Сборище падших

Перед нами до самого горизонта простиралась ровная сухая равнина. Вечернее солнце окрасило пейзаж пятнадцатого этажа подземелья в оранжевые тона. Мы с Кано пришли сюда на рейд.

В отличие от лабиринта туннелей и коридоров, из которых состояли этажи с десятого по четырнадцатый, пятнадцатый был широкой открытой местностью, где взгляду ничто не мешало. И всё же это точно было не то место, где хотелось бы сидеть и любоваться видом. Вдалеке между невысокими холмами и разбросанными полуразрушенными могильными плитами копошились монстры-нежить. На фоне кроваво-красного вечернего неба под безлистными деревьями вдоль дороги покачивались трупы повешенных преступников — картина выходила тревожная.

Кано осмотрелась, поморщилась и явно почувствовала себя неуютно.

— Э-э… Не думаю, что хотела бы прийти сюда одна…

— На твоём уровне ты была бы в полной безопасности, но я понимаю, о чём ты, — ответил я.

Проводить время среди толп монстров-нежити — занятие максимально далёкое от отдыха. Но на этом этаже были врата и отличное место для рейдов, так что спускаться сюда нам предстояло регулярно. Придётся ей привыкать.

— Братец, дух идёт к нам! — взвизгнула Кано.

— Вообще-то это призрак, на ступень выше духа, — пояснил я. — У призраков магическое сопротивление выше, чем у обычных духов, но против нас они всё равно не тянут.

К нам приближалась белая полупрозрачная фигура в человеческой форме. Его главной атакой было Поглощающее касание — навык, высасывающий жизненную силу, если монстр до тебя дотронется. Физические атаки проходили сквозь духовное тело монстра и не наносили урона. Зато магией их было сравнительно легко побеждать, потому что двигались они медленно.

— Свалим его магией, как и планировали! — сказал я.

— Угу!

Кано пока выучила только навык «Огненная стрела», так что мы использовали эту возможность, чтобы потренировать основы магии. Из-за низкой скорости полёта снаряда враги легко уклонялись от «Огненной стрелы», если стрелять с места и с большого расстояния. Поэтому нужно было повышать эту скорость: либо бежать, добавляя снаряду собственный импульс, либо выполнять навык метательным движением.

Однако быстрый запуск снаряда не увеличивал его силу. По какой-то странной причине в магии скорость и кинетическая энергия не были связаны, даже когда магия создавала объекты с массой. Магические явления нельзя было рассматривать через призму обычной физики. Зато чем больше маны вкладываешь в стрелы, тем выше их сила. Просто вкачивать больше маны — не самый эффективный способ тратить её ради урона, пусть в подходящих обстоятельствах это и могло стать мощным инструментом. Нужно учитывать текущий показатель интеллекта, общий запас маны и показатель сопротивления противника, чтобы подобрать оптимальный расход маны для конкретного боя. Научиться этому можно было только практикой.

Используя автоматическую активацию, Кано сотворила «Огненную стрелу». В её руке возник огненный сгусток размером с шарик для пинг-понга, и она метнула его в призрака. Снаряд, казалось, летел быстрее двухсот километров в час, просвистел в воздухе и ударил призрака в ногу.

— Попала! — обрадовалась Кано. — Ой, но он ещё не умер. Ну, то есть не стал ещё мертвее, чем был.

— Ты сбила ему равновесие, — сказал я. — Добей его мечом.

Кано рубанула призрака Мечом Вольгемурта в правой руке. Этот особый одноручный меч, выпавший с босса седьмого этажа Вольгемурта, мог вытягивать HP из цели и всё равно наносил урон противникам, неуязвимым к физическим атакам. Он был не так силён, как стихийное оружие, поэтому для такого же количества урона приходилось бить больше раз.

После четвёртого удара Кано призрак издал высокий визг и растворился в воздухе. На землю упал магический самоцвет несколько сантиметров в поперечнике.

— О-о, большой, — заметила Кано. — И цвет красивый. Сколько он стоит? Сколько?!

— В Гильдии за такой дают шесть тысяч иен, — сказал я.

— Шесть тысяч за штуку?! Ху-ху, сегодня в набэ у нас будет шикарная говядина!

Узнав стоимость магических самоцветов, моя помешанная на деньгах младшая сестра мгновенно оправилась от страха перед жуткими монстрами. Она даже выглядела воодушевлённой и готовой продолжать рейд. Самоцветы, выпадавшие с монстров пятнадцатого этажа, стоили куда дороже, чем камни с предыдущих этажей. Здесь можно было хорошо заработать, даже если делить добычу между большой рейдовой группой.

— Так куда теперь идём рейдить? — спросила Кано.

— На место казни под названием «Сборище падших».

— Место каз— Нам правда обязательно туда идти?..

Давным-давно на этом месте казнили барона и всех служивших ему рыцарей за преступление, которого они не совершали. Даже смерть не утолила злобу барона на ложное обвинение, и он вернулся монстром-нежитью.

Разработчики DEC добавили это место казни в DLC, так что большинство людей в этом мире, скорее всего, о нём не знали. Иными словами, оно могло быть полностью в нашем распоряжении. Но были и другие причины, по которым Сборище падших считалось хорошим местом для рейда.

— Монстры там появляются только в нескольких точках, — объяснил я. — Когда появляются, они медленно выползают из земли. Поэтому первый удар нанести легко. Некоторые называют это игрой в крота.

— Игрой в крота? — повторила Кано. — Они что, высовываются и прячутся обратно, как в автомате?

Там появлялись два вида монстров, оба шестнадцатого уровня. Скелеты-рыцари с большим щитом и одноручным мечом, а также воины-мертвецы, вооружённые двуручными мечами. Они были на уровень выше среднего для монстров пятнадцатого этажа, но нам с Кано, достигшим девятнадцатого, не представляли серьёзной угрозы.

Если собрать двенадцать экземпляров особого предмета, который с них выпадал, можно было положить их в центр Сборища падших и призвать особого монстра — Кровавого барона. Вот это уже добавляло веселья.

— Кровавый барон… Полагаю, это тот самый казнённый барон? — задумалась Кано.

— Ага, — ответил я. — С него падает предмет, который можно обменять в «Товарах бабули» на двадцать лир. Рыцари, которые появляются вместе с ним, тоже роняют снаряжение из мифрилового сплава, но обычно оно всё избитое.

— Избитое? И зачем нам такой хлам?

С рыцарей падали сильно помятые доспехи или погнутые оружия с затупленными клинками. Ничто из их добычи не годилось, чтобы сразу экипировать, зато её можно было переплавить и благодаря высокому содержанию мифрила выковать качественный мифриловый сплав. Моей главной целью в сегодняшнем рейде было собрать на месте казни монеты подземелья и мифрил для снаряжения, которое пригодится нам на двадцатом этаже и ниже.

Мы шли по мягко поднимающимся холмам, отстреливая магией всех приближавшихся призраков, и вдруг закатное небо потемнело. Над нами закружились густые чёрные облака, образуя огромный вихрь. Мы вошли в зону DLC, где всё становилось мрачнее. Визжащий ветер пронёсся через высохшую, безжизненную растительность. Вдали я увидел что-то похожее на ферму, окружённую примерно пятидесятиметровой оградой. Так мы и добрались до цели — места казни под названием Сборище падших.

Мы с сестрой подошли к ограде и заглянули внутрь. Зданий и сооружений там не было, только несколько невысоких земляных холмиков.

— Авантюристов не вижу, — сказал я. — Значит, можем держать это место только за собой.

— Для места под названием Сборище падших список гостей выглядит довольно скромно, — сказала Кано. Похоже, она ожидала увидеть внутри больше монстров, чем две шаркающие нежити.

Её интуиция была права наполовину. Монстры появлялись на месте казни так, чтобы внутри всё время находились два монстра. Стоило убить одного — появлялся следующий. Но новые монстры медленно выкапывались из земли. Если сначала разобраться с уже активными, то убивать выползающих, пока они беззащитны, было просто.

В DEC игроки выработали для этой рейдовой зоны простую систему: вставали лагерем у каждой из двенадцати фиксированных точек, откуда могла лезть нежить, и убивали монстров сразу, как те выбирались наружу. Нам с Кано приходилось чуть сложнее, потому что нас было всего двое и нужно было бегать к монстрам, когда они появлялись. Но если делать регулярные перерывы и беречь выносливость, мы справимся.

— Тот ближний с щитом — скелет-рыцарь, — сообщил я Кано. — А тот, что подальше и с мясом на костях, — воин-мертвец.

— И ты говорил, что скелеты-рыцари могут использовать один из навыков Рыцаря, да? — спросила она.

— Ага, они используют «Удар щитом». Его тебе и надо опасаться. Если попадёшь под удар, пока навык активен, несколько секунд не сможешь двигаться.

— Поняла.

Мы положили вещи на землю и приготовились к бою, надев рюкзаки со специальным оружием, которое принесли на этот случай. Сегодняшний рейд был всего лишь пробой — посмотреть, как всё сработает, — так что я не слишком переживал о безупречном результате.

— Я беру воина-мертвеца, ты — скелета.

— Хорошо, — ответила Кано.

Я дал знак, и мы бросились к монстрам. Кано бежала быстрее меня и добралась до своей цели на секунду раньше. Скелет попытался закрыться щитом от первого удара, но она мгновенно сместилась в его слепую зону и нанесла рубящий удар. Разница в уровнях была огромной, так что она без труда его одолела.

Моим противником был воин-мертвец, который волочил по земле длинный меч. Клинок был шире одноручного меча и тяжелее, но монстры шестнадцатого уровня обладали достаточной силой, чтобы махать таким оружием одной рукой.

Воин-мертвец заметил меня с расстояния тридцати метров, зарычал и бросился вперёд. Он мгновенно сократил дистанцию, остановился за пять метров и взмахнул длинным мечом снизу вверх, подняв песок и пыль, пока клинок тащился по земле. Верно оценив траекторию оружия, я уклонился и боковым броском метнул в монстра «Огненную стрелу». Даже из неудобного положения «Огненная стрела» всё равно летела куда быстрее, чем смог бы бросить обычный человек. Моя атака ударила воина-мертвеца в бок и более чем хватило, чтобы сбить его с равновесия. А этого было достаточно. Теперь настал мой черёд.

Я сблизился с монстром и активировал оружейный навык, пока тот не успел прийти в себя. Воин-мертвец отчаянно попытался закрыться длинным мечом, но было поздно.

— Пусть это разорвёт тебя надвое! Рассечение!

Я использовал «Рассечение», первый оружейный навык, который изучают бойцы. Кария тоже применял этот навык в дуэли. Поскольку он использовал «Рассечение» с длинным мечом, дальность у него была больше, а атака — мощнее, но время активации навыка увеличивалось. Я же применял «Рассечение» тонким лёгким мечом в правой руке, благодаря чему активация была почти мгновенной.

Монстр оказался слишком медленным, чтобы полностью защититься, и моё «Рассечение» врезалось в его открытый левый бок. Я идеально рассёк воина-мертвеца пополам по поясу. Обе половины упали, а монстр превратился в магический самоцвет.

Я оглянулся и увидел, что скелет-рыцарь тоже стал самоцветом. Кано прикончила его в одно мгновение.

— Отлично. Следующие появятся примерно через тридцать секунд, так что готовься их сбивать, — сказал я.

— Теперь понимаю, почему ты назвал это игрой в крота! Нам просто надо лупить их этими огромными штуками, да? — воскликнула Кано.

Кано вытащила из рюкзака метровую булаву. Это был моргенштерн — разновидность булавы с тяжёлым шипастым шаром на рукояти. Обычному человеку было бы трудно даже носить это двадцатикилограммовое оружие. Моя сестра была достаточно сильна, чтобы размахивать им одной рукой, хотя её немного качало. Булава была настолько массивной, что могла выдержать грубое обращение, даже если сталь у неё была не особенно прочной.

Место казни было отличной рейдовой точкой, потому что врагов можно было атаковать, пока они совершенно беззащитно выползали из земли. Но если они выбирались наружу, приходилось сражаться с ними нормально, поэтому нужно было добиваться, чтобы атаки убивали их до этого момента. Против бронированных врагов тяжёлое дробящее оружие подходило лучше мечей.

Я взял свой моргенштерн и попробовал помахать им одной рукой. Силы у меня более чем хватало, чтобы держать тяжёлое оружие, но при каждом взмахе приходилось вкапываться ногами в землю, иначе меня самого унесло бы. Чтобы освоить правильную технику, нужна была практика.

Пока я об этом думал, справа из земли резко высунулась костяная рука — скорее всего, скелет-рыцарь.

— Лезет, братец!

— Смотри внимательно, Кано. Делать надо вот так.

Рука скелета скребла землю, пока монстр пытался выбраться наружу. Как и в игре, монстрам требовалось десять секунд, чтобы вылезти. Я поднял булаву над головой и со всей силы обрушил её на беззащитного врага.

— Получи!!!

Когда оружие с глухим ударом опустилось вниз, в воздух взметнулось огромное облако пыли. Кости скелета разлетелись по земле и вскоре растаяли, оставив после себя только магический самоцвет.

Удар напряг мои руки меньше, чем я ожидал: возможно, земля была мягкой, а может, физическое усиление укрепляло меня сильнее, чем я думал. Благодаря этому я понял, что в следующий раз при желании могу вложить в удар булавой ещё больше силы. Хотя нужды не было. Первой атаки уже хватило, чтобы убить его одним ударом.

У этих монстров с небольшой вероятностью выпадали проклятые внутренности — квестовые предметы, необходимые для призыва Кровавого барона. С убитых нами ничего такого не выпало. Разумеется, нам не могло настолько повезти.

— Ух ты, круто! О, смотри, там ещё один вылезает!

— Продолжим их убивать и посмотрим, что получится. О, и у меня тоже один вылезает.

Глухие удары наших булав гремели следующие несколько часов, пока мы носились туда-сюда по ветхому месту казни, уничтожая всех появлявшихся монстров.