Эпизод 8. Та, кого призвали

Через несколько дней после званого ужина мы ехали в карете герцога Капелла к его старому замку.

— Я так разочарована. Я думала, мои сёстры тоже будут среди тех, кто поедет с нами, — пробормотала я.

— Да, — ответил Рик таким тоном, будто имел в виду что-то другое.

А? Рик знал моих сестёр? Наверное, знал: они ведь тоже приходились ему родственницами. Учитывая, чем всё закончилось с моими сёстрами, ему, должно быть, пришлось с ними несладко.

Сегодня мы ехали не в скоростной, а в обычной шестиместной карете, поскольку передвигались в пределах владений герцога. Поэтому Рик и Ноэль сидели напротив меня, а рядом со мной были моя камеристка Вио и…

— Вы говорите о своих старших сёстрах, леди Юль? Они, должно быть, такие чудесные люди. — Корделия сидела рядом так, что буквально прижималась к моей руке.

С тех пор как она защитила меня от своего отца, она в какой-то момент стала звать меня уменьшительным именем. Правда, теперь она начинала слишком уж напоминать Шелли. Я надеялась, что до такой же возбуждённости она всё-таки не дойдёт. От всего сердца молилась, чтобы она осталась такой, какой я её знала: чистой и относительно серьёзной.

— Ах, разумеется! Мои старшие сёстры такие чудесные и милые!

— Правда? Тогда я очень жду встречи с ними!

Пока мы с Корделией улыбались и болтали, Рик сменил своё немного странное выражение на хмурый вздох.

— Хотел бы я быть таким же беззаботным, как ты.

Тесноту кареты ещё можно было терпеть, но Рик и Ноэль оба были настороже с тех самых пор, как узнали, что наш пункт назначения — замок, который Каллисто одолжил у герцога Капелла.

Это ведь потому, что они обо мне беспокоились, да? Не потому, что я всё время улыбаюсь, да?

Но я ничего не могла с собой поделать. Я не только собиралась снова увидеть моих милых сестёр — у меня просто сама собой появлялась огромная улыбка всякий раз, когда я начинала продумывать, как лучше наказать Каллисто. Может, в последнее время я и правда начала чуть слишком сильно отклоняться в сторону нечеловеческого?

Не. Вол. Нуй. Тесь. Со. Мной. Всё. В порядке. (Наверное.)

И вот, спустя некоторое время…

— Замок уже виден, леди Юль.

— Спасибо, Вио. — С самым спокойным и человекоподобным выражением лица я наклонилась к Вио и выглянула в дорогие стеклянные окна. Старый замок находился далеко от столицы герцогских владений. Сквозь просветы в лесу я увидела, что он небольшой и стоит на берегу красивого озера. Можно было бы представить, что летом это приятная загородная резиденция для спасения от жары, но, раз Корделия тоже приехала сюда впервые, приходилось думать, что содержать его было хлопотно.

По всему берегу росли камыши выше меня, а вокруг замка было столько сорняков, что место напоминало одну известную прерию. Сам замок тоже весь зарос плющом и казался скорее заброшенным, чем просто старым.

Если они такие богатые, почему ничего с ним не сделали?

— Принц Людорик, леди Юлюсия, благодарю вас за то, что проделали такой путь.

Перед старым замком нас ждала герцогиня Изабелла Капелл с несколькими камеристками. Позади неё стоял Каллисто, наш хозяин; казалось, он тоже вышел нас приветствовать, но его рот открывался и закрывался, как у рыбы без воздуха, и ни единого слова так и не прозвучало, прежде чем он наконец умолк.

— Матушка!

— О, Корделия. Вижу, ты приехала вместе с принцем Людориком. Тебе удалось поговорить с ним по дороге?

— Нет, я говорила с леди Юль.

— Так не годится. Не робей рядом с ним. Ты должна разговаривать с Его Высочеством.

— Но, матушка…

Когда мы впервые встретились, Корделия и её мать казались очень близки, но, возможно, это было лишь потому, что Корделию так приучили. Стоило ей хоть немного отойти от сценария — и они уже совсем не могли общаться.

Рик вздохнул и вышел вперёд.

— Кажется, нас пригласил сюда архиепископ? — спросил он именно то, о чём думала я.

Герцогиня Изабелла бесстыдно улыбнулась.

— Это наш замок, и средства на него предоставляет наш дом. Я лишь решила поприветствовать вас от имени архиепископа Каллисто.

— Понятно. Тогда вы знаете, что именно мы будем здесь делать?

— Хо-хо-хо. Это вам придётся увидеть собственными глазами. Но прежде давайте немного перекусим.

— Хорошо.

Лично мне было всё равно, но казалось, герцогиня смотрит на меня сверху вниз. В ней ощущались какие-то противоречивые чувства. Возможно, если дать ей ещё немного времени, она созреет и станет готова к трапезе?

— Тогда позвольте нам…

— Прошу, леди Юлюсия! Сюда! — Каллисто наконец шагнул вперёд, перебил герцогиню и с пылом сам вызвался быть нашим проводником. — Прошу всех следовать за мной. Леди Корделия, вас тоже.

— Хорошо, — сказала я, взяла Корделию за руку и пошла. Рик тут же оказался рядом со мной, а Ноэль держался на несколько шагов позади и отдавал распоряжения наёмникам.

Все такие серьёзные, — осторожно подумала я, и тут…

— Принцесса!

Пока нас вели в главный зал, я услышала странно знакомый голос.

Я не была уверена, можно ли это помещение вообще назвать главным залом. Похоже, когда-то здесь устраивали вечерние приёмы, но почему-то теперь посреди него готовили что-то похожее на большой магический круг, а вокруг возились люди, похожие на магов. Что это вообще такое? На круг призыва похоже, но и отличается.

Молодой человек проскользнул между занятыми работой людьми и подбежал к нам.

— О прекрасная принцесса. Вы стали ещё прекраснее, чем я помню.

— Рада снова вас видеть, сэр Альфио.

Вот он. Альфио, самопровозглашённый Герой Сигуля. От того, как он на меня смотрел, мне не хотелось даже обращаться к нему по имени; к тому же я отказывалась называть его Героем, пока никто из королевской семьи Сигуля не признал его таковым. В Священном королевстве Герой был таким же важным титулом, как и Святая, поэтому одного того, что Каллисто его так называл, было явно недостаточно.

Добравшись до меня, Альфио опустился на колено и попытался поцеловать тыльную сторону моей ладони.

— Как ты смеешь так фамильярно обращаться с принцессой нашего королевства? — сказал Рик давящим тоном, схватил Альфио за руку и сверху вниз уставился на него.

— Кто ты такой? — угрюмо спросил Альфио снизу.

— Я Людорик Талителудский. Только не говори, что ты обо мне не слышал.

Судя по тому, как Альфио отступил, имя принца он всё же узнал. Несмотря на недовольное выражение лица, он для виду склонил голову.

— Прошу меня простить. Искренне. Я не дворянин и не из этого королевства.

Ух ты, какая отвратительная манера держаться.

Для людей с деньгами, заклинательным искусством и навыками мечника такое было не так уж необычно: уверенные в своих способностях люди порой странно враждебны к тем, у кого есть политическая власть. Но на этот раз он явно выбрал соперника не по зубам. Один из паладинов уже положил руку на рукоять меча — не только из-за дерзости по отношению к принцу, но и потому, что степень неуважения уже перешла в наглость. К счастью для Альфио, Рик поднял руку и остановил паладина.

— Как тебя зовут? — спросил Рик.

— Я Альфио. В Сигуле меня знают как Героя.

От того, что Альфио представился «Героем», поморщился не только Рик, но и паладины.

— Понятно. От моей тётки, королевы Сигуля, я о тебе ничего не слышал, но неважно. Можешь идти. Возвращайся к работе.

Вот это да! Одним ударом отделался!

В конце концов, он был всего лишь самопровозглашённым Героем с временным титулом. Возможно, в других местах всё иначе, но здесь человека даже не признавали, пока он хотя бы не пробудился и не получил благословение элементалей.

— Прошу меня извинить. — Лицо Альфио уже перестало быть ярко-красным и стало каким-то тёмным, когда он ушёл.

За ним с тревожными выражениями последовали остальные члены партии героев. Среди них были мои сёстры. Старшая сестра Аделина метнула в меня такой невероятный взгляд, что я ответила ей самой сияющей улыбкой. Она вздрогнула и отступила.

Ох, я просто не могла этого вынести! Старшая сестра Аделина была такой милой!

— Ноэль, — сказал Рик с мрачным лицом, глядя им вслед.

— Да, Ваше Высочество. — Ноэль вышел вперёд, и теперь Рик с Ноэлем стояли по обе стороны от меня, охраняя.

Что это было? Они теперь настолько близки, что могут едва ли не читать мысли друг друга? Это было куда лучше, чем их прежняя колючесть, но я всё равно не могла поверить, насколько они теперь действуют в унисон. Как такое возможно?

Мальчики — загадочные существа.

— Юлюсия. Не позволяй этому мужчине так легко к тебе приближаться, — сказал Рик голосом, похожим на отцовский.

— Простите, старший брат Людорик. Я буду осторожнее. Хотя должна признаться, я нечасто вижу вас с такой стороны. Вы действовали так властно. Прямо как принц из сказки. Это было чудесно.

Корделия покраснела и согласно кивнула.

По сравнению с тем задирой с нашей улицы, каким он был в детстве, теперь он стал таким зрелым. Я улыбнулась ему снизу вверх, но он нахмурился и отвернулся.

— За кого ты меня вообще держишь?

Рик совсем отвернулся, и я попыталась заглянуть ему в лицо. Он легонько ткнул меня в голову. У него и уши, кажется, чуть покраснели?

— Обязательно меня так тыкать? — Больно, конечно, не было, но я немного надула щёки, чтобы показать недовольство. Ноэль мягко погладил меня по затылку.

— Что ты делаешь? — Он пытался меня утешить? Я в растерянности оглянулась, и Ноэль, покраснев, отдёрнул руку.

— Ничего, прости.

Ох уж. Неужели вы не знаете, что на самом деле мне нравится, когда мне уделяют такое внимание?

Рик и Ноэль были такими классными, но в них было и что-то милое. И они сильно отличались от кое-кого из Мира демонов.

Это, конечно, хорошо, но за спиной я услышала какой-то визг восторга и поняла, что в Бри, возможно, снова вселилось нечто нечистое.

— Принц Людорик, прошу простить меня за то, что не смог принять вас, когда вы прибыли.

Герцогиня Изабелла и Каллисто провели нас в помещение, похожее на столовую, где нас встретил герцог Капелл. Он был занят приготовлениями.

— Прошу прощения за нынешнее состояние замка и за то, что мы не смогли подготовить более просторное помещение. К сожалению, все в этой комнате не поместятся, поэтому я вынужден попросить ваших сопровождающих принять наше гостеприимство в другой гостиной. Разумеется, для солдат мы тоже приготовили угощение.

Рик с некоторым подозрением посмотрел на всё это и ответил:

— Вот как? Благодарю за заботу.

Герцог Капелл не сказал ничего особенно странного. Для охраны, солдат и тому подобных людей было вполне обычным есть в другом месте: принять сразу всех невозможно.

Правда, обычно это работает только тогда, когда ты доверяешь хозяину.

В любом случае, почему герцог Капелл отказывался встречаться со мной взглядом? Он говорил только с Риком и не бросал в мою сторону даже взгляда. А если всё же на долю секунды встречался со мной глазами, тут же отворачивался. Наверное, у него от этого шея болела — так резко он дёргал головой.

Как он мог так со мной обращаться после нашего чудесного разговора?

— Здесь не тесновато? — вырвалось у меня.

— Э-э, прошу простить. Мы всё готовили в большой спешке и ещё не закончили с обивкой. Прошу простить состояние помещения. — Отвечая, он обливался потом. Похоже, даже его самого это беспокоило, и потому он не смог оставить мой вопрос без ответа.

Не волнуйтесь. Если бы я стала над вами подшучивать, то не из-за этого.

Для комнаты, где едят, она была не такой уж большой, но если убрать разбросанные по ней коробчатые штуки с магией неизвестного происхождения, места стало бы много. И всё же у меня было чувство, что если я продолжу указывать на странности, потный герцог Капелл начнёт вести себя ещё более подозрительно, чем уже вел, так что я решила оставить эту тему.

— И Корделия. Я хочу, чтобы ты пошла со мной, — холодным голосом сказала герцогиня Изабелла.

— Но, матушка! — Было очевидно, что Корделия хочет остаться рядом со мной, но мать пыталась отозвать её назад, потому что Корделия ещё не поговорила с Риком.

— Я думала, что воспитала тебя лучше. Если ты отказываешься слушать, что я говорю, то, возможно, тебе пора уйти. Ты всегда должна делать так, как я велю.

— Да, матушка. — Корделия прикусила нижнюю губу и опустила голову перед холодным тоном матери, почти раздражённым.

— Изабелла, не нужно быть с ней такой суровой, — вмешался герцог Капелл.

— Она становится такой, потому что ты всё время слишком мягок с ней. С этого момента мне придётся удвоить её воспитание. Сегодня мне нужно, чтобы она вела себя как следует.

Герцог Капелл сочувствовал дочери, но его жена оставалась непреклонной. Корделия широко раскрыла глаза от потрясения и придвинулась ближе к отцу.

— Юлюсия, — прошептал мне на ухо Рик после короткого обмена с господином Медведем.

— Да? — прошептала я в ответ.

— Изначально за этой трапезой должен был присутствовать лорд Барнабас, но вместо него я возьму Ноэля.

— Я не против, но почему?

Рик чуть нахмурился.

— Поскольку мы понятия не имеем, что случится, лорд Барнабас хочет собрать наёмников, чтобы они были готовы действовать в любой момент.

А, вот как. Рик и господин Медведь думали, что герцог Капелл может что-нибудь здесь затеять. Однако, в отличие от его жены, в нём я такой решимости не чувствовала.

Я села на место, которое указал мне один из слуг Капеллов, и началась трапеза.

В итоге в этой комнате были только я, Рик и Ноэль. Вио и всех моих сопровождающих увели есть в другое место. На всякий случай я предупредила своих слуг, чтобы, если что-нибудь случится, они вывели наружу всех из моей свиты, поэтому не слишком волновалась. Все ведь будут в порядке, правда?

В любом случае, смысла на этом зацикливаться не было!

— Старшая сестра Аделина? Если вы будете так хмурить брови, это испортит ваше прелестное лицо.

— Это что, шутка? Какое право у такой, как ты, называть меня старшей сестрой?

Ах! Старшая сестра Аделина была просто восхитительна!!! Герцог Капелл действительно пригласил старшую сестру Аделину и старшую сестру Аурелин пообедать с нами! Остальной партии героев (ха-ха) здесь не было, но, раз герцог Капелл пригласил их младшую сестру, ему пришлось пригласить и их, хотя они сбежали из дома. К тому же они когда-то были дочерьми герцога и, вероятно, уже были с ним знакомы.

Напротив меня за большим столом сидела старшая сестра Аделина и смотрела на меня таким очаровательным взглядом, будто вот-вот готова была броситься мне в горло. Рядом с ней нервно ёрзала старшая сестра Аурелин. Должна сказать, она по-прежнему совсем не выглядела вкусной.

— Простите меня, старшая сестра. Я просто так счастлива наконец снова увидеть вас, что едва могу сдержаться.

— Ты серьёзно?..

Хм? Я совершила достойный поступок и извинилась, но почему-то она стала смотреть на меня ещё злее.

— Ах, кстати, я слышала, вы вдвоём присоединились к этим людям. Вас там как следует кормят? Я очень беспокоюсь о том, как мои благородные сёстры живут среди им подобных.

— Хмф. Пусть он и кажется немного ненадёжным, он многое знает и имеет множество лицензий и в заклинательном искусстве, и в земледелии. Уж тебе-то точно не о чем за нас беспокоиться. — Старшая сестра Аделина отвернулась.

— О! Правда? Как прекрасно. Я боялась, что он смотрит только на детей, так что мне очень спокойно это слышать. И отец перестанет так волноваться, если это означает, что вы двое нашли себе ещё и мужа.

— Ах ты…! — Старшая сестра Аделина ударила ладонью по столу и вскочила.

Ох уж.

Они ведь уже два раза видели, как он пытается поцеловать мне руку и его останавливают. Если у него есть и хорошие стороны, почему она так злится? В Священном королевстве почти не оставалось надежды найти семью, которая согласилась бы выдать их за своих сыновей, так что я решила, что это хороший вариант.

— П-прошу, просто остановись, Юлюсия! — предупредила меня старшая сестра Аурелин, пытаясь успокоить сестру.

— Что вы имеете в виду?

Как необычно. Она редко обращалась ко мне напрямую. Почему-то взгляд старшей сестры Аурелин перескочил с меня на сидящего рядом со мной человека. Я глянула туда, и…

— Юлюсия. — Рик молча слушал мой любящий разговор с сёстрами, но теперь глубоко вздохнул и помассировал переносицу. — Просто прекрати. Я понимаю, что ты рада наконец увидеть их снова, но, когда так увлекаешься, у тебя есть привычка говорить слишком… прямо.

— О. — Слишком прямо? Я понятия не имела, что так себя веду. Может, поэтому герцог Капелл тоже начал меня избегать?

— Аделина, рад снова тебя видеть.

— Я тоже рада вас видеть, принц Людорик.

Когда Рик встретился взглядом со старшей сестрой Аделиной, в его глазах появилось такое выражение, будто он думал о событиях давнего прошлого. Она выглядела как надутый ребёнок, едва сдерживающий слёзы.

Я вопросительно посмотрела на старшую сестру Аурелин. По тому, как она отвернулась, я почти могла представить, как она вскрикивает. Неужели я заслуживала такого страха?

Я хотела спросить, что между ними было, и потому уставилась на неё пристальнее. Она посмотрела на этих двоих и отчаянно затрясла головой, предупреждая меня молчать.

Хмм. Раз они были родственниками близкого возраста, я представляла, что Рик и мои сёстры были чем-то вроде друзей детства. Однако в этом вихре эмоций ощущалось что-то большее.

Кстати, Рик ведь когда-то был помолвлен. Может, его невестой была старшая сестра Аделина? Должно быть, она сделала что-то ужасное, раз королевская семья расторгла помолвку с дочерью герцогского дома.

— В-в любом случае, давайте есть! — внезапно крикнул герцог Капелл, уже не выдерживая тяжёлой атмосферы. Он начал отдавать распоряжения камердинерам.

Ну, ладно. У каждого были свои проблемы.

И всё же как мне вообще начать описывать эту сцену?

Герцог Капелл что-то тараторил, пытаясь разрядить обстановку, а рядом с ним жена его игнорировала. Рик, как обычно, угрюмо молча ел. Старшая сестра Аделина не попыталась взять ни кусочка. Старшая сестра Аурелин ёрзала и ела от отчаяния. И, если вам интересно, Каллисто всё это время тоже был здесь, но по-прежнему изображал украшение стены.

Интересно, почему? У меня были некоторые догадки, но мне казалось, что причина этой перемены в его личности должна быть довольно серьёзной. Наверняка это не из-за меня. Как бы я порой ни вела себя, в Мире демонов я лучше всех умела считывать обстановку, так что решила пить только воду и вообще не прикасаться к еде.

— О, неужели еда не по вкусу столь благородной леди, как вы, леди Юлюсия? — спросила герцогиня Изабелла, посмотрев на меня.

— Матушка, пожалуйста, не надо.

— Молчи, Корделия. Я спрашиваю из заботы.

Но почему? Она ждала возможности меня уколоть?

— Герцог Капелл, кто он такой?

Надо же. Рик опередил её.

Они вынудили уйти паладинов, охранявших Рика, а за столом с нами сидел этот незнакомый мужчина. За его спиной даже стояли люди, похожие на слуг.

— Ах, я совсем забыл. Прошу принять мои извинения. — Судя по тому, как он засуетился, герцог Капелл действительно забыл представить этого человека из-за предыдущего разговора. — Это лорд Кодл, которого я пригласил из Телтеда, чтобы он оказал нам техническое руководство при проведении предстоящего ритуала.

Представление звучало так, будто речь шла о ком-то, кто ходит по домам и пытается обманывать людей. Крупный мужчина, весь угловатый, как валун, поднялся и без улыбки поклонился.

— Меня зовут Кодл Длен. Я много слышал обо всех вас. Заранее прошу простить меня, если, будучи деревенщиной, посвятившей себя исследованиям, скажу что-нибудь неучтивое.

Он исследователь? На мой взгляд, он больше похож на солдата или даже на кого-то нечеловеческого.

— Все мужчины в Телтеде такие же мускулистые, как вы, лорд Кодл? — спросила я.

Кодл на миг лишился слов, а затем наконец отвёл взгляд от моего пристального взгляда и улыбнулся.

— В Военной стране на слабых смотрят с презрением.

Военная страна Телтед. Талителуд называли Священным королевством, а Сигуль — Страной земледелия, но это не были их официальные названия. Хотя Талителуд гордился тем, что он Священное королевство, мы не представлялись так людям из других стран и точно так же не называли Королевство Сигуль «Страной земледелия» при ком-то из Сигуля. Некоторые солдаты из Телтеда, возможно, и называли свою страну так, как она была известна среди них самих, но не в разговоре с человеком из другой страны. Это не обязательно означало, что он не из Телтеда, но и не похоже, чтобы он сказал это потому, что был солдатом. Значит ли это, что мне разрешено над ним подшучивать?

— Поэтому вы стали сильнее любого человека? — спросила я с дружелюбной улыбкой.

Кодл потрясённо посмотрел на меня. Но если серьёзно, Кодл и те парни, которые, наверное, были его сопровождающими, явно не были людьми. И они не были существами Эфирного мира вроде нас, демонов или элементалей.

Так кто же они? У нас есть существа, называемые чудовищами: когда-то это были животные, которые впитали слишком много маны, а затем сформировали камни маны в сердце. В Священном королевстве их видели редко. Сама я никогда ни одного не видела, но у меня появилось ощущение, что эти ребята похожи на чудовищ, принявших человеческий облик.

Кодл погрузился в задумчивое молчание, так что Рик исполнил свой принцевский долг и заговорил с герцогом Капеллом.

— Кстати, архиепископ Каллисто упоминал что-то об использовании магии Юлюсии ради Богини. Что именно это значит?

Тон Рика звучал скорее как требование объяснений, чем как простой вопрос, поэтому герцог Капелл, хоть и выглядел немного облегчённым, ответил так, будто читал реплику по бумажке:

— Я оказываю архиепископу поддержку, потому что глубоко проникся его идеалами. Его цель — создать место для нисхождения богини Костор или хотя бы одной из её служительниц, пусть и на короткое время, чтобы поговорить с ней о том, как лучше направлять людей этого мира.

— Такое вообще возможно?

— Даже это только первый шаг. Наша конечная цель — вступить в общение с Богиней, и благодаря этому Священное королевство Талителуд сможет превзойти даже Землю веры на юге и стать истинной землёй Богини! — с приступом фанатичного пыла сообщил нам герцог Капелл.

Земля веры — я о ней слышала. Это страна в самой южной части континента, где мы жили. Она была известна религиозной атмосферой, как и Талителуд, но люди там поклонялись своей королеве и почитали её как богиню. В Мире света тоже были похожие страны.

Талителуд был принципиально другим и по форме правления, и по религии, но по какой-то причине герцог Капелл чувствовал к Земле веры странное соперничество.

В любом случае всё это зависело от того, существует ли богиня, в которую они верили, на самом деле.

— Значит, такой человек, как вы, занимался в Телтеде исследованиями именно этого? — спросила я Кодла.

Он нахмурил брови и коротко ответил:

— Верно.

Должно быть, нелегко нечеловеку жить в человеческом мире. Может, он держит в тайне, что только притворяется человеком? Я определённо сочувствовала тому, насколько это трудно.

Я ободряюще улыбнулась ему, надеясь показать, что поддерживаю его, даже если ничем не могу помочь. Почему-то сопровождающие Кодла заёрзали, а сам он скривился и отвёл взгляд. Почему?!

— Л-леди Юлюсия, если еда вам не по вкусу, возможно, вы предпочтёте что-нибудь выпить? — внезапно вмешалась герцогиня Изабелла, говоря довольно быстро.

Почему она об этом спрашивает? Мне не нужно было пить, но, раз я не притронулась к еде, возможно, отказываться ещё и от напитка было бы невежливо.

— Изабелла? — сказал герцог Капелл.

— Лорд Кодл привёз из Телтеда необычный напиток, чтобы мы могли им насладиться. Возможно, леди Юлюсия тоже захочет его попробовать.

— Вот как?

Герцог Капелл, похоже, ничего об этом не знал. Какая же грешная женщина эта герцогиня: принимает подарок от мужчины, даже не поставив мужа в известность.

Герцогиня Изабелла отдала приказ камеристке, и принесли несколько бутылок. Должно быть, напиток был очень вкусным, потому что бокалы налили не только мне, но и всем остальным.

Цвет у него был странный — оранжевый. И я видела внутри что-то искрящееся. Что бы это могло быть?

— За будущее Талителуда и Телтеда! — сказал герцог Капелл и поднял бокал.

Ого. Я знаю, что это.

— Что-то не так, Юлюсия?

— О нет, просто очень вкусно. — На самом деле для меня в нём был вкус, понимаете? Горько-сладкий вкус злых намерений.

Однако это было…

Я вдруг издала давящийся звук, и Рик вскочил со своего места.

— Юлюсия?!

Но затем он пошатнулся и схватился за лоб. Ноэль, заметив, что что-то не так, тоже попытался двинуться, но оба рухнули.

Мои сёстры и Корделия тоже потеряли сознание. Именно тогда мои слуги выбили дверь и ворвались из соседней комнаты.

Ох.

— Леди Юлюсия!

— Госпожа! Фанни, перенеси её отсюда!

— Н-нет, не…

— Магия госпожи нестабильна!

Как же я была рада, что они четверо выпили этого не так много.

— Яви свет.

От меня разошёлся свет, окутал тех, кто потерял сознание, и, кажется, мне удалось нейтрализовать яд.

— Прошу…

Не могу поверить, насколько сильным он был. Остальное мне придётся оставить им.

— Как вы посмели, людишки!

В тот миг, когда Тина уже готова была обрушить гнев на тех, кто навредил её любимой госпоже, Ниа схватила её за плечо и поглотила силу.

— Отпусти меня, Ниа!

— Тина, нельзя! Ты забыла, что велела нам леди Юлюсия?!

— Ар-р-р!

Юлюсия заранее дала четырём архидемонам приказ. Он касался не только этого случая, а любого момента, когда Юлюсия окажется недееспособной: прежде всего они должны обеспечить безопасность людей, которых она знала.

Это было всего лишь предупреждение, чтобы слуги не устроили бойню, если возникнет проблема, а Юлюсия не сможет действовать из-за своих человеческих обязательств. Тем не менее архидемоны старались как можно вернее повиноваться.

Если бы архидемоны подчинились инстинктам и разошлись, человеческие друзья Юлюсии умерли бы. Дело было не в том, смогут ли они защитить людей, а в том, что люди не выдержали бы миазму, которую архидемоны испускали, когда высвобождали свою силу. Она, вероятно, исказила бы не только их плоть, но и сами души.

Ноа взял руководство на себя.

— Вы трое, слушайте внимательно. Мы исполняем приказ госпожи и сперва гарантируем безопасность людей, которые ей дороги. Раз Вио и остальные служанки тоже потеряли сознание, значит, те, кто в других комнатах, скорее всего, тоже спят. Мы найдём их и выбросим за пределы замка. Фанни, ты помогаешь мне выносить их.

— Хорошо!

Фанни могла сохранять самообладание, потому что у неё были приказы; однако в глубине души Ноа был настолько взбешён, что говорил более грубо, чем обычно.

— Н-но что насчёт госпожи? — спросила Тина.

— В её нынешнем состоянии мы не можем её телепортировать. Внутренняя магия вышла из-под контроля, а мы недостаточно сильны, чтобы безопасно её переместить, — сказал Ноа.

— Тогда что нам делать?!

— Ниа будет сдерживать её магию своей силой, пока она снова не стабилизируется. Тина, ты тем временем защищаешь их обеих.

— Хорошо.

Роли были распределены. Ноа взвалил Людорика и Ноэля себе на плечи, Фанни подняла сестёр Юлюсии, и они вынесли свою ношу из комнаты.

— Ты в порядке, Ниа?

— Держусь.

Теперь остались только Тина и Ниа, пытавшиеся подавить магию Юлюсии. Однако на другой стороне комнаты оставшиеся люди начали действовать.

— Ч-что происходит?! — глаза герцога Капелла широко распахнулись от паники при виде потерявших сознание гостей.

— Слуги леди Юлюсии забрали принца? Как раздражает.

— Изабелла?!

Герцог резко повернулся к жене; та нежно баюкала на руках их дочь Корделию и холодными глазами смотрела на золотую девочку.

— С Корделией всё в порядке?! Это ты подмешала что-то в напиток?!

— Почему ты так паникуешь? Корделия всего лишь спит. Я планировала усыпить их всех, но, похоже, леди Юлюсия была готова к такому. Какая же она раздражающая девочка со всей своей святостью.

— Ты с ума сошла?! Что ты собираешься делать с этой ситуацией?!

Юлюсия испустила какой-то свет прямо перед тем, как потерять сознание. Если предположить, что это было заклинание, исцеляющее яд, значит, Изабелла действительно отравила всех.

Пока муж метался, пытаясь осмыслить происходящее, Изабелла одарила его ледяной улыбкой, лишённой всякого тепла.

— Я лишь помогла тебе. Тебе ведь нужна её магия?

— Изабелла…

Первоначальный план герцога заключался в том, чтобы создать заклинательное устройство, способное защитить их страну. Дом Капелл происходил от королевской семьи. Если с королевской семьёй что-нибудь случится, долг их дома — вести за собой граждан вместо неё. И ещё их долг — исправлять ошибки королевской семьи.

Нынешняя королевская семья была мягкосердечной. Во времена мира это было прекрасно, но Талителуд находился в центре водных путей, и сейчас многие страны, включая Землю веры на юге, нацелились на их плодородные земли. Поэтому герцог Капелл предложил создать устройство, которое с помощью заклинательного искусства сможет сделать круги призыва и магию элементалей стабильнее. Если бы это удалось, они смогли бы надёжно заимствовать силу высших существ — богов и элементалей.

Священное королевство было страной, где влияние божественного сильно, и герцог думал воспользоваться этим, но королевская семья отвергла его методы, и ему пришлось отказаться от планов. Однако среди дворян ещё оставались те, кто с этими методами соглашался. Дом Коуэлл был первым в этом списке, и хотя следующая глава дома, Альбертина, была гордой, герцог Капелл уважал её добродетельность, достойную дворянина.

Но ценности дома Коуэлл полностью изменились после того, как Форте, тогда ещё второй принц, женился и вошёл в их семью. Форте отодвинул Альбертину в сторону и сам стал герцогом. Он считал, что лучший способ защитить страну — сотрудничать с соседними государствами и поддерживать их, поэтому сосредоточил силы на дипломатии и получил поддержку королевской семьи.

Именно тогда дом Капелл и дом Коуэлл стали политическими противниками, а мнение дома Коуэлл начало получать предпочтение. После смерти Альбертины дом Коуэлл лишился всего, кроме имени, и фактически был распущен. Форте возвысили до великого герцога, и трещина между двумя домами стала ещё глубже.

Скорее всего, король сделал это из желания защитить сына и внучку, хотя восстановление титула великого герцога было для королевской семьи ещё и способом укрепить защиту страны.

Оставшиеся четыре герцогских семьи тоже были боковыми ветвями королевской крови, но теперь, спустя сотни лет, их понизили до вассалов королевской семьи. Вассалам надлежит посвящать жизнь королевской семье, но нынешний король был слишком добросердечен, чтобы добровольно отправлять вассалов в крайне опасные места. Вероятно, именно поэтому Форте и сделали великим герцогом: чтобы собственный сын короля взял на себя этот долг и нёс это бремя.

И всё же именно поэтому герцог Капелл считал, что гордость герцогов, посвятивших жизнь служению стране, была запятнана, и решил тайно возобновить свои планы. Герцог Капелл верил, что теоретически этот план должен быть осуществим. Однако заклинательная нотация устройства оказалась чрезвычайно сложной, а затем возникло ещё одно препятствие: у них не было хорошего источника огромного количества магии.

К счастью, его вторая жена Изабелла смогла решить обе проблемы. Она происходила из семьи, служившей дому Капелл из тени, и использовала свои связи, чтобы познакомить мужа с архиепископом Каллисто, которого изгнали в Королевство Сигуль, и Кодлом, исследователем из Телтеда. Каллисто оценил идеи герцога и пообещал сотрудничество Церкви Костора. Кодл применил свои знания, чтобы помочь с заклинательной нотацией, и научил герцога, как добыть большое количество магии. Оба мужчины были своеобразными и сомнительного характера, но других союзников, к которым можно было обратиться, у герцога Капелла не было, поэтому он решил им довериться и продолжил план.

По словам Кодла, магия обладала внутренними качествами, и он сказал, что лучше всего подойдёт чистая магия без атрибутов вроде огня или воды. С помощью Каллисто они собрали людей, способных использовать святую магию, и потому смогли получить магию высокой чистоты. К сожалению, её оказалось недостаточно. И снова на помощь встревоженному мужу пришла Изабелла, рассказав ему об одной особе.

Если у них будет Юлюсия, которую называли Святой за её огромный запас неэлементальной магии, они смогут получить чистой магии на сотни людей. Герцогу Капеллу было неприятно обращаться за помощью к дочери того мужчины, но заставить её использовать магию против воли означало отомстить Форте за пренебрежение к Альбертине, а заодно и королевской семье. С этой мыслью герцог принял предложение жены.

И всё же как они пришли к такой ситуации?

— Дорогой, не пора ли тебе уже принять реальность? Как бы всё ни сложилось, когда это стало бы известно, ты всё равно сделал бы врагами и королевскую семью, и дом великого герцога.

— Как ты смеешь!

План заключался в том, чтобы установить в замке устройство, пассивно поглощающее магию всех, кто находится внутри. Они собирались поставить Юлюсию в центр и украсть её магию так, чтобы она ничего не знала. Однако Изабелла и Кодл сочли, что этого будет недостаточно, и решили: куда эффективнее выжать её, пока девочка без сознания.

Одной только украденной магии Юлюсии должно было хватить почти до минимально необходимого значения. Именно поэтому её напиток отравили. Яд не просто погружал в сон; герцог считал, что они, должно быть, использовали опасную смесь, которая ещё и облегчала высвобождение её магии.

Принц Людорик не входил в первоначальный план, но теперь, когда он оказался вовлечён, дом Капелл неизбежно навлечёт гнев и дома великого герцога, и королевской семьи. Герцог пошёл на этот план только потому, что думал о благе Талителуда. Он никогда не собирался становиться врагом королевской семьи и раскалывать королевство.

— А это значит, тебе нужно просто низложить нынешнюю оппортунистическую королевскую семью и самому стать королём, — продолжила жена.

— Ты понимаешь, что говоришь?!

— Ты тайно осуществил этот план, потому что хочешь защитить королевство. Уж ты-то должен знать, что нужно сделать ради королевства. — Красивая улыбка Изабеллы и её сладкий вздох заставили герцога совершенно растеряться, будто он больше не мог ясно мыслить. — Принц Людорик тоже здесь. Если считаешь, что самому стать королём нереально, мы можем выдать за него нашу Корделию и объявить королём его.

Герцог потерял дар речи.

Изабелла уже давно говорила, что хочет ввести Людорика в их семью браком. Но что тогда станет с двумя сыновьями герцога Капелла?

Это было одной из причин, по которым он отмахивался от этой идеи, но теперь сознание словно онемело, и он не мог глубоко обдумать её слова. Единственное, на что он был способен, — крепко держать на руках свою любимую спящую дочь.

— Что ж, прекрасно, — сказала Изабелла. — Тогда я возьму ситуацию под контроль. Сначала нужно захватить принца, которого унесли слуги леди Юлюсии. И пусть кто-нибудь переведёт моего мужа и Корделию в пристройку.

— Да, госпожа!

Несколько человек молча принялись исполнять её приказы. Изабелла оглядела комнату, убеждаясь, что её услышали. Ещё несколько лет назад она заменила их домашних слуг людьми, сведущими в работе из тени, и теперь все они одновременно склонили перед ней головы.

— Хорошо. — Изабелла удовлетворённо кивнула их ответу.

Хотя она была гражданкой Священного королевства, в существование богов она не верила. Зато знала, что существуют существа, обладающие такой силой, что их можно считать богами: элементали, почитаемые как местные божества, и демоны. Если бы им удалось заимствовать и использовать хотя бы часть их силы, это принесло бы огромную пользу. Именно поэтому Изабелла согласилась с идеями мужа, хотя сама в богов не верила.

Однако её конечная цель была совсем иной.

Как вторая жена, Изабелла получила возможность объединить тех, кто служил дому Капелл из тени. Теперь ей служили отец, старший брат и младший брат. Все они были верны дому Капелл и понимали намерения Изабеллы, считая их лучшими для семьи. Ради её планов они делали всё, что от них требовалось, даже если это означало обманывать самого герцога.

— Э-э, герцогиня Изабелла? Что происходит?

— О, архиепископ Каллисто. — Изабелла обернулась и увидела архиепископа, выглядевшего невозмутимым из-за неспособности понять, что только что случилось. Как благочестивый верующий, он не пил отравленного алкоголя.

Каллисто поддерживал бывший кардинал, ныне отошедший от дел. Именно благодаря этому после устроенного им инцидента его сослали в другую страну, а не отлучили от церкви. Тем не менее Изабелла сочла его идеи полезными для своего плана и потому помогла ему вернуться в королевство.

К сожалению, он был человеком некомпетентным, но его преданность идеям и влияние в церкви нельзя было недооценивать. Поэтому Изабелла улыбнулась ему, хотя он был помехой, от которой она не могла избавиться.

— Никакой проблемы нет, Ваше Преосвященство. Теперь мы проложим путь к нисхождению нашей богини. Пока просто отдохните, а мы кое-что уладим.

— П-понимаю.

Каллисто беспокоился о потерявшей сознание Юлюсии. Скорее всего, он верил, что она настоящая Святая, но все их проблемы исчезнут с нисхождением существа, обладающего силой бога. Даже если они сделают врагами королевскую семью и страна окажется расколота, любой шум, который поднимут поддерживающие корону дворяне, вскоре стихнет, если за ними будет поддержка Церкви Костора.

— Изабелла.

Там был ещё один человек, и теперь он подошёл к ней: Кодл, исследователь из Телтеда. Она знала, кем он был на самом деле.

Он не открыл ей правды, но именно через её тайные связи вышел с ней на контакт. Решив, что сможет ими воспользоваться, она не стала копать глубже. Вероятно, Кодл тоже собирался использовать её, но она знала, что в итоге наверху окажется именно она. И, выстраивая отношения как с сообщником, Изабелла, исходя и из взглядов дворянки, и из взглядов человека, действующего из тени, пришла к выводу: если Талителуд тайно объединится с врагами человечества, оставаясь при этом на стороне людей, то среди человеческих стран он займёт более сильное положение.

— Что такое, Кодл?

— Подготовка идёт. Не позволяй слугам Святой вмешаться.

— Хорошо.

— Что произошло?

Людорик проснулся благодаря тому, что святая магия Юлюсии сумела нейтрализовать яд. Он сел, держась за кружившуюся голову.

— Проснулся?

— Ты…

Людорик осмотрел незнакомый лес, в котором оказался. Он сразу увидел членов свиты Юлюсии, находившихся в другой комнате, включая Барнабаса и Вио, а также мальчика, который к нему обратился, — дворецкого Юлюсии. Именно он уложил всех здесь на землю.

Дворецкий оглянулся с несколько раздражённым видом, из-за чего Людорик чуть отшатнулся. Слуги Юлюсии поклялись в абсолютной верности ей одной, а с Людориком вели себя почтительно лишь внешне, потому что он был принцем. Дворецкий при каждой возможности бросал на Людорика и Ноэля холодный взгляд.

Поскольку остальные слуги Юлюсии были девушками, Людорик с ними почти не взаимодействовал, но её дворецкий, казалось, всё время пристально за ним наблюдал, и Людорику было рядом с ним немного не по себе.

— Г-где Люсия? — Ноэль проснулся следующим, и это были первые слова, сорвавшиеся с его губ, пока он сжимал лоб рукой.

Людорик в панике огляделся.

— Точно. Где Юлюсия?!

Её нигде не было. Последнее, что он помнил, — как его внезапно сморило, и он был на грани обморока.

— Что случилось?! Почему Юлюсии здесь нет?! — Людорик сорвался так, будто был готов схватить мальчика за шею.

Дворецкий, одного с ним роста, остался совершенно невозмутим и ответил ему ледяным взглядом.

— Вас отравил дом Капелл. Леди Юлюсию в данный момент нельзя безопасно переместить, поэтому я оставил при ней личного рыцаря и камеристку, чтобы они её защитили.

— Что?! — Людорик был ошеломлён бесстрастным объяснением дворецкого. Защитить Юлюсию. Именно ради этого он и настоял, чтобы поехать в эту поездку. Так что он сейчас делал?

— Нужно к ней. — Ноэль пошатнулся в сторону девушки, которую любил, но бесчувственный голос дворецкого остановил его.

— И чем именно ты собираешься помочь ей в таком жалком состоянии? Моя госпожа прямо перед тем, как потерять сознание, сотворила заклинание святой магии, но я полагаю, что пока её лучше оставить там, где она есть.

— Тогда какого чёрта ты оставил её?! — В ярости Людорик схватил дворецкого за руку, но его гнев испарился перед ледяной жаждой убийства, исходившей от мальчика.

— Таков приказ леди Юлюсии: если что-нибудь случится, я должен прежде всего обеспечить безопасность остальных. Поверьте, если бы не её приказ, я бы не покинул её.

— Ар-р!

В тоне дворецкого слышалось, что их беспомощность теперь доставляет ему неудобства, и Людорику оставалось только ответить ему злым взглядом.

— Как тебя зовут?

— Ноа.

Пока они сверлили друг друга взглядами, появилась миниатюрная горничная с серебряными волосами, неся на плечах ещё нескольких служанок. Она уложила их на землю и, не замечая напряжения, окликнула их:

— Ноа, это последние! Остальных люд… людей я оставила там, в другом месте!

— Спасибо, Фанни. Теперь можем вернуться к госпоже.

— Хорошо!

— Я то… — Ноэль не успел договорить: Ноа поднял перед ним руку и посмотрел сверху вниз на нетвёрдо стоящего мальчика.

— Ты останешься здесь и защитишь этих людей. Это ведь часть твоей работы? Мы защитим леди Юлюсию ценой наших жизней.

— Давай, Ноа!

Ноа кивнул Фанни, и она побежала вперёд, а Ноа быстро последовал за ней. И Людорик, и Ноэль были потрясены физическими способностями слуг Юлюсии: они исчезли в мгновение ока.

— Проклятье! — Людорик ударил кулаком по стволу дерева, злясь, что его оставили позади.

Ноэль на миг опустил голову, но затем резко поднял её; в глазах появилась твёрдая решимость, и он посмотрел прямо вперёд.

— Я иду. Мне всё равно, что кто скажет. Она та, кого я хочу защитить.

— Да. Я чувствую то же самое.

Слова Ноэля помогли Людорику вспомнить, на что он способен, и он тоже повернулся к дороге. Но Ноа был прав: кто-то должен был остаться здесь и защищать всех, кто ещё без сознания. Бросить их казалось проигрышем Ноа, а это его совсем не устраивало.

— Ноэль, ты можешь исцелить их заклинательным искусством?

— Хм, не знаю, хватит ли моей святой магии.

И тут их разговор прервал голос:

— Идите.

Вио проснулась третьей. Она пошатываясь подошла к ним и протянула руку.

— Яви свет.

— Мисс Вио!

— Ты…

Вио наложила на них заклинание святой магии, вычищая из их тел остатки яда.

— Я сделаю всё, что смогу, чтобы позаботиться обо всех здесь. Поэтому, прошу, идите к леди Юль. Я знаю, что не должна просить такого у двух дворян, но умоляю вас!

— Понимаю. Мы чувствуем то же самое, — сказал Рик.

— Да, оставьте это нам. Клянусь, мы спасём Люсию! — добавил Ноэль.

Два мальчика твёрдо кивнули Вио. Они понимали её отчаянное желание, чтобы девочка была в безопасности. Но затем…

— Вот он!

— Там принц Людорик!

Мальчики повернулись на голоса. Это охрана, которую увели в другое место? Они тоже проснулись и пришли их искать?

— Принц Людорик.

— Знаю.

Нет, это были не их стражи. Они были одеты как дворецкие, а по тому, как подходили с обнажёнными мечами, мальчики мгновенно поняли, что эти двое — враги.

— Взять его!

— Принцу не вредить!

И это не были обычные дворецкие. По движениям ясно было, что они обучены бою. Ноэль защитно шагнул перед Людориком. Ни у одного из мальчиков не было оружия: они ведь были посреди трапезы. У Ноэля был спрятанный нож, но он решил, что вступать с ним в бой против этих двоих опасно, и вместо этого начал накладывать заклинание.

Но тут Людорик бросился вперёд.

— Р-а-а-а-а-а!!!

Он двигался с такой скоростью, что и не подумал бы, будто его только что отравили. Он застал дворецкого врасплох и ударил кулаком прямо в лицо. Один мужчина отлетел назад, врезался во второго и сбил его с ног.

— Ваше Высочество? Не могу поверить, что вы так сильны, — воскликнул Ноэль.

— Я сам не знаю, откуда это взялось.

Это была не та сила, которой обычно обладает мальчик. Людорику показалось, что в руке у него есть какой-то тёплый свет, и он посмотрел на неё. От такого сильного удара по человеку кулак болел, но…

— Вы в порядке, Ваше Высочество?

— Да. Было больнее, когда тот парень, Ноа, схватил меня за руку.

— Знаю. Он тоже очень дорожит Люсией.

На руке Людорика теперь был небольшой синяк. Решив, что это доказательство чувств Ноа к своей госпоже, Людорик поверил, что и он черпает силу из этих чувств.

— Ноэль, тебе больше не нужно быть со мной таким вежливым и обращаться по титулу.

— Хорошо. Пойдём, Людорик.

Два мальчика побежали ради одной девочки, всё это время удерживая свои чувства запертыми глубоко в сердцах.

— Ниа, что происходит?!

— Нужно… ещё немного продержаться…

На лбу Ниа выступали капли пота, пока она пыталась удержать магию Юлюсии под контролем. Поскольку она была демоном, Ниа обычно не потела даже в теле-сосуде. Однако использовать силу архидемона, чтобы поглощать в себя силу Юлюсии, было совсем непросто. Как эфирное существо, она испытывала эту нагрузку через воображение — и та проявлялась потом.

— Думаю, пора вам уже это прекратить, — заговорила Изабелла, пытаясь их убедить.

— Ты! — Тина мгновенно наполнилась яростью.

Ниа отчаянно попыталась её удержать.

— Тина! Контролируй магию!

— Ннгх!

Если Тина поддастся ярости и высвободит силу архидемона, это плохо повлияет на Юлюсию. Тина понимала это и потому сдержалась.

Изабелла на мгновение испытала страх перед этой девочкой, но всё же сумела элегантно ей улыбнуться.

— Как бесполезно. Вы только приблизите гибель этой девочки!

— Что… — только начала Тина, как…

— Эй, стой!

— Ниа?!

Обычно Ниа была такой беззаботной, но теперь вдруг выглядела испуганной, и Тина обернулась к ней. Именно тогда ковёр, покрывавший всю комнату, внезапно засветился.

Нет, это был не ковёр. Под ним находился геометрический узор, покрытый какими-то письменами, и светился именно он.

— Госпожа-а-а! — разнёсся голос Тины.

Геометрический узор света сосредоточился на бессознательной Юлюсии. И его форма была…

— Круг призыва?!

Поняв, что это на самом деле, Тина тут же наполнила кулак магией и ударила по полу. Пусть она и сдерживалась, в ней всё равно была сила архидемона. Даже если пол был каменным, её кулак должен был пробить его насквозь до нижнего этажа — по крайней мере, так должно было случиться.

Крак!

Тина ахнула.

— Тина!

Удар отбросил тело Тины назад.

— Нельзя! Я не смогу удерживать магию леди Юлюсии! — закричала Ниа, отчаянно пытаясь сохранить контроль. Они только-только заставили силы Юлюсии успокаиваться, но стоило этому свету загореться, как они снова начали буйствовать.

Кулак Тины, должно быть, отразило, потому что магию Юлюсии поглощал весь пол. Чтобы разрушить круг призыва сейчас и остановить его, нужна была сила, превосходящая силу Юлюсии.

— Леди Юлюсия!

— Госпожа!!!

Круг призыва засиял ещё ярче, и Юлюсия начала подниматься в воздух. Нию отбросило, когда та попыталась удержать её на месте.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Конец! Приди, неведомый бог иного мира! Прими не только эту магию, но и эту девочку как жертвенное подношение! — с восторгом захохотала Изабелла.

И тогда всё началось.

— Значит, началось.

После запуска ритуала Кодл содрогнулся от огромного количества магии, направленного в него, и перевёл внимание на источник силы: Святую Юлюсию. Из-за возраста девочке ещё не присвоили титул официально, но внутри неё действительно был скрыт источник мощной магии, достойный этого звания.

Изначальный план состоял в том, чтобы Каллисто собрал детей, способных использовать святую магию Церкви Костора, и затем украл их чистую магию. Именно поэтому Кодл рискнул проникнуть в Священное королевство и осторожно продвигал этот план.

Всё ради того, чтобы…

— О Король даймонов, этим я исполню ваше самое заветное желание.

Кодл был доверенным лицом Короля даймонов и одним из высших офицеров его армии — генералом даймонов. Изначально он вовсе не собирался выходить на Священное королевство, ведь оно, по сути, было врагом всех даймонов. Вместо этого он действовал в просторном Королевстве Сигуль: похитил сотни детей и выкачал из них магию. Затем он занял место дворянина из Телтеда, чтобы разрабатывать для Армии даймонов оружие и заклинания, поглощающие магию. Однако в Телтеде он столкнулся с вампирами, которые тоже действовали из тени, и хотя попытался их уничтожить, понял, что нужен новый план: тайные агенты начали заканчиваться.

И тогда он вступил в контакт с теневыми оперативниками дома Капелл из Священного королевства. Им нужны были разработанные Кодлом оружейные технологии и способ собирать магию. Его скрытые агенты делали вид, что участвуют в их замыслах, а после докладов о настоящей цели дома Капелл Кодл понял, что может ими воспользоваться, и предложил предоставить им технику нотации магического круга, способного призвать могущественное существо.

Даймоны были врагами народа Священного королевства, но не это мешало Кодлу вести там операции. У него просто не было связей, которые позволили бы проникнуть во внутренние круги глубоко религиозных людей. Однако теперь их связи привели даймонов к величайшей связи из всех — к герцогу.

Кодл надзирал за их гигантским кругом призыва в землях даймонов, когда получил от своих тайных подчинённых известие об этом развитии. Тогда Кодл решил сам проникнуть под прикрытием в Священное королевство Талителуд, чтобы собрать магию высочайшего качества.

И там он услышал слухи.

Существовал небесный ребёнок, любимый богами: несмотря на нежный возраст, она принесла себя в жертву ради спасения других детей, а потом исцелила десятки умирающих детей. Святая Юлюсия.

Он слышал самые разные слухи. Самые разные восхваления. Даже если половина была пустыми разговорами, человек, способный владеть такой магией, должен был быть источником высшей магии.

Королю даймонов требовалось огромное количество магии, чтобы исполнить своё желание. Однако магию, которую они собирали, можно было хранить лишь ограниченное время. В какой-то момент она начинала понемногу убывать.

Она нужна была немедленно. Огромное количество магии высокой чистоты. А единственная, кто мог его дать, жила в Священном королевстве — их враге.

И этим человеком была, из всех возможных, Святая — заклятый враг даймонов.

В отличие от всякой мелочи в других странах, которую называли святыми только потому, что они могли использовать святую магию, эта девочка была истинной Святой Священного королевства, о которой говорили, что её сила превосходит поколения Святых, записанные даже в истории даймонов, — превосходит даже саму первую Святую.

И доказательством служило то, что она одна смогла увидеть их совершенные человеческие маски.

Возможно, из сострадания Святой или наивности принцессы великого герцога, она не раскрыла правду о Кодле и его людях. Вместо этого она посмотрела на них с такой нежностью в глазах, что Кодл ахнул от восхищения и одновременно почувствовал прилив крайнего страха.

Эта девочка — Юлюсия — была настоящей. А если истинная Святая теперь здесь, значит, где-то, вероятно, есть и истинный Герой, а не подделка, которую привёл Каллисто. В легендах, передаваемых среди даймонов, Святая описывалась как носительница могущественной магии, которая своим милосердным сердцем вела Героя к победе. Пока Святая была рядом с Героем, тот был практически бессмертен, и он сумел сокрушить всех их врагов.

Кодл тоже был воином. Он с удовольствием получил бы возможность встретиться в бою с Героем, которого выберет Юлюсия. Однако её святое сострадание и незрелость сделали её беспечной. Ирония заключалась в том, что её магия теперь будет использована не ради собратьев-людей, а ради даймонов.

— Не теряйте бдительности.

— Есть, господин! — хором ответили трое людей Кодла.

То, что, должно быть, было чистой святой магией Юлюсии, теперь заставляло всё её тело сиять золотом, и эта золотая магия проходила через магический круг и направлялась в земли даймонов. Количество магии оказалось намного больше, чем они могли предсказать, и магический круг, выгравированный ими в замке, издавал визжащий звук.

То, чем она обладала, равнялось количеству магии, которое Кодл и Король даймонов собирали десять лет. Принудительное извлечение этой магии из бессознательной Юлюсии, попытка дотянуться до силы, спящей в самой глубине её души, скорее всего, убьёт девочку.

— Прости. — Кодл молился не как генерал даймонов, а как другое живое существо этого мира, о душе этой золотой девочки, которая смотрела на них с такой нежностью, хотя знала, что они не люди.

Но затем…

Криииииии!!!

Магический круг превысил предел и раскололся, взорвавшись золотым светом, который поглотил Юлюсию.

Что произошло? Что это за явление?

— Тина! Помоги мне!

— Знаю!

На отчаянный крик Ниа Тина изо всех сил попыталась сдержать магию госпожи, несмотря на раненую правую руку. Однако…

Они ахнули.

Даже двух архидемонов, использовавших всю свою силу, не хватило, чтобы удержать её, и обеих отбросило вспышкой силы.

Они едва сумели выжить. Слабо застонали.

— Ниа.

— Не могу поверить.

Они покрылись холодным потом. Выражения их лиц стали смертельно серьёзными — такими, какие трудно было представить, зная их обычное поведение.

— Они вытянули наружу её истинную сущность?

Изящное тело маленького леопарда.

Длинный толстый хвост, в несколько раз больше её тела.

Гигантские крылья летучей мыши, каждое — десятки метров в размахе.

Всё её тело покрывала золотая шерсть, и когда её алые глаза, сверкающие как свежая кровь, нашли слабых существ вокруг, она издала рёв, способный достичь небес.

Это был враг всего живого. Бог Мира демонов, превосходящий даже архидемона. Демон с ненасытным аппетитом, который принесёт миру бедствие и поглотит всё.

Освобождённый от оков человеческого сердца и человеческого тела, Зверь — Золотой Зверь — теперь воплотился в этом мире.

Р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-рёв!!!