Ночь банкета

Пора начинать банкет!

Воздух уже наполнился множеством аппетитных запахов.

Шум, который поднимали мужчины и женщины, уже успевшие приняться за выпивку, стоял невероятный. Люди собирались небольшими группами, громко подбадривали и освистывали борцов за армрестлингом или ставили на какую-то игру с костями.

О, а вот и енот!

— Ваше Высочество принц Вильхельт, лорд Ралфрид, для нас честь, что вы присоединились к нашему скромному празднику.

— Мы просто рады, что карательная экспедиция завершилась успешно, — сказал Вилл. — Прошу и дальше усердно трудиться на благо страны.

Ух ты. Сколько бы я ни видела его непроницаемое лицо, у меня каждый раз мурашки по коже!

— Большое спасибо.

Когда мы отделились от енотоподобного регионального командира, Вилл обратился к Шинки:

— Попроси нескольких духов земли следовать за ним и наблюдать за его передвижениями.

— Хотя за ним уже следуют духи ветра? — спросил Шинки.

— Они нужны, чтобы при необходимости его удержать, — ответил Вилл. — Духи ветра в итоге его убьют.

Я понимаю, тема непростая, но Шинки — мой!

— Что прикажете мне делать, мисс? — Шинки повернулся ко мне.

Хе-хе, вот он, тот Шинки, которого я знаю и люблю.

Не знаю, хорошо ли он умел отстаивать моё мнение или просто был до невозможности упрям, но, честно говоря, мне было всё равно.

— Сделай, как говорит Вилл. Если покажется, что он собирается сбежать или сопротивляться, схвати его!

— Будет исполнено.

Но, знаете, мне и в голову не приходило, что духов земли можно использовать таким образом. Я думала, они в основном подходят для земледелия. И кто бы мог подумать, что духи ветра склонны к такой агрессии? Надо быть с ними осторожнее.

— Нема, я пойду немного полечу людей, а ты держись рядом с Виллом, хорошо? — сказал мне Ралф.

— Хорошо! Возвращайся скорее! — Я помахала ему.

С Виллом скучно. А Шинки, кажется, недавно научился скрывать своё присутствие, так что его как будто вообще нет рядом. Ску-у-ука!

— Тогда почему бы нам не поговорить с Красной Хлаадой? — предложил Вилл.

Беру свои слова обратно! Вилл, ты невероятно проницательный человек! Я прямо извелась от желания познакомиться с тем зверолюдом-медведем!

— Правда?! — воскликнула я.

— Мы должны поблагодарить их за усилия.

Тогда чего мы ждём?! Пойдём!

Красную Хлааду было легко заметить в толпе.

Во-первых, вокруг них собралась большая группа людей. А ещё зверолюд-медведь обладал потрясающим присутствием. Он ведь возвышался над остальными участниками банкета чуть ли не на голову с плечами.

Да в нём почти семь футов роста!

— Дайте пройти.

Голос Вилла не был ни громким, ни угрожающим, но звучал ясно и с весом власти, и толпившиеся люди тут же расступились, освобождая нам дорогу.

Прямо как Моисей, раздвигающий Красное море!

Несколько авантюристов выглядели так, будто готовы возмутиться отношением Вилла, но рыцари немедленно опустились на колени, отдавая ему почести, и авантюристы быстро поняли, кто перед ними. Осознав это, один за другим они тоже простёрлись перед ним.

Я всё ещё никак не могла привыкнуть к такому благоговейному обращению, но Вилл прошёл сквозь толпу так, словно ничего необычного не происходило.

Лично мне в таком положении ужасно неуютно…

— Нема! — окликнул меня Вилл, когда я замешкалась.

Другого выхода не оставалось, так что я ухватилась за хвост Ларса и двинулась вперёд.

Когда мы добрались до Красной Хлаады, Вилл наконец разрешил всем подняться.

— Мне сказали, что вы сыграли большую роль в успехе этой карательной экспедиции. Примите мою благодарность, — сказал он.

— …Пустяки.

Мечник явно нервничал.

Наверное, любой бы нервничал, если бы перед ним внезапно и без предупреждения появился член королевской семьи.

У мечника были светло-каштановые волосы, распространённые в Королевстве Гаше, и ясные, честные на вид глаза цвета жёлтого кварца. Его стройное, тренированное телосложение уступало мускулистой фигуре Шинки, но от него всё равно исходило ощущение силы.

И меч, который он носил, зарубил бесчисленное множество кобольдов.

…Нет, хватит. Сейчас я должна играть роль дочери герцога. Нужно стоять гордо и прямо, иначе это покажется подозрительным.

— Совсем нет, — ответил Вилл. — Благодаря усилиям вашей группы нам удалось избежать дальнейших жертв.

Пока Вилл разговаривал с мечником, я незаметно наблюдала за остальными.

Обе женщины из Красной Хлаады смотрели на Вилла.

Пожалуй, придётся признать: внешность у него, по крайней мере, очень хороша.

Все мужчины из Красной Хлаады были такими же, как мечник: все они казались напряжёнными.

Только зверолюд-медведь выглядел расслабленным и отстранённым.

Может, зверолюдей не слишком волнуют вещи вроде социального статуса?

О зверолюдах говорили, что у них сильны животные инстинкты и они склонны оценивать противников по физической силе. Иными словами, каким бы высоким ни был статус человека, если он слабак, зверолюд не впечатлится.

Ну, не то чтобы Вилл был слабаком, но…

И тут зверолюд-медведь внезапно двинулся.

Точнее, он пошёл ко мне.

Он был ещё мускулистее Шинки и, наверное, почти вдвое шире в плечах. Его тёмно-карие глаза оказались неожиданно мягкими, но я почти не обратила на это внимания, потому что всё моё внимание приковали его уши. Они были покрыты светлым мехом, чем-то между белым и серым, округлой формы, с лёгким заострением на кончиках — похожие на уши уссурийского бурого медведя или гималайского медведя. Но главное — мех у основания ушей был так соблазнительно пушист!

— Я Лак из племени ледяных медведей. Для меня честь встретить священного зверя ветра. — Зверолюд почтительно опустился на одно колено, а Ларс ответил равнодушным: «Гр-р».

Даже на колене он был огромным, но я полностью сосредоточилась на его ушах.

Медвежьи уши! А-а-а!

Словно почувствовав, как мои руки подрагивают по бокам, едва сдерживаясь, чтобы не потянуться к этим ушам, Ларс шлёпнул меня хвостом.

Но Ла-а-арс! Эти уши же…!

Ларс прищурился, явно уловив ход моих мыслей. Он будто говорил: «Это грубо, так что веди себя прилично!»

У-у-у!

— Эм, а ты кто такая?

— Прошу простить. Я младшая дочь Дейланда Осфе, Нефертима. — Я изящно присела в реверансе, как и подобает дочери герцога.

— Спасибо за представление. О, наверное, стоит сразу сказать: я не слишком знаком с человеческими манерами и вежливой речью, так что заранее прошу прощения, если ненароком покажусь грубым.

— Я не против, — сказала я. — Я понимаю, что между человеческой культурой и культурой зверолюдей есть различия.

То, что он выразил почтение Ларсу, показывало: зверолюди считают священных зверей божественными существами. Все виды почитали священных зверей как вершину всего живого, существ, связанных с Богом.

— Ты ведь не хозяйка священного зверя ветра? — спросил он.

— Нет, Ларс мой друг. Его хозяин — Вилл.

— Не может быть. Ты дружишь со священным зверем?.. — Его уши удивлённо дрогнули.

А-а-а, как же хочется их потрогать!

— А какое оно, племя ледяных медведей? — спросила я.

— Хм… Ну, среди зверолюдей о нас говорят, что мы помешаны на битвах. Мы хорошо переносим холод, отлично плаваем и считаемся одними из самых умелых среди медвежьих племён.

Значит, они и правда очень похожи на медведей.

Обычные медведи не любят драться, но они территориальны и помешаны на еде.

— Ну, раз я уже засвидетельствовал почтение священному зверю, пора бы пойти поискать себе еды!

Когда он поднялся, меня снова поразило, насколько Лак высокий. Я легко могла представить, как ему хватило одного удара, чтобы свалить кобольда.

Им, должно быть, было страшно…

Или, может, они радовались возможности сразиться с таким серьёзным противником?

Надеюсь, второе. Я не хочу таить ненависть к Лаку или мечнику.

— Пойдёшь со мной, маленькая леди?

Я задумалась и уставилась на Лака, размышляя обо всём этом, а он прервал мои мысли приглашением.

— Да! — воскликнула я.

Ларс выглядел неодобрительно, но он ведь тоже может пойти!

Я пошла за Лаком, но уже через несколько шагов начала отставать. Даже бегом я за ним не поспевала!

Когда он заметил, что я остаюсь позади, Лак поднял меня. Но не прижал к себе на руки, как Шинки или Ралф, а усадил к себе на плечи.

Сидя у него на плечах, я видела всё под другим углом, не таким, как обычно, и это было интересно. А ещё его уши были прямо передо мной! Вблизи они оказались такими же пушистыми, как я и представляла, и выглядели так, будто их невероятно приятно трогать.

— Надо сказать, юная леди, ты храбрая. Я впервые встречаю ребёнка, который меня не испугался.

Он большой и суровый на вид, так что обычные дети, наверное, и правда его боятся.

О, точно!

— Лак, мне нужно сказать Виллу, что я пойду есть… — пробормотала я.

— А? О, Его Высочество за тебя отвечает?

Сидя у Лака на плечах, я крикнула Виллу, что мы идём есть, и он в ответ уставился на меня.

Почему?!

— Нема, а как же твоё обещание Ралфу? — напомнил Вилл.

— Но ты ведь тоже идёшь, да?

Я не забыла обещание Ралфу! Так что давайте, Вилл и Ларс, пойдём есть!

— Ты безнадёжна, — вздохнул Вилл, потом повернулся к мечнику. — Простите за навязчивость, но не будете ли вы с вашим отрядом против присоединиться к нам за ужином?

— Если вы действительно не против…

— Не думаю, что у нас есть выбор. Когда она что-то решила, переубедить её почти невозможно.

— Лаку, похоже, тоже весело.

— Я бы не поверила, если бы не увидела своими глазами. Лак любит детей, но они всегда убегают от него с плачем, — заметила одна из женщин.

Значит, Лак любит детей? В таком случае, может, он разрешит мне потрогать его уши, если я попрошу…

— Лак, можно я потрогаю твои уши?

— Что, нравятся мои уши?

— Да! Они такие пушистые и выглядят очень мягкими!

— Вот как… Конечно, я не против. — Лак легко согласился и, кажется, был доволен, что я похвалила его уши.

Тогда я не стану сдерживаться!

Сначала я прикоснулась к основанию его уха, которое было примерно шириной с детскую ладонь. Оно оказалось таким же пушистым, как я и воображала. Отдельные волоски были тонкими, и, несмотря на то что росли очень густо, мех ощущался как мягчайшая пуховая набивка внутри подушки.

Когда я провела пальцами к кончикам ушей, волоски постепенно стали жёстче. Но даже на самом кончике мех всё равно был мягким, словно щетина кисти для рисования.

Что-то подсказывало мне, что играть с этими ушами будет успокаивающе, как когда я снимаю стресс, сжимая Хаку.

— Они такие мягкие и пушистые…

Не могу остановиться!

Я продолжала трогать уши Лака всё время, пока сидела у него на плечах.

По дороге мы встретили Ралфа, и он криво усмехнулся, увидев, в каком положении я нахожусь.

На банкетном столе было много мясных блюд, так что я призвала Нокса поесть с нами. Я выбрала целую жареную птицу какого-то вида, а когда съела бёдра и голени, Нокс и Грация с радостью доели за меня остальное. Блюдо было приправлено травами, так что я решила, что им можно его дать. Если бы оно было сильно посолено, они, наверное, не смогли бы его есть.

Хм, для Грации, кажется, кусок слишком большой.

Крошечный паук вцепился в целую жареную птицу и пытался её есть, но, похоже, ему было трудно откусывать куски.

Тогда Нокс, будто заметив то же самое, оторвал клювом кусочек мяса и передал Грации. Грация тут же набросился на меньший кусок и, обхватив его лапками, принялся с энтузиазмом жевать.

Как же мило он жуёт!

А эти двое и правда сблизились… Слава богу, они так хорошо ладят!

Банкет, судя по всему, собирался продолжаться до глубокой ночи, и постепенно к нему присоединялись жители города. Аппетитный аромат еды и звуки веселья, должно быть, разносились по всей Ленице.

В одном углу центральной площади города стояла группа, с тоской наблюдавшая за праздником. Это были дети из трущоб.

Хм, посмотрим, что я могу сделать.

Еду готовили в поставленном для этого шатре.

Я обратилась к одному из поваров наугад:

— Простите! Я хочу, чтобы вы дали тем детям работу. Можно?

Когда я указала на детей из трущоб, повар нахмурился.

— …Им нельзя доверить нормальную работу.

Ух, он отказал в лоб. Как мне его убедить?

Пока я пыталась придумать, что сказать, другой повар, стоявший позади первого, вмешался:

— А что плохого? Посмотри, сколько у нас работы. Любая помощь пригодится!

Он главный повар?

— Ладно, маленькая леди. Как видите, у нас гора посуды, которую надо вымыть. Уж с этим даже эти мелкие сорванцы справятся.

Вот это я понимаю, господин!

Теперь, когда он сказал, я действительно заметила в углу кухонного шатра переполненную гору грязной посуды.

Кроме тарелок и столовых приборов, нужно было вымыть множество кастрюль, сковородок и прочей кухонной утвари. Молодые работники низшего ранга лихорадочно пытались с помощью магии и ручной мойки хоть немного уменьшить эту гору грязной посуды. Но не успевали они что-то отмыть, как им приносили ещё. Им и правда было нелегко.

— Спасибо!

Я поблагодарила поваров. Потом мы с Лаком повернулись и направились к детям из трущоб. Я ехала на своём фирменном месте — у Лака на плечах.

Наверняка они будут ужасно завидовать, что я могу кататься тут!

— Точно всё в порядке? Они не похожи на тех детей, которые будут делать, что им говорят…

— Что-то подсказывает мне, что за еду они поработают. Это не милостыня и не подарок: они честно её заработают.

— Наверное…

К тому времени, как мы закончили этот короткий обмен, мы уже подошли к тому месту, где стояли дети. Они явно испугались. У некоторых даже слёзы стояли на глазах.

Лак правда кажется им настолько страшным? Он же очень хороший!

Так, как звали того мальчишку? Я сказала, что запомню, но уже забыла… Кажется, похоже на название какого-то земного животного… Панда? Нет… Медведь? Нет, тоже не то. Б… белуха! Нет, подождите, Белгар!

Слава богу, вспомнила!

— Белгар Криус здесь? — спросила я.

— Чё тебе надо?

Из группы вперёд вышел тот самый мальчик, который издевался над детёнышем кобольда.

— Вы, дети, голодные, да? Если поможете вымыть посуду, вам дадут еды.

— Кому охота таким заниматься!

— О? Разве ты не говорил, что хочешь защищать этих детей? — бросила я ему вызов. — Неужели ты правда собираешься позволить им голодать только потому, что тебе не хочется вымыть несколько тарелок?

Мальчик в ответ стиснул зубы. Я уже видела такое выражение лица. Этот мальчик ничего не понимал.

— Защищать кого-то — не значит только защищать его от врагов. Это ещё значит присматривать за ними, чтобы они могли вырасти и стать самостоятельными.

— Что ты знаешь?! Избалованная благородная соплячка вроде тебя понятия не имеет, каково нам на улицах!

Я не приняла его злой выпад близко к сердцу.

Я не знала, почему он живёт в трущобах, хотя его отец якобы авантюрист красного ранга, и как он стал фактическим лидером этих детей, но прямо сейчас это было неважно.

— Разве не твой долг — понять, искренне ли протянутая тебе рука хочет помочь, и повести остальных детей? — спросила я.

Какими бы ни были обстоятельства, роль лидера не меняется.

Так же, как Шинки защищал клан гоблинов. Так же, как Сицили правила стаей кобольдов.

Тебе нужно научиться вести за собой собственным примером. Если только лаять приказы и ничего не делать самому, ничего не изменится. Ты не сможешь защитить то, что хочешь защитить. Ты выбрал нелёгкую дорогу.

— Я думаю, желание кого-то защитить — это правда замечательно, — сказала я. — Но от чего ты хочешь их защитить? Подумай об этом. Их выживание зависит от тебя. Твой выбор может в итоге убить тех самых людей, которых ты, по твоим словам, хочешь защитить.

Не становись такой, как я.

— Я могу их убить?..

— Да. Если эти дети умрут от голода из-за твоей гордости, это всё равно что ты убил их сам, разве нет?

— Нет! Всё, что я делаю, я делаю ради них!

— Тогда уже соберись! Невозможно прожить всю жизнь и ни разу ни от кого не зависеть! Сначала тебе нужно научиться принимать помощь взрослых. Только тогда ты сможешь стать достаточно хитрым, чтобы манипулировать взрослыми и заставлять их плясать под твою дудку. Но не теряй из виду свою цель, слышишь? Ты ведь собираешься стать сильнее, чтобы защищать этих детей, да?

Мальчик молча уставился на меня.

Я не дрогнув смотрела прямо ему в глаза.

Молчание между нами стало таким тяжёлым, что шум веселья вокруг словно отошёл на задний план.

Лак и остальные дети молча наблюдали за нашим обменом.

— …Я понял, что ты пытаешься сказать. Ладно, тогда я буду манипулировать тобой, чтоб ты плясала под мою дудку!

Он правда понял, что я пыталась сказать?

Мальчик подозвал из стоявшей за ним группы пятерых детей, обращаясь к каждому по имени.

— Значит, делаем так. С этого момента мы шестеро будем заботиться об остальных детях. Пока что вымоем посуду. А завтра найдём работу, которую даже мы сможем делать.

Значит, он всё-таки понял.

— Дети постарше, наверное, могли бы вступить в Гильдию авантюристов.

Я лишь вскользь предложила это, но в ответ получила убийственный взгляд.

Хм? Может, у этого ребёнка плохое зрение, а я всё это время принимала его прищур за злой взгляд?

— Ты вроде другая, чем в прошлый раз.

— Да. Из-за меня погибло много людей…

Ой, чёрт! Я забыла, что Лак прямо тут! Он понял, что я говорю о кобольдах?

Я нервно покосилась на Лака, и он встретился со мной взглядом с болезненным выражением лица. Потом погладил меня по голове.

Он меня утешает?!

— Тебе, должно быть, было тяжело.

Эм… Я не понимаю, он неправильно понял или понял всё идеально и делает вид, что нет.

Вилл, наверное, взбесится, если узнает, так что я решила позже обсудить это с Ралфом.

— Ну, тогда идём. Главный повар, похоже, хороший человек. Я завтра покину этот город, так что удачи, — сказала я.

— Нефертима, когда я стану сильным, я найду тебя и похвастаюсь. Не забудь наше обещание.

О! Он запомнил моё имя!

— Хорошо. И ты тоже не забудь, Белгар.

Когда я вновь подтвердила это обещание с Белгаром, мне показалось, что я довольно хорошо скрыла тот факт, что сама уже успела напрочь о нём забыть.

Значит ли это, что теперь мы друзья? Буду считать, что да!

— Теперь мы друзья! — воскликнула я.

— А?!

Лицо Белгара стало ярко-красным.

Он смутился, что я назвала нас друзьями? Нежный возраст, всё такое…

Теперь, когда его задиристый настрой исчез, Белгар и ещё пятеро детей последовали за мной к кухонному шатру.

Человек, которого я приняла за главного повара, тепло встретил детей словами:

— Мы вас ждали.

Прежде чем они нырнули в огромную гору посуды, главный повар дал каждому немного еды, чтобы они продержались, пока не закончат работу и не смогут получить остальную часть ужина.

Думаю, дальше они справятся сами.

— Спасибо вам, мисс, что позаботились об этих детях. Это взрослые этого города должны были за ними присматривать.

Я видела, что повар явно переживает за Белгара и остальных детей. Наверное, он просто не знал, как им помочь и с чего начать.

— Пожалуйста, приглядывайте за ними, — ответила я.

Я надеялась, что Белгар быстро поймёт: не все взрослые плохие.

Этот крюк занял больше времени, чем я ожидала, так что я поспешила вернуться к Ралфу и остальным.

— Ты и правда не похожа на аристократку, маленькая леди, — сказал Лак.

— Я это часто слышу.

Хилран говорил то же самое, и Вилл постоянно мне это повторял.

Карна сказала мне никогда не меняться, но я вполне способна вести себя как благородная юная леди, когда нужно!

— Тебя благословили множеством спутников.

— Да, но именно из-за этого мне нужно многому научиться.

— Многому научиться?

— Да. Мне нужно больше узнать об этой стране и её людях, чтобы не опозорить имя отца и наш благородный род… Я всё ещё слишком многого не знаю.

Мои занятия с домашней учительницей Аннали охватывали широкий круг предметов. Я и сама изучала разные темы, так что было трудно точно сказать, где именно в моём образовании есть пробелы, но…

Этот случай болезненно показал мне, насколько я наивна, и я твёрдо решила узнать об этом мире всё, что смогу.

— Чем выше твоё положение, тем больше груз ответственности. Я пока ничего не могу сделать сама, но не хочу быть обузой для семьи только потому, что я маленькая, — призналась я.

Это были мои настоящие, ничем не приукрашенные чувства. Сейчас казалось, что я только и делаю, что обременяю свою семью, и я хотела хотя бы немного уменьшить эту ношу, если смогу.

Вот ещё одна причина, по которой мне нужно развить силу духа, чтобы сопротивляться соблазну!

Я прекрасно знала свою слабость: при первом же виде чего-нибудь пушистого у меня сносит крышу! Какая-то часть меня возражала, что такова моя природа и бороться с этим бесполезно, но я отчаянно попыталась похоронить этот голос.

— Похоже, быть аристократкой тяжело. Если попадёшь в беду, можешь рассчитывать на нас. Мы мало на что годимся, кроме драки, но если сможем помочь — поможем, — предложил Лак.

Он хороший человек.

Жаль, он не видит, что если просто поговорит с ними, то, наверное, обнаружит, что у него много общего с некоторыми монстрами. У меня было ощущение, что он и глава семьи Бойцов отлично бы поладили. Он был суровым, но добросердечным парнем.

— Я запомню! Спасибо.