Бывший герой встречает Избранницу

— Избранница…

Так называли тех, кому был дарован Дар Избранника. Однако, в отличие от прочих Даров, этот доставался лишь одному человеку в каждом поколении. Пока этот человек был жив, никто другой не мог получить ту же способность; когда же он умирал, рождался Избранник следующего поколения.

Сила Дара соответствовала его редкости. Это была одна из самых могущественных способностей, бесспорно пятого Уровня, и она даровала тем, кто умел ею пользоваться, ошеломительную боевую мощь. Носителей этого Дара принимали с радостью, куда бы они ни пришли, — но вместе с ним на них ложилась обязанность использовать свою силу для великих дел.

Аллен всегда связывал Избранника с Архидемоном, но, по правде говоря, не существовало какой-то одной сущности, которую Избранникам было предначертано победить. Да, они обладали огромной силой, но обладатель Дара Избранника всё равно оставался всего одним человеком. Считалось, что, невзирая на любые обязанности, Избранника от природы тянет действовать ради других; впрочем, говорили и другое: сама его сила привлекает беды, хочет он того или нет.

— Понятно. Похоже, дело серьёзнее, чем я думал, — сказал Аллен.

Очевидно, именно эта девушка была тем Светом, о котором говорило откровение Ризе. Что означала «тьма», пока оставалось неясным, но разумно было предположить, что она связана с бедой деревни. А «направь» понять было проще: им велено помочь Избраннице. Значит, надвигавшийся конфликт был настолько тяжёлым, что даже невероятно сильной Избраннице требовалась помощь. Подобные проблемы обычно и шли рука об руку с откровениями, но это превосходило всё, что они представляли.

— Хм… — сказала Беатрис. — Вы правы, проблема и правда выглядит серьёзнее, чем мы ожидали. Самое неприятное в том, что я не уверена, сможем ли мы чем-то помочь.

— Верно, — ответила Ризе. — Откровения получают не только те, у кого есть сила действовать самостоятельно. Однако обычно проблему можно решить, если обратиться за помощью к нужным людям и самому сделать всё возможное.

— Мне больно признавать, что я лишилась боевых товарищей, — сказала Беатрис.

— Хм… кстати, это как-то связано с тем нападением? — спросил Аллен. Он так и не расспросил подробно о Глиняном волке: они добрались до деревни, пока он ещё объяснял собственные обстоятельства, и даже будь у него возможность, он не обязательно стал бы спрашивать. Было ясно, что Ризе и Беатрис прибыли сюда с какой-то целью, но не всякий станет лезть в дела принцессы и её рыцаря — даже если именно эта пара продолжала относиться к нему по-доброму.

Конечно, раз они попросили его помочь, ситуация изменилась.

— Точно сказать не могу, но подозреваю, что связи нет, — сказала Ризе. — Думаю, та големоподобная тварь охотилась за мной и не пыталась вмешаться в это дело.

— Понял. — Глядя на неё, Аллену показалось, что она скорее надеется на отсутствие связи, чем знает это наверняка; но он лишь кивнул и перевёл внимание на девушку. — Тогда пока сосредоточимся на этом. Эм… можно называть тебя Акирой?

— А? Да как хочешь. Мы примерно ровесники. А ты?

— Аллен. Обращайся как угодно.

— Ладно, Аллен. И чего ты от меня хочешь?

— Ну… мы решили, что спросить тебя — самый быстрый способ понять, что здесь происходит. Ты что-нибудь знаешь?

— А… знаю, но… судя по вашим словам, вы вроде как собираетесь мне помогать?

— Хм. Думаю, это зависит от того, что ты нам расскажешь.

Как сказала Ризе, само получение откровения ещё не означало, что они способны что-то сделать. Им предстояло принять решение, понимая, во что ввязываются.

— Ясно. Странная вы компания.

— Правда? Мы всего лишь сказали, что выслушаем тебя.

— Выслушивать незнакомого человека из-за какого-то там «откровения»? По-моему, странно.

— Тут не поспоришь, — признал Аллен. Он и сам не мог этого отрицать; более того, та же мысль уже приходила ему в голову. — Так ты готова рассказать нам свою историю?

— Думаю, хуже от этого не будет. Но…

— Но?

Акира выдержала паузу и ухмыльнулась так, словно ей в голову пришла блестящая идея. Затем, всё ещё улыбаясь, ответила:

— При одном условии. Сначала ты должен со мной спарринг провести.

＊＊＊

— Ладно. Начнём?

Легонько ударив кулаком по ладони, Акира приняла боевой вид. По едва заметному сигналу она начала шагать вперёд, не сводя глаз с юноши примерно её возраста. Сам юноша — его звали Аллен — стоял спокойно, хотя по глазам было видно, что он слегка утомлён происходящим.

Акира улыбнулась его уверенной, бесстрашной манере. Она уже понимала: будет интересно. Кроме того, кто сейчас стоял перед ней, она не знала никого, кто сохранял бы спокойствие под взглядом Избранницы. Все остальные в той или иной степени показывали страх, опасение, а то и ужас. Но в Аллене не было ни тени отвращения или колебания. Учитывая, что он вот-вот должен был сражаться, он выглядел даже расслабленным.

Акира не считала, что особенно похожа на Избранницу, но в своих способностях была уверена твёрдо. Она не привыкла, чтобы с ней обращались как с кем-то обычным. И всё же поведение Аллена её не задевало — наоборот, делало его ещё интереснее. Внезапно она поняла, что хочет с ним сразиться. Больше всех этому чувству удивилась сама Акира: она понятия не имела, откуда оно взялось.

Опыт позволял Акире довольно точно оценивать силу противника, и Аллен не казался особенно сильным. Но в то же время какое-то чутьё — она и сама не могла определить какое — подсказывало ей, что перед ней более чем достойный враг. Оставалось только сразиться и проверить.

У Акиры была и ещё одна веская причина понять, чего стоит Аллен. Связываться с ней обычно было делом весьма опасным. Если этот юноша собирался действовать вместе с ней, она должна была убедиться, что он достаточно хорош; иначе он только помешает.

Подходящего открытого места для спарринга в деревне не нашлось, поэтому теперь группа стояла на равнине у её окраины. Наблюдали только две спутницы Аллена; жители не покидали своих домов, но с интересом смотрели издалека.

Акира не собиралась устраивать представление, но сейчас об этом уже не стоило думать. Она прищурилась, переключаясь на более важное. Хотя она небрежно приближалась к Аллену, он не отреагировал вообще никак. Они начали с расстояния в десять метров, и она уже сократила его на пять. Скоро она войдёт в боевую дистанцию, но он, казалось, даже не замечал этого. Он не принял стойку и оставлял бесчисленные бреши.

— Ну и ладно. Я не из тех девушек, которые слишком много думают. А, заранее извиняюсь. Сдерживаться я не собираюсь, так что прости, если перестараюсь.

— Уверенности тебе не занимать. Это хорошо, но смотри, не прозевай удар, ладно?

— Хе. Дерзкий ты. Ну попробуй! — взревела Акира и шагнула вперёд. Призвав свою силу, она рванула к Аллену с взрывной скоростью — и…

— А?

На мгновение Акира увидела только небо. Дело было не в том, что он исчез из виду: она уже не понимала, где верх и низ, где лево и право.

— Эх. Тебе правда стоило слушать внимательнее. Я же сказал: не прозевай удар.

Услышав эти слова, она ощутила удар, прошивший позвоночник.