выбрали четвёртой супругой. Чувства у меня были смешанные.

Удивительно, но отец обрадовался результатам. По его словам: «Если ты выйдешь за короля Марса, Вулкан, возможно, сможет установить дружеские отношения с Фаруном».

После того как он узнал, какой угрозой является Фарун, он, похоже, начал думать, что нужно как-то наладить хорошие отношения с этой страной.

Эй, не дави на меня так сильно. Хотя, наверное, я постараюсь справиться. В конце концов, Вулкан — моя родина.

Что до мужчины, которому предстояло стать моим мужем, короля Марса, то после арены я узнала, насколько он силён, но и в личной жизни он оказался пугающим. Как именно — говорить не буду. Новая третья консорт, Кассандра, пока сопровождала его в постели, за что я была ей невероятно благодарна.

Кроме того, на все три ежедневные трапезы мне подавали только мясо монстров.

Не стоило мне приезжать в такое место…